Jump to content
Форум - Замок

Аннилори

Пользователи
  • Content Count

    11
  • Joined

  • Last visited

Community Reputation

0 Neutral

About Аннилори

  • Rank
    Новичок
  • Birthday 05/18/1972

Profile Information

  • Gender
    Female
  • Location
    Украина
  1. ок У этой пары сродственный мировоззрения. О чём говорит синастрийный трин Солнц (широкий орб). Так же это подтверждают Юпитеры обоих синастрийно в благоприятных аспектах к Светилам друг друга, а за довольно лёгкое вербальное общение и взаимопонимание в этом вопросе в паре отвечают Меркурии опять таки в благоприятных аспектах к Светилам. Пару притянула друг к другу романтическая симпатия ( Венеры обоих в благоприятных аспектах к Светилам партнёров) и сексуальное влечение (Солнце МФ в секстиле к Венере МЧ) и также ощущение счастья и комфорта в обществе друг друга (так называемые «Печати Счастья» - аспекты Юпитера к Светилам партнёра) Единственно что подобное ощущение в данном случае в паре несимметрично, поскольку МФ получает от своего МЧ два подобных аспекта – трин Юпитера к Солнцу и секстиль Юпитера же к Луне, а вот её МЧ получает синастрийно только один подобный аспект, хотя и довольно сильный, поскольку это соединение…но – в данном случае картину сильно портит то, что МЧ получает также синастрийно напряжённый аспект Сатурна (соединение) к своей Луне, таким образом ощущая довольно сильное давление от партнёрши на свою психику (а партнёрша в свою очередь получает непреодолимое желание так или иначе «повоспитывать, поучить» или даже «перевоспитать» своего МЧ время от времени), что осложняется тем, что: -Луны партнёров, хотя и не имеют синастрийно между собой напряжённого аспекта, но находятся в Знаках разных Стихий, что затрудняет взаимопонимание на уровне психики, чувств и эмоций - в данном случае Сатурн МФ образует два конфликтных аспекта с двумя конфликтнонапряжёнными Планетами партнёра Марсом и Юпитером… которые, хотя и не имеют непосредсвенно выхода натально на его Луну, но, тем не менее, спокойно подобная ситуация с давлением на партнёра в данной паре не пройдёт, поскольку МЧ будет активно сопротивляться подобному раскладу… Вообще, конфликтность в паре повышена – 4 конфликтных аспекта, более конфликтным является мужчина, поскольку в конфликтах участвуют его конфликтнонапряжённые Планеты (МФ в данном случае является неконфликтным человеком, поэтому ссоры будет «гасить» так или иначе…) тем не менее, конфликтность довольно высока в паре а так же следует учесть и то, что в конфликтах завязаны Марсы обоих. Поэтому… поэтому как минимум дважды в год будут возникать период сильного обострения взаимоотношений вплоть … ну, не до рукопашной. Конечно, но до бития посудв и щвыряния предметов вполне может дойти…. Если не учитывать периоды обострения конфликтности, то в принципе в целом работаться вместе должно нелохо (Марсы между собой не в напр аспете, и оба в благоприятных аспектах к Светилам, что означает, что действия друг друга в целом не вызывают отторжения и напряжения и работаться вместе должно легко… В целом, отношения лучше оставить на уровне нечастых встреч по причине: А) высокой конфликтности Б) отсутствия указаний на брак в синастрии (нет аспекта Со МЧ= Лу МФ, нет связей синастрийно элементов домов 5/7 7/ 10 , управители АСЦ попадают соответственно в 6 и 12 дома, что означает работу и тайную связь. и тд и тп). Имхо.
  2. а можно мне синастрию потрактовать?) в смысле, я имела в виду - никто не будет против, если я потрактую синастрию миссФлинстоун и её МЧ?
  3. Белла Розенфельд - Шагал « О жене Марка Шагала, Белле Розенфельд, мало что известно широкому читателю, в том числе почитателю её мужа, всемирно известного, великого художника, подлинного «революционера и лидера авангарда изобразительного искусства ХХ века. Но она и сама была «от бога» одаренным человеком, наделенным артистическим и литературным талантами, которыми она пожертвовала во имя любви к мужу, его карьере. Настоящая статья посвящена короткой жизни этой самоотверженной женщины и единственной любви Марка Шагала, которую он вдохновенно пронес в течение всей своей долгой жизни (1887-1985). Белла Шагал (настоящее имя - Бася-Рейза Шмуйлова Розенфельд) родилась 15 декабря (по новому стилю) 1889 года (часто годом её рождения ошибочно указывается 1895) в Витебске (Беларусь) Имя её отца, любавичского хасида, состоятельного ювелира, было Шмуль-Ноах Ицкович и был он одним из попечителей Витебской Талмуд-Торы. Её мать звали Фрида Левьянт-Розенфельд. Несмотря на патриархальный уклад жизни семьи хасидов Розенфельд, их взгляды были достаточно широки, чтобы дать Белле возможность получить светское образование. Белла успешно сдает экзамены и переводится из еврейской школы в шестой класс русской (христианской) витебской женской гимназии, которую заканчивает через два года с серебряной медалью. Интересно отметить, что в гимназии преподавали «Закон еврейской веры» на русском языке, при этом по субботам евреи были освобождены от занятий. Серебряная медаль об окончании гимназии позволяла евреям продолжить учебу в Москве. Белла Розенфельд была личностью незаурядной, яркой. Она поступает в Московский университет на историко-литературно-философский факультет, по окончании которого написала две диссертации: 1. «Освобождение русских крестьян» и 2. «Достоевский». В студенческие годы, Белла занималась актерским мастерством в студии у Станиславского (позже была актрисой) и сотрудничала в московской газете «Утро России». Она сама была талантливой писательницей (об этом ниже). Летом 1909 года в гостях у своей подруги, соученицы по гимназии Тойбы (Теи) Брахман, Белла познакомилась с бедным молодым художником Мойшей Сегалом, впоследствии Марком Шагалом. Задумчивый, постоянно погруженный в живопись, которую он считал делом своей жизни, никем не признанный, у окружающих Мойше Сегал вызывал недоумение и жалость. Это знакомство стало для обоих судьбой на долгие годы, они оба оставили воспоминания о той первой незабываемой встрече. Вот как Марк это описывает в своей книге »Моя жизнь» на идише («Майн лэбн»): «…ее молчание это мое молчание, ее глаза это мои глаза. Как будто мы давным-давно знакомы и она знает обо мне все, о моем детстве, моей теперешней жизни, все - о моем будущем. Как будто наблюдала за мной, чувствовала меня близко возле себя, где-то рядом, хотя и я ее вижу в первый раз. И я почувствовал в этот миг, что она будет моей женой. Ее бледное лицо, ее глаза, какие они большие, выпуклые, и черные! Это ведь мои собственные глаза, моя душа! Я вхожу в новый дом, с которым не могу уже расстаться». Ему вторит Белла в своей книге «Первая встреча»: «Я не смею поднять глаза и встретить его взгляд. Его глаза сейчас зеленовато-серые, цвета неба и воды. Я плыву в них, как в реке». Очевидно, в его глазах было то особенное ощущение полета, которому он научил ее позже, когда их любовь повзрослела. Белла увидела в нем талант и твердость духа, она поверила в него еще тогда, поверила на всю жизнь. Позднее он писал: "Долгие годы ее любовь освещала все, что я делал". Через год после знакомства, Белла и Марк стали женихом и невестой. Но вскоре влюбленный юноша укатил в Париж, а Белла хранила спокойствие и была уверенна, что вернется. Четыре года они непрерывно переписывались. “Мои русские картины были без света, – писал Шагал Белле из Парижа. – В России все сумрачно и имеет серовато-коричневый оттенок. Приехав в Париж, я был потрясен переливами света”. И все же, сюжеты его картин не изменились. “Париж, ты мой Витебск!” (ведь там оставалась его любимая невеста) - это, по мнению Шагала, было лучшим комплиментом. А Белла писала жениху письма – прекрасные, поэтичные, нежные. Она дождалась своего Марка. Он вернулся накануне первой мировой войны уже зрелым и известным мастером. Они поженятся в 1915 году и Белла навсегда останется его первой возлюбленной, женой и музой. «Лишь к тебе моя стремилась Любовь, избрав тебя одну…” - написал Шагал вскоре после свадьбы. И снова он рисовал себя и свою Беллу летящими в небе, свободными и влюбленными. А, когда в 1916 году родилась дочь Ида, стал рисовать и ее. В присутствии Беллы, Марк испытывал чувство невесомости, парения и покоя. Часто он ее так и рисовал – безмятежно парящей в небе, и себя летящим рядом с ней. Ей было немногим больше двадцати лет, когда до октябрьского переворота она вышла замуж, разделив с Марком все тяготы и все счастье уготованного ему будущего: увлечение революцией, полуголодную жизнь московского художника-авангардиста в гражданскую войну, эмиграцию, шумный европейский успех, бегство через океан, когда немцы подходили к Парижу…Она попробовала писать – о старом Витебске, о собственных корнях, о своем детстве. Случилось это уже в эмиграции и не сразу. Мысль взяться за перо пришла после поездки с Шагалом в Вильно в 1935-м. Тогда это была Польша, где антисемитские настроения усиливались буквально с каждым месяцем Настроения Шагалов после этого путешествия в край, расположенный поблизости от их родного гнезда, были самые мрачные. Но это совсем не чувствуется на страницах книги, за которую Белла принялась, не очень ясно представляя себе, что из давних воспоминаний в нее войдет и в каком порядке выстроится. Только одно было для нее ясно с первых же минут: писать она будет на идише, хотя французским она владела совершенно свободно и даже перевела на этот язык автобиографию Марка Шагала «Моя жизнь». Было несколько тетрадей с отрывочными записями и законченными новеллами, в которых оживает ее город (Витебск), каким он запомнился Белле с ее детских лет. Эти тетради она увезла в Америку, продолжала писать и не расставалась с ними до своего смертного часа. Марк напечатал ее мемуары в Нью-Йорке двумя книжками, как и было задумано Беллой: «Горящие свечи» («Бренендике лихт») в 1945 году и «Первая встреча» («Ди ерште багегениш») в 1947 году. Эта серия вышла на французском языке в 1973 году в переводе дочери Иды и к ним Марк сделал 68 рисунков тушью. Общая книга вышла на иврите в переводе с идиша Иехуды Иеари. Во всех книгах включена трогательная статья Марка, со следующей аннотацией из раннего письма к Белле: « Если бы я, дорогая Белла, писал бы письма, как настоящий писатель – я бы тогда безусловно их рисовал. Я стыжусь слов. Всякий раз должен их исправлять. Но душа требует писать тебе, чтоб ты мне ответила и писала обо всем, обо всем…». Книги доносят многоцветный спектр, в котором у Беллы Шагал воссоздан мир, отделенный от нас уже целым столетием. Это несомненная творческая удача. Идиш был языком, который Шагалы считали для себя родным. Выбрав для своих записей этот язык, Белла стремилась, насколько могла, как-то противодействовать надвинувшейся угрозе исчезновения культурной традиции, на которой ее воспитывали. Первую книгу она назвала «Горящие свечи» («Ди бренендике лихт»), подразумевая огни, зажигаемые в еврейские религиозные праздники. В доме Розенфельдов правила благочестия соблюдались строго и неукоснительно, а жизнь проходила в молитвах, постах, покаяниях, ликованиях, в том неизменном ритме, который требует возжигания светильников каждую субботу, и в Судный день, в праздники Кущей и Торы в Хануку, в Пурим и в Пасху. Горит светильник, и должны отступить все злые силы: пройдут любые невзгоды, закончатся все страхи. Девочкой Белла верила в эту мудрость предков, не ведая ни мига сомнения. Она взывает к той же мудрости, делая записи в своих тетрадях, когда уже не существует Польши и танки вермахта на подступах к Парижу, и Витебску вскоре предстоит сделаться укрепленным районом в составе новообразованной территории «Остланд». Время, когда пишутся ее воспоминания, незримо в них присутствует, определяя тональность книги: лирическую и печальную, хотя рассказ идет о счастливой поре детства….. Вот оглавление первой книги Беллы Шагал - «Горящие свечи» («Бренендике лихт»): Наследие; Двор; Баня; Суббота; Меламед; Рош а-Шана (Еврейский новый год); Йом Кипур (Судный день); Сукот (Кущи); Симхат Тора (Праздник Торы); Первый снег; Ханукальная лампа; Пятая свеча; Ханукальные деньги; Магазин; Мишлоах манот; Мегила; Пуримшпилерс; Обеденный час; Проверка квасного; Канун пасхи; Пасхальный седер; Илья пророк; Афикоман; Девятый день месяца ав; Свадьба. Каждая глава, это фактически законченная новелла на означенную тему, с описанием специфических колоритных особенностей еврейской жизни, в которой родилась и прожила несколько десятков лет автор. Но это была и жизнь евреев стран восточной Европы начала ХХ века в целом, жизнь сохраняющая и старый уклад, но уже подверженная просветительским веяниям. Такой жизнью жили наши предки всего несколько поколений тому назад. Книга «Горящие огни», в этом отношении, является важным историческим документом для последовавших и грядущих поколений. Вводная глава «наследие», является фактически наказом этим поколениям помнить и дорожить своими корнями, своим прошлым, своей историей, языком идиш. Поэтому представляется важным привести это введение полностью. «Странное дело, захотелось мне писать именно на языке мамы, на котором я почти не разговаривала со времени оставления отчего дома. Насколько мои детские годы удалились от меня, настолько же они внезапно и приблизились ко мне. Я явственно вижу себя, полненькую, маленькую девочку, бегающую по дому, сующуюся повсюду, прячась словно закрученный червячок с ногами на подоконнике. Папа, мама, обе бабушки, красавец дедушка, родные и чужие семьи, состоятельные и бедные, свадьбы и похороны, улочки и садики, - все проплывает перед моими глазами, подобно глубоким водам нашей Двины. Моего дома больше нет. Все исчезло и даже – мертво. Отец умер. Мама - Бог знает жива ли еще – в абсолютно чужом городе. Дети - рассеяны по этому и тому свету, где кто. Но каждый, как кусочек отцовского савана, взял с собой, взамен пропавшего наследия, дыхание родительского дома. Я поглаживаю свой кусочек наследия, и к носу подступает прямо запах моего старого дома. В ушах звенят выкрики из магазина и праздничные мелодии ребе. Из каждого отверстия торчит тень, и как только я к ней прикасаюсь, она меня втягивает как в хоровод, с другими тенями. Они толкаются, ударяют меня в спину, щупают мои руки, ноги, пока все вместе не нападают на меня, как жужжащий рой мух в жаркий день. Я не знаю, как вывернуться от них. Как-то мне однажды-таки захотелось вырвать из темноты день, час, момент из исчезнувшего дома. Но как оживить этот момент? Боже мой, ведь так тяжело вытянуть из захудалых воспоминаний кусочек прошедшей жизни! И жаль, когда они потухают, мои худые воспоминания, и умирают даже совсем со мною вместе? И хочется мне их спасти. Вспоминаю я, что ты, мой верный друг, часто меня доброжелательно просил рассказать тебе о моей жизни, когда ты меня еще не знал. Вот и пишу я об этом для тебя. Наш город тебе еще дороже, чем мне. И ты, добросердечно, поймешь даже то, что мне не удастся рассказать. Но одно меня тревожит – моя сладкая доченька, которая провела (правда, годовалым ребенком) всего лишь один год своей жизни в моем отцовском доме, поймет ли она меня? Будем надеяться, что да». (Сент-дие, Франция, 1939). Марк Шагал вдохновлял долгие годы Беллу взяться за перо, зная о ее литературных способностях и исходя из общности их отношения к искусству и к своему народу; ему она посвятила воспоминания о юности и молодости в родном для них Витебске! И не будет преувеличением, что Белле удалось на своем родном языке, на идише, изложить то, что Марк изобразил на своих картинах. Шагал рисовал свою Беллу с момента их знакомства в 1909 году и до ее преждевременной кончины в 1944 году, т.е. на протяжении 35 лет. Но и последующие 41 год своей жизни, ее образ не оставлял его никогда. Белла прожила с Марком Шагалом долгую и счастливую жизнь, деля с ним все трудности и победы его творческого пути. «Когда Белла ушла из жизни, второго сентября 1944 года в шесть часов вечера, громыхнула грозовая буря и непрерывный дождь излился на землю. В глазах моих потемнело» (Марк Шагал). / В данном материале приведены отрывки из статьи Лазаря Любарского. Полностью статью можно прочитать здесь /
  4. спасибо, Борис) В Вашей рубрике уже упоминалась Бела Розенфельд, но.... там о ней совсем немного - в основном о Марке Шагале данные, поэтому, думаю, не будет зазорным разместить о ней более подробный материал...
  5. В белой мгле ледяных высот я искал себя, с фонарем и без; но нашел только лед и лед, неподвижный хлад, точно взгляд с небес. Видел я отраженный луч, ото льда летящий назад к звезде, видел тьму облаков и туч... Но себя, увы, не нашел нигде. В теплый мрак океанских вод я проник затем, не сомкнув ресниц. Там, дивясь, созерцал полет узкокрылых рыб - точно бывших птиц. Слышал смех голубых наяд, тяжело звучащий в глухой воде, видел прах боевых армад... Но себя, увы, не нашел нигде. В недра, вниз, в глубину, под спуд - я пробрался, но обнаружил там только склад разноцветных руд, нитевидный блеск, молибден, вольфрам. Встретил глину, песок, гранит, но себя опять не нашел нигде. Словно я - неизвестный вид, словно нет меня ни в какой среде... И тогда, предоставив сну продолжать все то, что и было сном, я раскрыл наугад одну из старинных книг, иностранный том. Не вникая - какой тут прок, что за том в руках и о чем глава, взял я первые буквы строк и, сложивши их, получил слова. Был в словах заключен приказ, я тебе его пропою сейчас: "Find yourself in а looking - glass, in а looking - glass, in а looking - glass" (с) Михаил Щербаков
  6. Mul Mantra ♪ღ♪ Snatam Kaur . http://youtu.be/UITc1RG0Tx8
  7. 1234 Лорен Бэколл / Lauren Bacall Bacall, Lauren; 16.09.1924; 2:00; -4; Нью-Йорк, Нью-Йорк, США; 40°42'51"N; 74°00'23"W; Ж;Rodden Rating B Bio/autobiography; Актриса Лорен Бэколл, признанная Американским институтом кино одной из величайших звезд Голливуда и известная своим низким голос и томным взглядом, покорившим немало мужчин. родилась 16 сентября 1924 года в Нью-Йорке в семье еврейских иммигрантов. Её мать, Натали Вайнштайн-Бэколл, позже сменившая фамилию просто на Бэколл, работала секретарем, а отец, Уильям Перск, менеджером по продажам. Едва малышке исполнилось 5 лет, как родители развелись. С тех пор Лорен больше не видела отца, но всегда испытывала сильную привязанность к матери, поэтому ,едва став знаменитой актрисой,она тут же забрала мать в Калифорнию. Лорен - двоюродная сестра бывшего президента и премьер-министра государства Израиль Шимона Переса. Обучаясь в американской Академии Драматических Искусств, Бэколл подрабатывала в театре билетером, а также периодически снималась в модных журналах в качестве модели. В 17 лет она получила свою первую роль на Бродвее. Роль была небольшая и совершенно без слов. Большую часть её времени занимала карьера модели. И к 19 годам она добилась такой известности, что её заметила жена американского режиссера и продюсера Говарда Хоукса Нэнси. Благодаря ей и собственному таланту Бэколл снялась в фильме «To Have and Have Not (Иметь и не иметь)» вместе с Хамфри Богартом Бэколл приехала из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, где прошла пробы и познакомилась с Хоуксом и его женой Нэнси. Оба они поспособствовали превращению юной и неопытной Бэколл в стильную, уверенную в себе, чарующую женщину, которой та предстала в «Иметь и не иметь». Она ежедневно занималась вокальными упражнениями, чтобы сделать свой голос ниже и глубже, училась у Нэнси тому, как должна одеваться светская девушка, ужинала в известных лос-анджелесских ресторанах. Однако в первый же день съемок оказалось, что Бэколл так нервничает перед камерой, что почти не может играть. Богарт, с которым она до этого виделась всего пару раз, сразу показал себя хорошим другом, перекидываясь с актрисой шутками и стараясь дать ей возможность почувствовать себя как дома, создать вокруг нее атмосферу дружелюбия. Бэколл нашла выход: для того, чтобы скрыть свой нервный трепет, она стала говорить, низко наклонив голову и смотря на Богарта исподлобья. Этот взгляд стал ее фирменным знаком и в одночасье сделал ее голливудским секс-символом, но Бэколл не забыла поддержку своего знаменитого партнера. До своего знакомства с Лорен Бэколл в 1943 году Хамфри Богарт был женат три раза; все его супруги были актрисами и на момент знакомства с Бэколл был ещё женат. Богарт с самого начала был очарован и заинтригован не только красотой Бетти, но и ее прямодушием, честностью, сочетанием твердости характера и женственности, наивности и рассудительности. Богарт дружелюбно подшучивал над Бэколл, создавая на съемочной площадке атмосферу веселья, и Бэколл не могла остаться равнодушной. Актриса позже вспоминала, что их отношения развивались постепенно, почти незаметно для них самих. Несколько недель спустя после начала съемок они болтали в ее гримерке, когда Богарт неожиданно наклонился и поцеловал Лорен. После этого она написала свой телефонный номер на помятой коробке спичек, которую он достал из кармана. Неделю спустя они снялись в самой знаменитой сцене из «Иметь и не иметь»: Бэколл стоит в дверном проеме и своим невероятным низким голосом произносит: «Ты же знаешь, как нужно свистеть, неправда ли, Стив? Просто складываешь губы вместе и дуешь». То, с каким выражением Богарт смотрит на свою партнершу в этой сцене, не достигается никакой самой блестящей актерской игрой. Это была любовь. Богарт был известен как верный муж и никогда до этого не заводил романов со своими партнершами по фильмам, в отличие от множества, если не большинства, голливудских звезд. Но его отношения с Бэколл с самого начала не напоминали банальную интрижку. Они ходили по съемочной площадке, обнявшись, улучали каждую свободную минуту, чтобы провести ее вместе; пытаясь скрыть свой роман от болезненно ревнивой Майо Мето, они виделись в кафе, в машине или на яхте, которой владел Богарт. Богарт нежно называл Бэколл Baby («детка») или Слим – по имени ее героини из «Иметь и не иметь». В те периоды, когда они не могли быть вместе – скажем, после окончания съемок «Иметь и не иметь», когда третья жена Богарта, Мето, клятвенно пообещала ему завязать с выпивкой, и он сделал последнюю отчаянную попытку спасти свой брак, — влюбленные обменивались нежными письмами. Трудно поверить, что Хамфри Богарт, всегда столь ироничный, самоуверенный и жесткий на экране, действительно писал эти полные любви и печали строки: «Даже если я потеряю тебя, я не перестану любить тебя; ведь ты моя последняя любовь, и всю жизнь я буду оберегать тебя и помогать тебе, если тебе когда-нибудь понадобится помощь». В 1944 году, после ошеломляющего успеха «Иметь и не иметь», Хоукс решил воспользоваться тем притяжением между Богартом и Бэколл, которое буквально сияло на экране, и пригласил их на съемки в нуаре «Глубокий сон». Их отношения возобновились, и несмотря на истерики Майо Мето, на сомнения Богарта по поводу брака с девушкой вдвое его младше, на неодобрение Хоукса, который рассматривал Бэколл как свое творение и совершенно не был готов делить ее с Богартом, из-за чего однажды даже пообещал сослать актрису на Monogram, худшую студию в Голливуде, Хамфри Богарт и Лорен Бэколл поженились всего через несколько месяцев после окончания съемок, 21 мая 1945 года. Они прожили вместе двенадцать лет, до смерти Богарта в 1957 году. Бэколл во многом пожертвовала своей карьерой ради того, чтобы стать Богарту по-настоящему хорошей женой; но она всегда говорила, что сделала это добровольно и с радостью – счастливый брак с любимым мужчиной был именно тем, чего ей хотелось. И их брак действительно оказался счастливым – впервые для Богарта. Они снялись вместе еще в двух фильмах («Черная полоса» и «Ки Ларго»), несколько раз появились вместе на радио и телевидении; их широкий дружеский круг, включавший в себя Фрэнка Синатру, Джуди Гарланд, Мики Руни и других, был настолько крепким, что даже приобрел собственное ироническое название – «Крысиная стая». Бэколл сопровождала Богарта на съемках фильма «Африканская королева», которые происходили в джунглях; она стирала белье, готовила еду, ухаживала за заболевшими членами съемочной группы, пока сама не слегла от дизентерии. В 1949 году у пары родился сын, которого они назвали Стивеном в честь персонажа Богарта из «Иметь и не иметь» (позже Стивен стал биографом своего отца, написав о нем книгу и создав посвященную ему телепередачу). А в 1952 году у Богартов родилась дочь Лесли, названная так по имени Лесли Хауарда, голливудского актера и близкого друга Богарта, погибшего на Второй мировой. В 1956 году Богарту диагностировали рак пищевода; Бэколл ухаживала за ним до самой его смерти в 1957 году. На похоронах она положила в его могилу золотой свисток – напоминание о той самой строчке из «Иметь и не иметь»: «Ты знаешь, как нужно свистеть, неправда ли, Стив?..» После смерти Богарта Бэколл переехала в Нью-Йорк, где стала успешной театральной актрисой и получила две премии Тони, второй раз вышла замуж (за актера Джейсона Робардса, с которым она развелась в 1969 году) и родила третьего ребенка. В кино она продолжала сниматься даже в солидном возрасте – ее звали к себе такие режиссеры, как Роберт Олтман («Прет-а-порте», 1994) и Ларс фон Триер («Догвилль, 2003). Но в каждом своем интервью она непременно вспоминала о Богарте, и все ее слова были проникнуты чувством, которое неподвластно времени: «Он был таким терпеливым, и любящим, и забавным, и умным, господи боже мой! Человек чести, живший в соответствии с десятью заповедями и «золотым правилом», совершенно не терпящий лжи. Он был самым потрясающим мужчиной, когда-либо ступавшим по этой земле». Для нескольких поколений зрителей Хамфри Богарт и Лорен Бэколл стали – и остаются – воплощением идеального союза не только на экране, но и в реальной жизни. Среди самых известных картин, в которых сыграла Лорен Бэколл, – «У зеркала два лица», «Мизери», «Убийство в Восточном экспрессе» и «Как выйти замуж за миллионера», где компанию ей составила Мэрилин Монро. Лорен Бэколл ушла из жизни 12 августа 2014 года в возрасте 89 лет. Материалы взяты из интернета, основа из отсюда
  8. Рахель, жена раби Акивы По книгам Моше Гольдберга и Симхи Раза в переложении Рут Гиршович Комментарий к трактату Йевамот отмечает, что раби Акива упомянут в Талмуде 564 раза. Причем при обсуждении законов Торы hалаха 375 раз устанавливается именно по его мнению. А между тем, шансы Акивы на успех в изучении Торы были весьма невелики. Ведь до сорока лет он был пастухом. Но у Всевышнего — Свой замысел. Оглядываясь назад Раби Акива, этот гигант Торы, до сорока лет был неграмотным и абсолютно невежественным. Родился он в бедной семье около города Лод в 50-ом году по общепринятому летоисчислению, т. е. примерно за 20 лет до разрушения Второго Храма. Отец раби Акивы, Йосеф, был гером (неевреем, принявшим иудаизм). Предание гласит, что он был из потомков Сисры, военачальника кнаанского царя Явина. Акива работал за поденную плату у разных деревенских богатеев, жил в ветхой хижине, где постелью ему служила охапка соломы. Питался он черствым черным хлебом и редькой. Это был типичный, что называется, «ам hаарец», т.е. человек, который в жизни не учился ни читать, ни писать. Нанявшись пастухом к человеку по прозвищу Калба Савуа, Акива и не подозревал, что судьба подарила ему редкий шанс. Калба Савуа был одним из богатейших людей Иерусалима, упоминание о котором сохранилось в Агаде: «каждый, кто входил в его дом голодным, как собака, выходил – сытым». Видимо, поэтому его так и прозвали: Калба Савуа (т.е. Сытая Собака). Отсюда можно сделать вывод, что богач этот не был ни жестокосердным, ни скупым. Кроме того, о нем известно, что это был один из тех состоятельных людей, которые поддержали восстание против Рима и передавали в распоряжение восставших свои склады, наполненные пшеницей, ячменем, вином, солью, маслом и дровами. Итак, Акива пас овец у Калба Савуа. Он все еще был крайне беден и все еще не мог написать да-же своего имени. Вместе с тем это был веселый и добросердечный человек. Он не жаловался на свою участь и не тревожился о будущем, вполне довольствуясь тем, что каждый день выходит со стадом в Иудейские горы и наслаждается там солнечным теплом и синевой неба. Так, скорей всего, прошла бы вся его жизнь, если бы не Рахель, дочь его хозяина. В Торе о создании первой женщины написано так: «И сказал Творец: нехорошо человеку быть одному, сделаю ему помощника...» Раби Акиве Всевышний тоже послал удивительную помощницу. Молодая, красивая и образованная девушка влюбилась в него и изменила всю его жизнь. Что же нашла Рахель, изнеженная дочь богача, в Акиве? Ведь Акива не отличался внешним изяществом, был грузным и грубоватым. Однако Рахель обладала добрым сердцем и чистой душой, и, надо думать, испытывала неприязнь к излишествам сытой и праздной жизни людей, которые ее окружали. Она интуитивно угадала в этом рано полысевшем мужлане талант, сумела разглядеть в неграмотном пастухе поразительный потенциал, редкую душевную силу и способность к тонкому и нежному чувству. Они встретились весной, в период между Песахом и Шавуотом. Рахель спросила его: «Если я обручусь с тобой и стану твоей женой, пойдешь ли ты изучать Тору?» Акива немедленно ответил: « Да!» Нет сомнения, что Рахель без труда околдовала пастуха Акиву, и он влюбился в нее без памяти. Однако нетрудно представить, насколько он был далек в то время от мыслей, связанных с учебой. Более того, известно, что он поистине ненавидел тех, кто изучает Тору. Через много лет, будучи уже одним из величайших Мудрецов, раби Акива так вспоминал об этом: - Когда я был простолюдином, я, бывало, говорил: «Приведите мне ученика Торы, и я укушу его, как осел». А когда ученики раби Акивы спрашивали его: - Почему «как осел»? Нужно ведь говорить «как собака»! Акива отвечал: - Собака кусает, не повреждая кости. А осел кусает так, что ломает кость. Такова была ненависть пастуха Акивы к изучающим Тору! Только из любви к Рахель Акива согласился пойти учиться. Рахель заронила искру, которая разожгла в Акиве огонь скрытого величия, что позволило ему в будущем достичь высочайшего уровня. Рахель не без оснований опасалась, что отец не позволит ей выйти замуж за пастуха. Обряд бракосочетания пришлось провести тайно. Но слух о замужестве дочери вскоре дошел до ушей Калба Савуа и привел богача в ярость: как могла его красавица Рахель стать женой невежественного пастуха?! Отец выгнал свою единственную дочь из дома и лишил ее права на наследство. Супруги остались в прямом смысле на улице, а с приближением зимних холодов им пришлось ночевать в конюшне на подстилке из сена. По утрам Акива выбирал соломинки из прекрасных длинных волос своей жены. Каждый день Акива уходил в лес собирать сухие ветки. Половину собранной вязанки он продавал на базаре, чтобы на вырученные деньги купить скудную еду, а вторую половину приносил домой, чтобы согреть его и осветить. Соседи спрашивали: «Почему ты освещаешь дом древесными щепками, а не масляным светильником?» Акива отвечал: «Дерево дает и свет, и тепло. При свете я учусь, а тепло согревает нас». Избалованная и изнеженная Рахель делила с ним и голод, и холод. Акива дал себе обет: он непременно разбогатеет и подарит своей любимой жене «Золотой Иерусалим» (украшение в виде изображения Святого города). Раби Акива учился сорок лет, беспрерывно и страстно. Агада гласит, что Рахель продала свои роскошные волосы, чтобы ее муж смог пойти учиться у великих Мудрецов, а сама взяла на себя всю тяжесть ведения дома. Она кормила и воспитывала сыновей и дочерей, которых родила ему. Рахель очень скучала по мужу, но не падала духом и не отступала от цели. Более того, когда раби Акива приходил навещать семью, она торопила его назад продолжать учебу. Чем больше проходило времени, тем сильнее любил раби Акива свою Рахель. Она была в его глазах самим совершенством. Он чувствовал, что обязан ей всем в своей жизни. Агада рассказывает: «Двенадцать лет изучал Акива Тору. Когда он возвратился в родной город великим Мудрецом, его сопровождали тысячи учеников. Все жители города вышли ему навстречу: среди них была и его жена. Соседи стыдили ее: «Одолжи у кого-нибудь приличную одежду и оденься достойно». Но Рахель ответила: «Знает праведник душу своей скотины (муж мой знает, как трудно мне живется, и не нужно мне прихорашиваться перед ним)». Рахель приблизилась к Акиве, пала ниц перед ним и стала лобызать его ноги. Ученики, не знавшие, кто она, пытались оттолкнуть оборванку от своего великого Учителя. Но Акива сказал им: «Оставьте ее. Моя Тора и ваша Тора принадлежит ей». Узнав о том, каким авторитетом пользуется в ученых кругах его зять, Калба Савуа простил и его, и свою дочь. Он открыл для них двери своего дома и отдал им половину своего имущества. Мечта Рахель исполнилась, а раби Акива возвестил на все времена: Моя Тора и ваша Тора (то есть познания двадцати четырех тысяч его учеников) – ее заслуга! И это воистину так, ведь большая часть Устной Торы, которую мы знаем сегодня, дошла до нас через века именно благодаря ученикам раби Акивы. А те, в свою очередь, обрели ее благодаря героическому идеализму одной женщины, которая рискнула своим будущим, чтобы побудить раби Акиву к изучению Торы. «Кто богат?» — спрашивал раби Акива. И отвечал: «Тот, чья жена совершает прекрасные поступки!»
  9. Здравствуйте, Борис) Огромное Вам спасибо за Вашу рубрику о прекрасных еврейских женщинах) Она не просто интересная и познавательная, но - пронизана огромной любовью к ним и благодарностью, поэтому и читается с большим интересом, и - здесь просто очень тепло и уютно) Для себя я здесь почерпнула не только очень много нового и интересного о казалось бы уже известных мне людях, но и - открыла для себя новых, ранее не знакомых мне, но таких интересных и талантливых женщин.... В частности, Вы открыли для меня творчество Алины Фаркаш, статьи которой с удовольствием читаю на jewish.ru и не только, и которая является для меня воплощением лучшего в еврейской женщине - сильная, с чувством собственного достоинства, настоящая мать и любящая жена, способная поддержать своего мужа в трудностях жизни и быть настоящей опорой семьи, и Сарит Хадад) Надеюсь, Вы будете не против, если я буду иногда размещать в Вашей теме... некоторые поразившие меня статьи о еврейских женщинах, или - просто статьи о тех, кто так или иначе мне интересен и, может быть, будет интересен кому-то ещё?)
  10. Большое Вам спасибо, Алесь) Здравствуйте, Айюшка)
  11. Здравствуйте, уважаемые жители Замка) Разрешите ненадолго зайти погреться в Вашем гостеприимном доме страннице?) о себе: читаю темы форума Замка очень давно как незарегистрированный пользователь, форум мне порекомендовала Айя. многие темы очень нравятся, читаю с удовольствием. По характеру очень неразговорчива и нелюдима. Зарегистрировалась с целью поучаствовать в рубрике Бориса Либкинда "Знаменитые еврейки", иногда размещая там некоторое интересное для меня и, может быть, интересное кому-то ещё, если разумеется он будет не против моего вторжения)
×
×
  • Create New...