Jump to content
Форум - Замок
Борис Либкинд

Знаменитые еврейки

Recommended Posts

Эмма Вольф


Когда родилась американская еврейская художественная литература? Обычно считается, что в 1867 году — с публикацией в издательстве «Блох» романа Натана Майера «Различия» о Гражданской войне. Однако более вероятная дата — 1892 год, когда издательский дом Макклёрга, которым владели христиане, выпустил первый американский роман, написанный евреем на еврейскую тему, однако предназначенный для широкой публики. «А все прочее равно» (Other Things Being Equal) — сентиментальный роман о смешанном браке. Книгу написала Эмма Вольф — тогда 27-летняя старая дева из Сан-Франциско, прикованная к инвалидному креслу, дочь преуспевающего табачника из Эльзаса.

Опубликованное фото


Эмма Вольф, «Различия» - почти не оставили по себе следа, и отыскать сегодня эту книгу почти невозможно, а вот «А все прочее равно» стала такой популярной, что ее переиздавали двадцать с лишним лет. Первое издание между 1892 и 1901 годами допечатывалось шесть раз. В 1916 году Вольф отредактировала текст, и «Макклёрг» издал роман снова. Сотни читателей писали автору и благодарили за то, что книга помогла им «распутать сложный жизненный узел». Позднее сама Эмма Вольф признавалась, что понятия не имеет, сколько браков сложилось из-за ее книги.

Тема романа заявляется с первых же страниц. Родственник спрашивает у главной героини, почему ее родители «так много путаются с христианами». Ответ: «Из дружества, полагаю. Мы все танцуем и разговариваем одинаково; а поскольку на встречах мы не проводим религиозных служб, то в чем разница?» Евреи и христиане ее круга — модного позолоченного класса Сан-Франциско — «ходили в одни школы, говорили на одном языке, читали одни книги и жили в окружении одинаковых предметов роскоши». А поскольку классовое родство в Америке крепче религиозного, действительно — в чем разница?

«А все прочее равно» опровергает предположение, будто разница есть. Рут Левис, высокой девушке «с чистым лицом мадонны» и чем-то «неуловимо восточным» во внешности, — 22 года, она дочь богатого сан-францисского торговца. В начале романа у ее матери от многочисленных светских обязанностей случается истощение, поэтому встревоженное семейство приглашает доктора Герберта Кемпа — 35-летнего специалиста по нервным болезням «с высочайшей репутацией».

Навещая дом, чтобы проследить за тем, как у матери Рут происходит «лечение питанием и отдыхом», доктор Кемп беседует с Рут о том о сем. Вскоре между ними развивается «странное, необъяснимое взаимопонимание», а впоследствии оно постепенно перерастает в любовь. (Проблема с повествованием у Эммы Вольф в том, что пока это происходит, ей нечем занять время.) В конце концов на летнем курорте в горах доктор Кемп просит руки девушки. «Если вы меня действительно хотите», — без промедления отвечает та.

Отец, однако, не рвется выдавать дочь замуж. «Дитя, ты еврейка, — говорит он, — а доктор Кемп — христианин» (унитарист, если точнее). «Какая разница, — отвечает ему дочь, — раз мы любим друг друга?» Религиозный водораздел она всегда считала «просто-напросто мимолетной тенью». Отец же просит ее поразмыслить над этой пропастью, «подумать обо всех жертвах — и общественных, и религиозных, — которых она потребует». Но, отвечает строптивое дитя, не ты ли сам учил меня «к моим христианским друзьям относиться так же, как к еврейским»? И не сам ли ты признавал, что доктор Кемп «безупречен во всех отношениях»?

Мистер Левис — еврей не ортодоксальный, он реформист, больше того — пропагандист движения, посему звать на выручку религиозный закон как-то поздновато. А что же до простых внешних «проявлений, — замечает Рут, — то ты, папа, сам воспитал во мне презрение почти ко всему внешнему». Тем не менее, она уверяет отца, что не отречется от родной веры, хотя ее суженый тоже не намерен отрекаться от своей. Правилом у них будет взаимное уважение. Как сам «безупречный» доктор Кемп говорит ее отцу, «если моя жена позволит мне в свои праздники ходить с нею в ваш прекрасный Храм, там не найдется слушателя почтительнее меня».

Вероятно, самое интересное в романе то, что он обращается сразу к двум читательским аудиториям: к тем христианам, для которых некий недостаток культурной утонченности есть «неизбежная отметина иудейской расы», и к тем евреям, для кого противление смешанному браку есть «мелочь» еврейской жизни, которая «постепенно отмирает и вскоре станет достоянием истории». Насчет последнего позиция Вольф совершенно прозрачна.

Менее очевидно то, что же писательница поистине ценит в еврейской жизни. Еврейское домоводство на ее вкус слишком строго. «Еврейский этикет — сиречь еврейское шпионство» — она порицает, поскольку он не дозволяет незамужней женщине выходить на люди без кавалера. Ее раздражает привычка «евреев с воспаленным воображением» принимать «любое замечание обо всей расе как личное оскорбление». Хотя персонажи Эммы Вольф считают себя «очень евреями» и клянутся, что евреями и умрут, их еврейскость мало в чем выражается — разве что в горячих, но бессодержательных заявлениях о собственной национальной принадлежности и активном недовольстве окружающим.

Когда «А все прочее равно» открыли для себя ученые феминисты, роман сочли протофеминистским произведением о женщине, рискующей стать мишенью общественного остракизма — в конце концов, она посмела скинуть оковы обычая. Едва ли. Как художественное произведение книга больше продиктована литературной условностью, нежели политическим мужеством. Как роман идей он ценен тем, что свидетельствует, насколько глубоко в сознание многих американских евреев больше ста лет назад проникла идеология сентиментального романа. А именно: любовь — достаточная причина запросто отбросить любые социальные обязательства.

Jewish Ideas Daily. Д.Дж. Майерс — историк литературы и критик, преподаватель Сельскохозяйственного и политехнического университета Техаса, автор блога «Общее место».

Источник: http://booknik.ru/colonnade/othershore/?id=35013

Share this post


Link to post
Share on other sites

Алла Вейн


"В народе действительно считается, что за выходные можно компенсировать дефицит сна, накопленный в течение рабочей недели. Но научных данных для подтверждения теории никогда не было. Это расхожее мнение опровергал и мой отец, профессор неврологии Александр Вейн, один из основателей российской школы сомнологии, автор книг «Три трети жизни» (1991), «Сон: тайны и парадоксы» (2003); а эксперимент Дэвида Дингеса с высокой степенью достоверности показал, что эта теория не работает. Почему? Дело в том, что сон состоит из нескольких фаз: REM — фаза быстрого сна, когда мы видим сны, и NREM — фаза медленного сна, который может быть поверхностным и глубоким. Чтобы восстановиться, нам нужно достаточное количество глубокого сна, а правильность чередования фаз сна является одним из обязательных условий качественного ночного отдыха.

В долгосрочной перспективе понижение качества сна истощает организм, потенциально ведет к понижению иммунитета, физическим и психическим расстройствам. Так что на сне нельзя экономить. Единственный способ поддерживать оптимальный уровень здоровья — это полноценно спать каждый день."

Опубликованное фото



1. Причины и механизм мигрени до сих пор загадка для науки

Конкретные механизмы приступа мигрени действительно отчасти загадка. У больных мигренью пониженный порог чувствительности на целый ряд раздражающих факторов, которые не приводят к приступу головной боли у всех других людей. Но что именно служит тому причиной, не до конца понятно. Эта чувствительность на раздражители, вероятно, в значительной степени определяется генетически. Буквально несколько недель назад были опубликованы результаты совместного международного исследования 50 тысяч человек, показавшего, что особенности ДНК 8-й хромосомы серьезно повышают риск развития мигрени. Однако нужны дополнительные обстоятельства, чтобы возник приступ. Это может быть экстремальная усталость, менструация, атмосферные изменения или отдых после перенесенного стресса.

2. Мигрень начинается от плохого вина

Нет. Словосочетание «Шато Мигрень» прочно вошло в обиход, обозначая плохое вино, якобы способствующее возникновению приступа мигрени. Действительно, некоторые свято верят, что приступы мигрени у них возникают после выпитого вина. Чаще всего имеют в виду красное вино, но тут роль играют национальные особенности — например, французы и итальянцы убеждены, что у них приступ возникает только после белого вина, а красное по определению качественнее и лучше. Другие утверждают, что вино только из определенных районов вызывает у них приступ, например бордо или бургундское, а вино из других мест они могут пить без проблем. Теоретически различие в восприятии различных сортов вин можно объяснить разными сортами винограда. Известно, что каждый сорт винограда, который возделывают в определенных районах, имеет свои неповторимые биохимические и фармакологические свойства (каберне совиньон и мерло в Бордо, пино нуар в Бургундии и т. д.). Вот только беда состоит в том, что никаких научных доказательств, подтверждающих эти факты, нет. Ни одно исследование не смогло продемонстрировать связь между приступом мигрени и вином, белым или красным, из различных районов и от разных производителей. Исключить, что у кого-то есть особая чувствительность к вину, невозможно, но встречается это чрезвычайно редко, при этом надо еще быть уверенным, что возникает именно мигрень, а не другая форма головной боли, более знакомая и понятная — например, в результате избыточного потребления алкоголя и всех связанных с этим последующих эффектов (безусловно, интересная тема для отдельного разговора).

3. Мигрень провоцируют сыр, кофе, шоколад и апельсины

И да, и нет. Среди продуктов, которые больные связывают с мигренью, прежде всего шоколад, сыр и цитрусовые. Объяснений этому может быть как минимум два. Первое связано с феноменом избирательной памяти. Что это? Мы запоминаем значимые моменты: возможно, больной множество раз ел, например, сыр, но запомнился лишь тот день тяжелого приступа мигрени, и с тех пор появилась глубокая убежденность, что во всем виноват сыр. Но есть другое объяснение: в фазе предвестников приступа мигрени у больных может меняться настроение, возникают изменения вкуса, порой их, как при беременности, тянет на сладкое или острое. Они едят этот продукт больше обычного, а потом появляется боль, вот только не еда тому виной.

Есть ли продукты, которые больным мигренью и правда вредны? Да, хотя об этом мало кто думает. Это кофеин, а значит, кофе, чай, кока-кола и все остальные продукты, его содержащие. Изменив свою диету, исключив из нее кофеин, можно сильно сократить количество приступов — путь простой, но чрезвычайно эффективный. А вот лишать себя удовольствия выпить хорошее вино и поесть сыр и шоколад, пожалуй, не стоит.

4. От мигрени случаются галлюцинации

Я бы не назвала это галлюцинациями, скорее, это искаженное визуальное восприятие. У трети больных приступ начинается с так называемой ауры, чаще всего проявляющейся в виде визуальных нарушений, которые длятся от нескольких минут до часа. В 1991 году в Сан-Франциско прошла выставка Mosaic Vision, представившая работы больных мигренью, в которых они изобразили то, что испытывают во время приступа. Куратору этой коллекции Дереку Робинсону (Derek Robinson) пришлось ждать более 10 лет, прежде чем был создан фонд под названием «Мигренозное искусство. Опыт внутреннего восприятия мигрени» (Migraine Art. The Migraine Experience from Within). Коллекцию в основном составляли отображения визуальных феноменов во время мигренозной ауры.

У детей мигрень может сопровождаться аурой в виде синдрома «Алисы в стране чудес» — да, той самой Алисы Льюиса Кэрролла, когда возникают зрительные иллюзии, при которых предметы меняют форму (метаморфопсии) и, например, удлиняются или уменьшаются (микроскопия), или же увеличиваются (макроскопия), а иногда просто становятся другого цвета и т. д. В 1999 году в журнале Lancet вышла статья, доказывающая, что многие именно мигренозные состояния Льюиса Кэрролла — основа иллюзорного мира его героини Алисы. В первых изданиях книг об Алисе это было точно проиллюстрировано сэром Джоном Тенниелом, который руководствовался набросками в рукописи Кэрролла.

5. Мигрень — женская болезнь, но у беременных мигрень проходит

Не вполне. Еще не так давно на мигрень смотрели как на «болезнь истеричных дам в темных очках, которые хотят привлечь к себе внимание». Согласно эпидемиологическим исследованиям, проведенным в различных странах мира, мигренью страдают от 3 до 16%, а по некоторым данным, до 30% населения. При этом мигрень имеет женское лицо: cоотношение мужчин и женщин составляет примерно 1:3 (существует даже менструальная форма мигрени). Пик распространенности заболевания среди женщин приходится примерно на 40 лет, среди мужчин — на 35.

Насчет беременности: течение мигрени тесно связано с гормональными изменениями, поэтому неудивительно, что болезнь может вести себя по-другому. Все зависит от формы мигрени: обычная мигрень без ауры во время беременности часто (у трети) исчезает вообще, а у остальных может протекать легче, хоть приступы и не становятся реже, но они менее болезненны и легче переносятся. Такие же соотношения относятся к периоду грудного вскармливания. Однако и в этой группе больных есть невезучие, у которых происходит ухудшение во время беременности. У тех же, у кого мигрень с аурой, облегчения при беременности не наступает, более того, именно в этот период может возникнуть первый приступ.

6. Мигрень не лечится, можно только обезболить

Нет. Это не просто головная боль, а серьезное неврологическое заболевание. Значит ли это, что надо срочно делать всевозможные дополнительные обследования? Нет, не надо! Это клинический диагноз, требующий консультации с неврологом и выбора правильной стратегии поведения и подходящих препаратов. Лечить ее необходимо, потому что показано, что у больных мигренью в два раза больше шанс получить инфаркт миокарда и в три раза — нарушение мозгового кровообращения.

Абсолютно неправильным является частый прием анальгетиков (два раза в неделю и чаще), при этом совершенно не важно, какие это препараты: цитрамон, парацетамол или пенталгин. При таком злоупотреблении анальгетиками приступы любой головной боли учащаются, возникает так называемая абузусная головная боль, а мигрень приобретает хроническую форму. Что будет, если не лечить, а просто заглушать боль таблетками? Ну смотрите: когда провели сравнительную оценку качества жизни у больных мигренью, ишемической болезнью сердца, гипертонической болезнью и диабетом, оказалось, что хуже всех дело обстоит у больных мигренью. Понятно, что приступы мигрени существенно влияют на трудоспособность и качество жизни, но научно доказано, что если приступы мигрени возникают лишь два раза в месяц, то больной теряет в творчески активном возрасте (между 15 и 45 годами) как минимум два года.

Источник: http://www.snob.ru/selected/entry/27465?rp=fb

Share this post


Link to post
Share on other sites

Мирра Айзенштадт


23 ноября 1950 г. в сталинских застенках была казнена журналистка Мириам (Мирра) Айзенштадт (дев. Казарицкая). Литературный псевдоним Железнова. В чем же была вина этой женщины? За какую "измену Родине" ее арестовали? Мирра Железнова работала в аппарате Еврейского антифашистского комитета, куда ее, известную уже журналистку, обозревателя газеты "Эйникайт", летом 1942 г. привел Илья Эренбург. Лучшие публикации газеты "Эйникайт" рупора ЕАК передавались по каналам Софинформбюро в страны антигитлеровской коалиции.

Железнова одна из первых, как и Илья Эренбург и Василий Гроссман собирала материалы о жертвах Катастрофы и евреях-героях войны, готовила свою книгу документальной прозы по собранным рассказам о горе и мужестве. В середине 1945 г. именно она первой опубликовала в газете "Эйникайт" списки Героев Советского Союза евреев. Оказалось, что к концу войны этого звания удостоились 135 евреев. Списки из газеты перепечатала европейская и американская пресса. Сто тридцать пять Героев Советского Союза евреи! Это был невероятно высокий процент
для полумиллиона солдат и офицеров евреев, сражавшихся на фронтах Великой войны, но это в корне меняло иерархию межнациональных отношений: вслед за русским народом-победителем шел маленький, на треть истребленный, но не сломленный еврейский народ Герой.

Опубликованное фото



Вот этого Мирре Железновой и не простили, затаившись до поры в апреле 1950-го ее арестовали. На единственном допросе 20 мая 1950 г. публикация цифры 135 стала одним из главных, предъявленных ей обвинений. В ее деле, по воспоминаниям дочери, которая видела позже протокол того допроса, есть только одна страница и приговор "к высшей мере". 229 дней провела мужественная женщина в камерах Лубянки и Лефортова, вплоть до вечера 23 ноября 1950 г., когда истерзанная Мирра вступила в расстрельный подвал.

Какую же "государственную тайну" выдала Мирра Железнова? Все данные о героически сражавшихся людях она получила в 7-м наградном отделе ГлавПУРа
на основании документов, оформленных и завизированных в отделе кадров, по официальному запросу, подписанному Соломоном Михоэлсом, и разрешению Александра Щербакова. Муж Мирры Леопольд Айзенштадт (Железнов), военный корреспондент, уволенный со всех постов "за потерю бдительности" сумел летом 1950 г. добиться проведения экспертизы и доказать, что все списки Героев Советского Союза были получены Миррой Железновой официально. Но ей это не помогло.

Простить журналистке, опубликовавшей на весь мир цифру (которая не вписывалась в сталинскую "национальную политику") выявленных евреев, награжденных Золотой Звездой Героя, ни Сталин, ни его юдофобское окружение не смогли. Российский историк Геннадий Костыриченко в своем исследовании ("В когтях у красного фараона", М, 1994) писал, что полковник из наградного отдела, оказавший содействие журналистке в получении информации, получил двадцать пять лет лагерей, как выдавший ей "государственную тайну".

В этом году исполнилось 100 лет со дня рождения этой мужественной и красивой женщины, о которой в настоящее время мало кто знает. Ее дочь, литературный критик. Надежда Железнова-Бергельсон написала книгу "Мою маму убили в середине XX века", вышедшую под эгидой МБПЧ (Academia, М, 2009), презентация которой прошла в ЦДЛ в Москве.

Автор публикации: Эдуард

Share this post


Link to post
Share on other sites

Вера Слоним


"...за то, что, радости синоним,
сияет солнце без конца,
чертами своего лица
напоминая Веру Слоним
"
Иосиф БРОДСКИЙ

Познакомились они при загадочных обстоятельствах. Первая версия, набоковская: "Я познакомился с моей женой, Верой Слоним, на одном из эмигрантских благотворительных балов в Берлине, на этих балах русские девушки традиционно торговали пуншем, книгами, цветами и игрушками."На балу она была в черной маске с волчьим профилем. Загадочная дама увлекла Сирина в ночной город на прогулку. Маску снять отказалась, вроде бы для того, чтобы Набоков внимательно усвоил то, что она говорит.

Опубликованное фото


А не отвлекался на ее красоту. Набоков усвоил, потому что говорила она о его творчестве. Внимание к своей персоне со стороны прекрасной незнакомки не могло не польстить юному Сирину. Благодарный, он написал стихотворение "Встреча" о романтической прогулке и маске.
Стихотворение было напечатано в "Руле", увидев которое, Вера назначила
свидание.

ВСТРЕЧА

"И странной близостью
закованный..."
А. Блок

Тоска, и тайна, и услада...
Как бы из зыбкой черноты
медлительного маскарада
на смутный мост явилась ты.
И ночь текла, и плыли молча
в ее атласные струи
той черной маски профиль волчий
и губы нежные твои.
И под каштаны, вдоль канала,
прошла ты, искоса маня;
и что душа в тебе узнала,
чем волновала ты меня?
Иль в нежности твоей минутной,
в минутном повороте плеч
переживал я очерк смутный
других - неповторимых - встреч?
И романтическая жалость
тебя, быть может, привела
понять, какая задрожала
стихи пронзившая стрела?
Я ничего не знаю. Странно
трепещет стих, и в нем - стрела...
Быть может, необманной, жданной
ты, безымянная, была?
Но недоплаканная горесть
наш замутила звездный час.
Вернулась в ночь двойная прорезь
твоих - непросиявших - глаз...
Надолго ли? Навек? Далече
брожу и вслушиваюсь я
в движенье звезд над нашей встречей...
И если ты - судьба моя...
Тоска, и тайна, и услада,
и словно дальняя мольба...
Еще душе скитаться надо.
Но если ты - моя судьба...


Она постоянно ускользала от него, оставляя неуловимый след, словно улыбку Чеширского кота. Он писал ей - она отмалчивалась. Он был уязвлен и слал колкие депеши: "Сперва я решил тебе послать просто чистый лист бумаги с вопросительным маленьким знаком посредине, но потом пожалел марку".И все же изящному аристократичному писателю удалось растопить сердце красавицы: Вера стала его женой. Его Музой и незаменимой помощницей. Она махнула рукой на диплом Сорбонны, на прежние литературные успехи. Возможно, дело в том, что Набоков насмехался над женщинами-писательницами, называя их жалкой провинциальщиной. Служить Автору стало ее призванием. А как иначе? Ведь они так похожи, даже буквы для них окрашены в цвета.

Это свойство - "цветной слух" - передалось и сыну Дмитрию. Словом, семья Набоковых была счастлива рассуждать, какого же цвета на самом деле буква "м" - розовая, голубая или клубничная. Впрочем, сама Вера не очень любила, когда ее муж говорил об этом посторонним. Когда же Набоков уже был готов рассказать об их первой встрече американскому ученому, Вера резко оборвала его на полуслове, обратившись к любопытствующему: "Вы что, из КГБ?"

Отец Веры Евсей Слоним был родом из небогатой семьи, изучал право, но адвокатом так и не стал -- пятый пункт помешал. Стал же крупным лесоторговцем, но в 1920 году вынужден был уехать из России, которой уже не были нужны толковые предприниматели. В Берлине он открыл издательство, выпускающее переводную литературу. Вера помогала отцу в этом, пока инфляция не снесла все его успешные начинания.

Все три дочери Евсея получили прекрасное образование. Вера, средняя, читала с трех лет и обладала уникальной памятью. Позже она станет "памятью Набокова", который частенько забывал и цитаты, и даже собственные тексты: Вера тут же подсказывала мужу и могла свободно цитировать огромные куски из его романов.

Так же она знала наизусть "Евгения Онегина". "Жесткий диск" ее памяти, хранившийся в прекрасной головке, выдавал Набокову ценные сведения из глубины совместно прожитых лет: вроде цвета куртки, которую носил их сын Митя в трехлетнем возрасте. Женитьба на еврейке была для Набокова концептуальным поступком. В.В. Набоков был сыном того самого В.Д. Набокова, погибшего от руки экстремистов-черносотенцев в 1922 году в Берлине.

Набоков-отец всю жизнь боролся против юдофобии. В этом сын шел по стопам отца. Бывали случаи, когда он просто выходил из комнаты, оборвав собеседника на середине фразы, содержавшей антиеврейский намек. Иногда доходило до абсурда. Однажды писатель с женой отправился отдыхать на юг Франции. Там, в маленькой гостинице, которую держал отставной русский генерал, Набокову почудился дух антисемитизма.

Несколько дней подряд он читал лекции генералу о значении евреев в русской жизни. После чего при упоминании самим Набоковым имени Андре Жид генерал строго отчитал писателя: "В моем доме прошу не выражаться"... До Веры, кстати, у Набокова были короткие романы с двумя еврейскими девушками. Третий роман затянулся на всю жизнь.
Эмигрантская жизнь была совсем не похожа на жизнь петербургскую, дореволюционную. Например, Евсей Слоним вовсе не был в восторге от такой партии для дочери.

Это в России Набоков был бы завидной партией -- аристократ, голубая кровь. Слоним как коммерсант понимал, что здесь, за границей, писательство обеспеченности совсем не гарантирует. Но Вера была девушкой своевольной, совета отцовского не спрашивала. Однажды они просто пришли ужинать к ее родителям, и Вера как бы невзначай проронила: "Нынче утром мы поженились".

Набоков продолжал заниматься малоприбыльным репетиторством. Вера Набокова всяческую неустроенность быта терпела. Всю жизнь, по сути, они провели в меблированных комнатах, а когда маленького сына Митеньку знакомые спрашивали, где он живет, он отвечал: "В маленьких домах около дорог".

Набоков не любил писать за письменным столом, предпочитая диван или ванну.
"Лолиту" он написал сидя на заднем сиденье их "бьюика", за рулем которого сидела Вера. Вместе они проехали по маршруту Гумберта Гумберта едва ли не через всю Америку, ночуя в мотелях, позже гениально им увековеченных. Затем Вера еще и спасала рукопись от уничтожения: пару раз Набоков в порыве гнева собирался выбросить ее в мусоропровод.
Набоков не только не умел водить машину.

Еще в первые дни их семейной жизни он составил шутливый список вещей, которые он не умеет и никогда не научится делать: водить машину, печатать на машинке, говорить по-немецки (за столько лет жизни в Германии этот, мало сказать способный, -- гениальный в отношении языков человек не удосужился выучить немецкий, потому что тот ему претил), складывать зонт, беседовать с обывателями. Все это до конца жизни за него делала Вера.
И еще она работала. Даже когда писатель Сирин стал знаменит, их берлинские доходы были по-прежнему скудны.

Вера работала в адвокатской конторе: до последних дней она помнила тот адов труд, когда ломит спину от машинки, стенографии, перепечатки, переводов и -- в придачу -- тошнит от немецкой тупости, пошлости, канцеляризма. А Набоков занимался своим -- романами. В череде романов родился их единственный сын Дмитрий. Поначалу В.В. был немного огорчен тем, что Вера занята ребенком и он не может ей диктовать. Жаловался, что это тормозит работу. Но сын есть сын, он был славный и сплошное очарование.

Уже были написаны "Отчаяние" и "Защита Лужина", когда диктатором Германии стал Гитлер. Запылали костры из книг, открылись первые концлагеря, начались погромы. Из Берлина надо было бежать - еврейское происхождение Веры не оставляло выбора. На последние деньги Набоков отправил семью в Прагу, а сам попытался устроиться во Франции. А вскоре появилась причина, из-за которой писатель не торопился воссоединиться с Верой и сыном.

Причину звали Ирина Гваданини, барышня была дивно хороша собой и чувственна, знала уйму стихов, других достоинств не наблюдалось. На жизнь она зарабатывала дрессурой и стрижкой пуделей – странный выбор для эстета Набокова. Об увлечении мужа стало известно Вере, и она прервала его метания: "Раз уж так влюблен, поезжай к ней". Спустя несколько недель Владимир вызвал ее и сына во Францию, сделав окончательный выбор в пользу семьи.

И снова бегство от немецких захватчиков. Теперь их приняла Америка, и хотя писатель был не ахти как рад месту преподавателя литературы в женском колледже Уэлсли, выбирать не приходилось. Сам он говорил, что, втолковывая молоденьким простушкам русские стихи, "приколачивает гвозди золотыми часами". Однако Фортуна не оставила скитальца - Набоков получил место в Гарвардском музее, где изучал бабочек. За несколько лет он стал уникальным специалистом по бабочкам-голубянкам, его достижения никто не смог превзойти.

А потом распахнул свои двери Корнельский университет, где писатель получил славу самого эксцентричного преподавателя. Он ненавидел Достоевского и нередко рвал его книги в клочья на глазах у публики. Доставалось Томасу Манну и Рильке, свою порцию колкостей получили Зощенко и Солженицын. То он требовал от студентов досконального знания текстов, то вдруг снисходительно заявлял:

"Жизнь прекрасна. Жизнь печальна. Вот и все, что вам нужно знать". И всюду его сопровождала Вера. Поседевшая, но по-прежнему стройная красавица с алебастровой кожей. Супруг же заметно сдал, располнел, она вела его под локоть, неся стопку книг. Усаживала Автора и садилась рядом.Она сидела в первом ряду или где-нибудь поблизости, и взгляд Набокова-профессора был неизменно направлен на нее.

По сути, все лекции были прочитаны Вере. Он называл ее ассистентом. Вера помогала ему во всем, иногда даже принимая экзамены. Во время занятий, когда он забывал цитату (а забывал он их постоянно), Вера молниеносно подсказывала ему. Она раздавала буклеты, манипулировала классной доской, писала мелом. К старости они поистине стали единым целым: он и часа не мог провести без жены.

...Вся ее жизнь была делопроизводством. Обладая уникальным свойством упорядочивать и корректировать тексты безболезненно для Набокова, она много лет "перебеливала" его рукописи -- переводила из письма в печатный текст. Часто он просто диктовал ей. Вдохновительница и помощница, Вера могла и отменить появление нового текста -- к примеру, ей не понравилась идея романа о сиамских близнецах, который должен был стать апофеозом набоковской "мании двойников". Могла она и спасти от небытия погребенный под черновиками и трудами по энтомологии роман -- Bend Sinister. Набоков совсем забыл о нем, все лето посвятив ловле бабочек. Она же предложила перевести "Евгения Онегина" на английский, при этом сама проделала огромную работу, перепечатав текст на трех тысячах листов.

В их бытовой жизни имелись просто потрясающие детали. Набоков так и не научился пользоваться телефоном. Он не мог разговаривать не только с обывателями, но и со всем остальным миром. От его имени всегда говорила Вера, а он стоял рядом с аппаратом.
Она вела переговоры с издательствами и уговаривала издателей идти на уступки, выбивала гонорары. Вела его переписку, ограждая от желающих познакомиться. Гений не имеет права добродушно потакать праздному желанию многих. Она писала письма, а Набоков их подписывал или просто одобрял.

Многие ее письма начинались с уловки: "Владимир начал это письмо, но вынужден был в спешке переключиться на что-то другое и попросил меня продолжить..."Вера была отлаженным механизмом, призванным поддерживать его Дар. Они оба были тружениками, но разного направления. Набоков как демиург рождал миры, населял их, заставлял жить. Вера -- упорядочивала, выметала лишнее, чистила, скребла, выставляла напоказ. Она давала ему ощущение стабильности и основательности жизни. Естественно, что при этом Набоков сам не испытывал никакого интереса к обыденной реальности: скажем, к преподаванию и издательским делам.

Существует версия, что именно Вера вынуждала его ходить на лекции, поэтому и сопровождала его всюду. Набоков неоднократно подчеркивал, что ему необязательно возвращаться на родину, в полицейское государство: его Россия всегда была с ним -- мир его детства, сын и Вера, которая создала комфортную оболочку из схожести вкусов, любви к словам, чуткости к красоте и чистоте языка.Хотя схожесть их вкусов была не такой уже абсолютной.

Они оба обладали цветовым восприятием языка, любили игры, но в то же время в отличие от Набокова Вера увлекалась политикой, живописью, театром. Его же затащить на спектакль было невозможно. Он терпеть не мог домашних животных, и Вера развешивала у себя в комнате фотографии кошек и собак, принадлежащих друзьям. Вера Набокова, урожденная Слоним, как утверждали очевидцы, была лучшей в мире из писательских жен. "Без мой жены, - заметил однажды Набоков, - я бы не написал ни одного романа". Они вместе прожили 52 года.

Уже отшумели скандалы вокруг спасенной от огня "Лолиты", которую сначала объявили порнографическим романом, а затем превознесли до шедевра. Набоков был богат, известен и больше не желал оставаться в Америке. Здесь он не приобрел даже собственного дома - единственный дом навсегда остался в России.

Последним приютом Владимир Набоков избрал Швейцарию, отель "Палас" на берегу Женевского озера - там водились изумительные бабочки.И надо же, именно бабочки ускорили уход. Погнавшись за одной, Набоков упал и сильно ударился о камень. Проболев два года, он навсегда покинул этот мир. Последними словами в полубреду были: "Некоторые бабочки, наверное, уже начали взлетать."

Вера пережила мужа на 14 лет. Наверное, она рассердилась бы, узнав, что на ее могиле напишут: "Жена, муза и агент". Она скорее чувствовала себя его тенью. Сам он навеки остался в Монтре, деревушке Кларанс. Под роскошным голубым камнем, на котором написано Vladimir Nabokov ecrivain (писатель) 1899-1977. Ни креста, ни портрета. Зато башня тонет в винограднике, на другом берегу ледники и снежные вершины Секвойи. Женевское озеро с неутомимыми бабочками. Вечный покой и вечное счастье Эстета.

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/57425.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Фанни Мендельсон


Фанни Хензель, урождённая Мендельсон (Бартольди) (нем. Fanny Hensel, geb. Mendelssohn (Bartholdy), 14 ноября 1805, Гамбург — 14 мая 1847, Берлин) — немецкая певица, пианистка и композитор, сестра Феликса Мендельсона Бартольди; дедом их обоих был известный еврейско-немецкий философ-просветитель Моисей Мендельсон.


Опубликованное фото
Портрет работы Мориса Даниэля Оппенгейма



Биография

Получила блестящее образование в обеспеченной, высоко культурной берлинской среде, изучала фортепиано и композицию, рано проявила незаурядные музыкальные способности.

Её голосом восхищался Гёте, посвятивший ей стихотворение (1827). В 1829 вышла замуж за берлинского художника Вильгельма Гензеля, родила сына. В 1839—1840 путешествовала с семьей по Италии. Выступала с воскресными концертами, в том числе — исполняла Баха, Моцарта, Бетховена, а также сочинения брата. Во время одного из таких выступлений скончалась от апоплексического удара. Брат, впавший после её смерти в глубокую депрессию, умер через несколько месяцев.

Творчество

Автор трех органных прелюдий (1829), драматической пьесы для сопрано и оркестра «Геро и Леандр» (1832), фортепианного и струнного квартетов, нескольких кантат, вокальных сочинений на стихи Гёте, Гейне, Ленау, Ламартина и других поэтов-романтиков, лирических пьес для фортепиано, среди которых наиболее известен цикл из 12 миниатюр «Год» (1841).

Признание

Наряду с Кларой Шуман и Луизой Фарранк, Фанни Мендельсон — наиболее известная среди женщин-композиторов XIX в. Изданы её письма и дневники, ей посвящено несколько романов-биографий.

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/57959.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Мириам Гурова


Не человек, а сплошные противоречия. С одной стороны — живет в поселении Нокдим в Иудейской пустыне. А работает — в Иерусалиме. С правой стороны — религиозная поселенка. С левой стороны — режиссер театра. Обожает джаз и рок — но не может жить без Баха. И без Оффенбаха.
Имени у нее тоже два. Мириам Гурова уже скоро 20 лет в Стране Израиля. Но в Екатеринбурге помнят выпускницу Свердловского государственного театрального института (курс В. Курочкина и К. Стрежнева), которая вдруг бросила любимый театр — да и уехала с мужем-композитором сначала в Минск, а потом в Израиль, но тогда ее звали Марина Гельчинская.

Опубликованное фото


Эта Гельчинская тоже всегда была в двух местах одновременно: например, еще студентка, но уже — ассистент режиссера в Свердловском Академическом театре музыкальной комедии. Так всех достала, что пришлось ее после защиты диплома принять на работу в этот театр. Живи-радуйся, да? — а она все бросила и… См. выше.

В Иерусалиме преподавала в колледже «Эмуна», где на театральном факультете поставила несколько спектаклей, а музыку к ним написал ее муж — Аарон-Аркадий Гуров. Одновременно как-то успела в соавторстве с ним осуществить главный проект — родить четверых детей. Преподавала в Школе сценического искусства «Нисан Натив», а потом вдруг оказалась в Кнессете — парламентским помощником депутата Юрия Штерна. И было бы все хорошо, но…
«Но пронзительный мотив начинается, вниманье…»
2002 год. 25 февраля. Канун Пурима. Выстрел арабского террориста. Муж Аркаша убит. И теперь в их доме больше не будет праздника Пурим.

Опубликованное фото


Но у нее нет выхода — надо поднимать детей. Надо довести до слушателей гуровские осиротевшие партитуры. Юрий Штерн придумал Мемориальный фонд «Шират Аарон». И она работает в этом фонде и организует по городам и странам концерты, где оркестры исполняют произведения Аарона Гурова. А еще пишет пьесы (в надежде поставить), публикует рассказы и эссе: в газете «Вести» — приложение «Окна», в еженедельнике «Секрет», в интернет-журнале «Маоф» и «7-й канал». А теперь и на «Букнике».

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/60371.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Дина Шварц


Российский театровед, заслуженный деятель искусств РСФСР (1984) Дина Шварц в 1945 году окончила Ленинградский театральный институт. В 1949-1956 гг. была заведующей литературной частью Ленинградского театра имени Ленинского комсомола. С 1956 года - заведующая литературной частью Большого драматического театра. Она навсегда связала свою творческую жизнь с Георгием Александровичем Товстоноговым. Они проработали вместе 40 лет. Другого подобного союза не знает ни русский, ни мировой театр.

Опубликованное фото


Она была, пожалуй, самым верным солдатом легендарной товстоноговской гвардии. Дина Морисовна не выходила на поклоны и не любила публичной славы. Но каждый драматург знал, что в БДТ есть Дина Шварц и что её мнению безоговорочно доверяет великий Товстоногов. Она была умницей, талантом, незаурядной личностью, неиссякаемым кладезем театральных историй и великой труженицей. Когда вспоминают артистов, вспоминают сыгранные ими роли. Вспоминая завлита БДТ Дину Морисовну Шварц, вспоминают имена открытых ею драматургов и спектакли, для которых она делала инсценировки.

Среди них "Три мешка сорной пшеницы", "Тихий Дон", "Фома". При её непосредственном участии создавались такие пьесы, как "Правду! Ничего, кроме правды!!!", "Третья стража", сценические редакции пьес "Беспокойная старость", "Ханума", "Варвары", "Мещане", "Дачники", "Ревизор". Почти все они созданы во времена соратничества с Г.А. Товстоноговым. Сегодня ей было бы 90. Она пережила Товстоногова на девять лет (умерла 5 апреля 1998 года). Изо дня в день, невзирая на возраст и нездоровье, она приходила в театр, ставший её домом, её судьбою. Похоронили Дину Морисовну Шварц на Волковском кладбище в Санкт-Петербурге. О ней до сих пор вспоминают – и не только в театре.

Живущий в Германии русский поэт Олег Юрьев пишет: «В начале 1986 года Дине Морисовне Шварц, знаменитому завлиту БДТ, передали через знакомых две пьесы моего сочинения — «Мириам» и «Маленький погром в станционном буфете». Я ни на что не рассчитывал, когда соглашался на помощь добрых знакомых: пьесы по советскому времени были совершенно непроходные — «про евреев» и вообще, — но почему-то ребячески предвкушал, как Дина Морисовна мне скажет: «Ну вы же сами понимаете...», а я ей скажу: «Нет, ничего не понимаю, объясните...» — и будет очень интересно. Но всё произошло совершенно не так — Дина Морисовна была не простым советским завлитом с постоянным «вы же сами понимаете» на губах, а Диной Морисовной Шварц...

Через пару недель у нас дома на Черной речке зазвенел телефон, и трубка сказала, что она дочка Дины Морисовны, Лена, что Дина Морисовна принесла мои пьесы из театра домой и дала ей со словами «Посмотри, тебе должно понравиться». И ей действительно понравилось, и даже стихи, и она хочет послушать еще стихов. Голос ее был слегка растерянный и запинающийся — от непривычности и неловкости ситуации, вероятно». Увы, дочь Дины Морисовны, талантливая поэтесса Елена Шварц, о которой говорит Олег Юрьев, умерла 11 марта 2010 года и похоронена там же, на Волковском кладбище.

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/63968.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Кортни Файн


Американская актриса, сценарист, певица и автор песен Кортни Фелиция Файн родилась в городке Тусон, шт. Арканзас, в еврейской семье Гарриет Сандры Файн (девичья фамилия — Финк) и Гарольда Алана Файна. У неё был старший брат Рэндалл Адам Файн, от которого у Кортни появился племянник — Джейкоб Александр Файн. Вскоре после рождения Кортни её семья переехала в Лексингтон, шт.Кентукки. Кортни Файн окончила с отличием среднюю школу в Пенсильвании и университет со степенью в области связи и торговли.

Опубликованное фото


В 16 лет была принята на службу в Палату представителей США. В 2004 году Файн дебютировала в кино, сыграв Робин Рид в фильме «Брифинг». Кортни написала сценарий и сыграла в офф-бродвейском спектакле «Me2». В течении многих лет она занималась музыкой, писала и сама исполняла свои же песни. К сожалению, полтора месяца назад Кортни Файн ушла из жизни. Она скончалась 8 марта 2011 года в Лос-Анджелесе, шт. Калифорния, в результате острой пневмонии. Ей было 33 года. Похоронили Кортни Файн 14 марта 2011 года.

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/64965.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Барбара Херши


Барбара Херши (настоящая фамилия Герштейн) родилась в самом центре Голливуда. Она окончила голливудскую школу, после чего практически все свое свободное время посвящала съемкам в кино и сериалах.

Опубликованное фото


В 1965 году Барбара впервые сыграла роль в профессиональном кино. Её первой работой была небольшая роль в сериале «Gidget». В 1966 году она вошла в основной состав актером сериала «Монро». После нескольких месяцев съемок Барбара решила для себя, что этот проект ей абсолютно не интересен и всячески тормозит её творческое развитие. Она хотела, что бы продюсер отпустил её, так как сниматься у неё уже не было сил.

После не особо удачной работы в сериале «Монро» Барбара Херши начала пробовать себя в большом кино. В 1968 году она работала на одной площадке с легендарной актрисой Дорис Дэй на съемках фильма «With Six You Get Eggroll».

Опубликованное фото


Следующей её яркой работой стала роль в приключенческом фильме в главных ролях с Дэвидом Кэррадайном. Между актерами начали созревать романтические отношения, результатом чего стало рождение совместного ребенка.

В 1986 году Барбара Херши начала сотрудничество с режиссером Вуди Алленом. Она снялась в его фильме «Ханна и её сёстры». Актрисы сыграла роль одной из главных героинь, данная работа получила одобрение зрителей и положительные отзывы голливудских критиков.

В 1988 году актриса сыграла трудную и многозначную роль в фильме «Последнее искушение Христа». Она стала звездой многих популярных картин. После получения всеобщего признания Барбара старалась сниматься только в интересных и нестандартных фильмах. Актриса даже бралась за небольшие роли, главным критерием стала сложность и выразительность характера персонажа.

Опубликованное фото


Лучшими работами Барбара Херши можно назвать фильмы: «Бриллианты», «Обвинение против женщины», «Трюкач», «Ханна и её сёстры», «Застенчивые люди», «Последнее искушение Христа», «Без защиты», «Пэрис Трау», «Крушение», «Опасная женщина», «Последний из племени псов».

В 2004 году актриса сыграла в фильмах «Верхом на Пуле» и «11:14». Данные работы стали последними яркими ролями этой талантливой актрисы.

На данный момент Барбару Херши можно увидеть на экране телевизора в качестве гостьи различных шоу и передач. Она старается уделять больше времени себе и своим близким.

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/67770.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Лиза Эдельштейн


Лиза Эдельштейн (англ. Lisa Edelstein) — американская актриса и драматург. Наиболее известна своей ролью Лизы Кадди в сериале «Доктор Хаус».

Биография

Опубликованное фото


Лиза Эдельштейн родилась 21 мая 1966 года в еврейской семье в Бостоне, Массачусетс. Её отец, Элвин, педиатр в Нью-Джерси в больнице Chilton Memorial. В 18 лет Лиза переехала в Нью-Йорк изучать театральное искусство в школе Нью-йоркского университета изобразительных искусств. Одной из первых ролей Эдельштейн стало участие в мюзикле Positive Me, этот мюзикл был посвящён борьбе со СПИДом.

Опубликованное фото


На телеэкранах Лиза появилась в передаче Awake on the Wild Side, которая транслировалась по кабельному телевидению. Также из заметных её ролей стали: девушка по вызову в сериале «Западное крыло», сестра Дэвида Конрада в «Относительности», трансексуальный приятель Джеймса ЛеГроса в «Элли МакБил» и ортодоксальная еврейка в сериале «Семейный закон».

Опубликованное фото


Была замечена в таких известных фильмах, как «Чего хотят женщины» с Мелом Гибсоном и Хелен Хант, «Лучше не бывает» с Джеком Николсоном, в «Дежурном папе» (Daddy Day Care) с Эдди Мерфи и «Сохраняя веру» с Беном Стиллером и Эдвардом Нортоном.

Опубликованное фото


В 2004 была приглашена на роль доктора Лизы Кадди, главврача больницы Принстон-Плейсборо, в сериал Доктор Хаус.

Опубликованное фото

Опубликованное фото

Опубликованное фото


Факты

* рост: 1,63 м * цвет глаз: голубой * Знает испанский. * Любит сидеть в Интернете. * Практикует аштанга-йогу шесть дней в неделю. * Лиза — левша. * Вегетарианка * В свободное время пишет, сочиняет музыку и рисует

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/69765.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Иванка Трамп


Иванка Трамп родилась 30 октября 1981 года в Нью-Йорке, США. Она приходится дочерью еврейскому миллиардеру Дональду Трампу.

Опубликованное фото


Иванка привыкла к роскоши и большим деньгам с младенчества. С первых же дней жизни Иванку окружали самые красивые и дорогие вещи, самые известные и уважаемые люди.

Родители старались воспитывать дочь как настоявшую американку, способную самостоятельно строить свою жизнь. Они не хотели, что бы из неё выросла капризная наследница «папиной империи». Уже в юности девушке внушили то, что она должна зарабатывать деньги сама и не рассчитывать на помощь извне.

Опубликованное фото


Иванка Трамп получила образование в закрытой привилегированной школе. Родители никогда не баловали её деньгами, они только оплачивали счета за учебу.

Поняв, что не нужно ждать финансовой помощи от них Иванка решила попробовать заработать самой. Свой первый гонорар она получила, став моделью.

Опубликованное фото


Иванка Трамп очень красивая девушка с отличной фигурой, поэтому ей было не трудно добиться успеха на модельном поприще. Уже тогда многие начали поговаривать что Иванка, достойное продолжение рода Трампов.

После работы модели Иванка решила попробовать себя в более серьезной профессии. На тот момент она уже была студенткой экономического факультета Пенсильванского университета. Иванка всегда хорошо училась. Преподаватели ставили ей высший балл не за деньги папы, а за знания и ум.

Опубликованное фото


После окончания университета Иванка устроилась работать в одну из компаний отца. Она начала работать с недвижимостью. Дочь миллиардера постоянно пропадала в командировках. Её приходилось совмещать работу в Нью-Йорке, Сеуле, Торонто и других крупных мировых центрах.

После того как Иванка доказала, что может отлично справляться не только с позированием перед камерой, но и с серьезными деловыми задачами, отец начал доверять ей управление всем своим бизнесом. Иванка начала выступать в роли заместителя Дональда Трампа.

Опубликованное фото


На данный момент Иванка Трамп занимает должность вице-президент концерна «Trump Entertainment». Её можно назвать правой рукой своего отца.

В последнее время Иванка стала уделять много времени собственному коммерческому проекту. Она организовала ювелирную компанию, и вскоре должна выйти серия престижных украшений под брендом «Ivanka Trump». В основном Иванка ориентируется на богатых людей, способных позволить себя самые дорогие вещи.

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/69933.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Орна Порат

 

Израильская актриса, режиссер и театральный деятель, лауреат Премии Израиля Орна Порат (Ирена Кляйн) родилась в Кёльне в немецкой семье. Училась театральному искусству в драматической школе Кельна (1940-42), затем выступала во второстепенных ролях в театрах Кёльна и Шлезвига (1942-46) и недолго в Гамбурге (1947). Состояла в молодежной нацистской организации «Гитлерюгенд», но, узнав в конце войны о злодеяниях нацизма, она в поисках «лучшего мира» намеревалась уехать в Советский Союз. В 1945 году встретила солдата британской армии, еврея Йосефа Протера (Порат) и вышла за него замуж, приняв иудаизм. В 1947 г. Порат с мужем репатриировалась в Эрец Исраэль, попав в страну к началу Войны за Независимость.

 

Опубликованное фото

Некоторое время семья Порат жила в различных киббуцах, а затем переехала в Тель-Авив. Артистическая карьера Порат связана с театром «Камери», куда она была принята (1947) после попыток поступить по конкурсу в «Габиму». Еще слабо владея ивритом, Порат проработала в театре год без оплаты, исполняя маленькую роль в спектакле по пьесе Кэтрин Форбс и Дж. Ван Друтена «Мама была такой» (1948; режиссер И. Милло), а затем вошла в состав труппы и вскоре стала в ней одной из ведущих актрис.

 

Играла героико-трагедийные роли классического репертуара (например, Жанна д’Арк в «Святой Иоанне» Б. Шоу, 1952; Мария Стюарт в одноименной пьесе Ф. Шиллера, 1961; Электра в одноименной пьесе Еврипида, 1964 и другие) и характерно-сатирические (например, Шунтэ и Сунтэ в «Добром человеке из Сезуана» Б. Брехта, 1955; Гитл Моска в пьесе У. Гибсона «Двое на качелях», 1960; Старая дама в пьесе Ф. Дюрренматта «Визит старой дамы», 1974). Особой глубиной и законченностью отличается роль Матери в пьесе Ф. Лорки «Кровавая свадьба» (1970, «Камери»; 1990, «Габима»); оригинальную трактовку Порат нашла, играя роли в пьесах Шекспира «Ромео и Джульетта», «Двенадцатая ночь», «Кориолан» и других. На сцену тель-авивского театра "ИдиШпиль" она впервые ступила в 1995 году, сыграв Мирелэ Эфрос в одноименной постановке - этот спектакль сорвал шквал аплодисментов на международном театральном фестивале в Вене.

 

Помимо работы в израильских театрах Порат выступала нередко и в зарубежных: в парижском театре Сары Бернар (1956), в театрах Швейцарии и США (1960–70-е гг.); в 1961–64 гг. совершенствовала актерское мастерство в Сорбонне (Париж), выезжала в Лондон, а также в Москву и Ленинград, где знакомилась с особенностями детского театра. Порат — создатель и первый руководитель детского театра в Израиле. Еще в 1960-х гг. при «Камери» был организован детский филиал, который с 1970 г. стал самостоятельным «Театром для детей и юношества» («Ха-театрон л-еладим у-ле-ноар»). В течение 18 лет Порат возглавляла театр, поставила много спектаклей, в том числе «Анна Франк» (по пьесе Френсис Гудрич и А. Хаккета, 1973), «Аггадот шлоша ве-арбаа» («Сказание о трех и четырех», по Х.-Н. Бялику). Теперь театру – при жизни актрисы - присвоено ее имя: Национальный театр для детей и юношества имени Орны Порат.

 

Порат участвовала в телевизионной постановке «Хозяйка замка» по пьесе Леи Гольдберг и в кинофильме о жизни Я. Корчака. Значительные роли Порат последних лет — Бернарда Альба в пьесе Ф. Лорки «Дом Бернарды Альба» (1988) и роль Маргариты фон Цанд, врача дома умалишенных в пьесе Ф. Дюрренматта «Физики» (1991), обе в «Камери». Актерская манера Порат отличается яркой темпераментностью, экспрессией и одновременно сдержанностью, напряженным драматизмом и глубоким психологизмом. Порат — лауреат Государственной премии Израиля (1979), премии «Серебряная роза» газеты «Маарив» (1980, за исполнение женской роли в пьесе А. Миллера «Смерть коммивояжера»), имени М. Маргалита (1983; за исполнение роли Гекубы в пьесе Ж.-П. Сартра «Жены Трои» по Еврипиду, «Габима»).

 

Орна Порат читает лекции в стране и за рубежом и является почетным доктором Бар-Иланского университа и Института Вейцмана в Реховоте. Орна Порат никогда не работает на публику — ни на сцене, ни в жизни. Имея за плечами полувековой опыт театральной карьеры, она говорит: «Я беру с собой на сцену воспоминания и уроки целой жизни. И твердое осознание того, что мне уже не нужно самоутверждаться…».

 

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/73322.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Елена Боннэр


18 июня 2011г скончалась выдающаяся диссидент, правозащитница, общественный деятель, писательница, жена (в самые трудные его годы) академика Андрея Дмитриевича Сахарова. Для меня лично это огромная потеря. Хотелось бы напомнить основные вехи ее биографии. Елена Георгиевна родилась 15 февраля 1923, в п. Мерв, Туркестанская АССР. Отец, армянин Кочаров (Кочарян) Левон Саркисович; отчим — Алиханян Геворк Саркисович в 1920-21 гг. — первый секретарь ЦК КП(б) Армении, в 1921-31 гг. на ответственных партийных постах в районных комитетах РКП(б): Бауманского в Москве и ряде районов города Ленинграда. В 1931-37 гг. работал в Исполкоме Коминтерна. Необоснованно репрессирован, расстрелян 13 февраля 1938 года, посмертно реабилитирован. Мать, еврейка Боннэр Руфь Григорьевна (1900—1987), была арестована 10 декабря 1937 года, а 22 марта 1938 года приговорена к 8 годам ссылки. Реабилитирована в 1954 году.

Опубликованное фото


Елена с начала войны на фронте. Работала медсестрой в одной из санитарных «летучек», перевозивших раненых и эвакуированных из Ленинграда с берега Ладоги в Вологду. В результате авианалёта получила тяжёлое ранение и контузию. После выздоровления работала сначала медсестрой, а с 1943 года, старшей медсестрой в военно-санитарном поезде № 122. День Победы 9 мая 1945 года встретила под Инсбруком (Австрия). Демобилизована в конце августа 1945 года. В 1971 году была признана инвалидом Великой Отечественной войны II группы. Бабушка Елены Боннэр погибла в Ленинграде во время блокады.

С 1947 по 1953 годы Боннэр обучалась в 1-м Ленинградском медицинском институте. Была исключена из института за высказывания по поводу «Дела о сионистском заговоре в МГБ»; после смерти Сталина восстановлена. По окончании института работала участковым врачом, затем врачом-педиатром родильного дома. Была удостоена звания «Отличник здравоохранения СССР». У Боннэр двое детей — дочь Татьяна (1950) и сын Алексей (1956). С их отцом, Семёновым И.И., в разводе с 1965 года.

В 1965 году вступила в КПСС. Переосмыслив, после подавления «Пражской весны» 1968 года, свою жизненную позицию, в 1972 году вышла из КПСС в связи с несоответствием своих убеждений политике партии.

В 1960-х — начале 1970-х ездила на процессы над диссидентами. Во время одной из таких поездок в 1970 г. в Калуге (процесс Б. Вайля — Р. Пименова) познакомилась с академиком Сахаровым. В 1972 году вышла за него замуж. Вместе с Сахаровым поехала в ссылку в город Горький (1980 г.). В 1984 году была осуждена Горьковским областным судом по ст. 190-1 УК РСФСР (клевета на советский общественный и государственный строй), наказание отбывала по месту высылки мужа в г. Горьком. Дочь и сын Елены Георгиевны от первого брака были исключены из ВУЗов и в конце семидесятых годов были вынуждены эмигрировать. Однако невесте Алексея — Е. Алексеевой, — власти СССР выезд запретили, что стало причиной первой голодовки супругов Сахаровых в Горьком (22 ноября — 9 декабря 1981 года). Голодовка увенчалась успехом: Алексееву выпустили в США.

Имела много наград и премий: «Отличник здравоохранения СССР»; Награда «За свободу Прессы» за 1993 года; Звание почётного доктора права ряда американских и европейских университетов; Лауреат премии Международного фонда им. Рауля Валленберга; Лауреат премии памяти профессора Торолфа Рафто (1991); Награждена Командорским Крестом ордена Заслуг перед Республикой Польша указом президента Польши «за выдающиеся достижения в области защиты прав человека и продвижения гражданских свобод» (2010).

10 марта 2010 года первой подписала обращение российской оппозиции к гражданам России «Путин должен уйти».

Автор этой заметки, как и многие бывшие советские политзаключенные, благодарен Елене Георгиевне за поддержку во время своего 15-летнего лишения свободы. Андрей Дмитриевич Сахаров хотел присутствовать на моем процессе, но его туда не пустили. Елена Георгиевна с этим не смирилась. Она организовала «Обращение Хельсинской группы в защиту А.Болонкина» от 30 апреля 1981 г. В тяжелейших условиях пыток, истязаний, избиений, всебщих воплей «правоверных советских граждан», организованных кагебистами, которые называли меня не иначе как негодяй, отщепенец, враг народа, предатель, агент империализма, - голос Елены Боннэр и ее сторонников был важен как голос в защиту людей, выступавших за свободу, демократию, за право свободного выезда из страны.

Но когда рухнула эта империя зла – СССР, бывшие кагебисты и коммунистические боссы быстренько перекрасились в «демократов», разворовали народное достояние, стали буржуями. И если сегодня не сажают за критику существующего режима, но отношение властей к бывшим политзаключенным – людям, выступавшим за демократизацию, видно по их делам. Новый правитель Путин многим бывшим реабилитированным политзаключенным, попирая ельцинский «Закон о реабилитации», отказался восстановить квартиры, выплачивать пенсию, достойную компенсацию за годы лишения свободы, каторжный труд, пытки и истязания (в частности, я добиваюсь этого через суды уже 20 лет!).

Отношение бывшего полковника КГБ к невинным жертвам КГБ и коммунистического режима видно из отношения нынешних правителей ко Дню памяти жертв коммунистических репрессий.

Каждый год в Вашингтоне рядом с установленным в нескольких кварталах от Конгресса Мемориалом жертвам коммунизма проходит церемония с возложением венков. Каждый год в ней участвуют американские политики и послы зарубежных государств. Каждый год организаторы мероприятия – Фонд памяти жертв коммунизма – приглашают на церемонию представителей российского посольства. И каждый год российские дипломаты оставляют приглашение без ответа.

На последней церемонии 9 июня к подножию Мемориала были возложены венки от посольств Латвии, Литвы, Эстонии, Украины, Молдавии, Чехии, Венгрии, Польши и еще нескольких стран. От посольства России не было ни венков, ни цветов.. Представители посольства РФ к памятнику не явились. Это не случайно.

Для нас, жертв коммунистических репрессий, кончина Елены Георгиевны Боннэр - невосполнимая потеря. Пока мы живы, ее светлый образ будет в наших душах. Имя Елена означает факел. Ее жизнь и ее борьба были факелом, освещающим путь нам, участникам этой борьбы во мраке беспросветной гэбистской ночи.

Источник: http://newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=3712

Share this post


Link to post
Share on other sites

Маша Брускина


Моя тетя Рина (до ста двадцати, имя изменено) отличается большой настороженностью в национальном вопросе. Возможно, потому, что большую часть жизни она прожила в маленьком поселке городского типа, где люди с другой формой носа заметнее, чем в мегаполисе. Мне смешно и грустно вспоминать нашу пикировку в прошлом:
- Слушай, а он (фамилия) еврей?- привычно вопрошала тетя.
- Он, прежде всего человек, а его анкетные данные меня не интересуют!
Но есть реальная история, где из-за этих самых данных надолго потерялось имя человека.

Опубликованное фото


Вот так - неизвестная девушка. Сколько жизней было утеряно после второй мировой, сколько имен! Но только не в этом конкретном случае.
На нюрбергском процессе демонстрировались фотографии и хроника, снятые немецкими солдатами.
Некоторые из них потом вошли в фильм Михаила Ромма "Обыкновенный фашизм".
Первые жертвы сопротивления в Минске 26 октября 1941 года

Опубликованное фото


Девушка на этом снимке была узнана ее дядей известным белорусским скульптором Заиром Азгуром, школьными друзьями. Несколько десятков человек были готовы засвидетельствовать, что это Маша Брускина.

Она училась в еврейской школе, была активной пионеркой, а затем комсомолкой, писала заметки в газеты – в общем, девочка отлично вписывалась в сталинскую концепцию советского счастливого детства. Я могу написать хоть еще сто подобных саркастических строчек, только это не изменит суть того времени – Маша и еще много других таких девочек и мальчиков своей короткой жизнью доказали, что провозглашенные тогда идеалы были для них не пустым звуком. После оккупации Минска 17-летняя Маша Брускина устроилась в госпиталь, где нацисты держали раненых красноармейцев. Подпольщики ставили пленных на ноги и помогали им бежать.Но были схвачены и казнены.

Бородатый мужчина на снимке - Кирилл Трус, а рядом с Машей – его племянник Володя Щербацевич. Они были впоследствии награждены орденами, а девушка осталась неопознанной.
Основная причина вроде бы на поверхности - партийные чиновники не могли допустить, чтобы еврейка стала белорусской героиней. Но к тому времени уже был награжден золотой звездой героя Исай Казинец – руководитель минского подполья. И хотя Исай не принадлежал к числу партийных функционеров, его, еврея, всё же назначили секретарем подпольного минского горкома партии по партизанской работе.

Очевидную роль в этом назначении сыграло то, что он уже успел сформировать партизанскую группу, совершившую ряд крупных диверсий на железной дороге. Назначение Казинца полностью себя оправдало: под его умелым руководством количество партизанских диверсионных групп увеличилось до 25, был организован регулярный выпуск листовок, проведено более 100 диверсионных акций, уничтожены сотни гитлеровцев, а также похищено много оружия, часть которого была переправлена в леса к партизанам.

Может быть, чиновники посчитали, что евреев-героев и так уже предостаточно, может быть, свою роковую роль сыграло то, мемориальная доска была установлена в 1967 году после шестидневной войны – но имя Маши осталось в забвении. Это продолжалось и после перестройки.

Уже был установлен памятник в Израиле, в окрестностях Тель-Авива с надписью на иврите и на английском: "Памяти Маши Брускиной и всех еврейских женщин, павших в борьбе с нацизмом".

Опубликованное фото


Названа улица в нашей столице. На открытии улицы Маши Брускиной выступил тогдашний мэр Иерусалима Ури Луполянски.

А в Минске все оставалось неизменным. Но в этом году почти пятидесятилетняя борьба принесла результат:
"…В целях увековечения памяти участницы Минского антифашистского подполья Марии Борисовны Брускиной Мингорисполком решил внести изменения в текст мемориальной доски, установленной на доме № 14 по ул. Октябрьской, и изложить его в следующей редакции: "Здесь 26 октября 1941 года фашисты казнили советских патриотов К. И. Труса, В. И. Щербацевича и М. Б. Брускину".
В июле 2008 года у проходной завода появилась обновленная доска, а 3 ноября состоялось торжественное открытие мемориала.

Опубликованное фото


Большое спасибо Пророку, который в своем посте дал ссылку на публикацию, в которой я узнала о достойном завершении этой истории.

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/79596.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Три сестры Иосифа Трумпельдора


«Хорошо умереть за Родину» – эти слова Иосифа Трумпельдора знает каждый израильтянин. Человек-легенда, символ мужества и сионизма, один из создателей Еврейского легиона, Иосиф Трумпельдор широко известен в Израиле – его именем названы улицы и площади, спортивные клубы и общественные организации, его жизнь и свершения изучаются в университетах, в музеях представлены материальные свидетельства его подвига. Статья Ирины Алексеевой о жизни сестер Иосифа Трумпельдора открывает совершенно неизвестную ранее сторону жизни национального героя Израиля и представляет, несомненно, огромный интерес для всех, кто неравнодушен к еврейской истории.

***

Так случилось, что примерно полгода назад, мой папа, не говоря лишних слов, дал мне свидетельство о рождении моей бабушки, и так как мне в руки оно попало только сейчас, мне стало интересно как можно больше узнать о моих предках. В графе «мать» значилась фамилия Трумпельдор Софья. Скажу честно, мне эта фамилия мало что говорила и тогда я не придала этому большого значения. Вот именно так все и началось.

У меня есть семья, муж и дочь, достаточно спокойная, обеспеченная жизнь, и кажется, что уже вряд ли что-то могло сильно взволновать, удивить меня, заставить не спать ночами, но то, что я узнала, превзошло все мои ожидания. Используя Интернет, я нашла в различных СМИ много публикаций и статей с упоминанием фамилии Трумпельдор, в том числе и об Иосифе Трумпельдоре. Конечно, мне было безумно интересно читать об Иосифе Трумпельдор, об этом героическом человеке, одном из главных деятелей сионизма, вложившим много сил и отдавшим свою жизнь за дело создания государства Израиль. Как я выяснила из официальных публикаций, его жизнь была насыщена неординарными историческими событиями которые, как оказалось, неразделимо связаны с историей России, в то время его малой Родиной. Тогда я сочла за случайное совпадение одинаковые фамилии Иосифа и моей прабабушки Софьи. Так бы это все и закончилось, если бы в очередной мой приезд к родителям я бы не поделилась с ними информацией полученной мной из Интернета, и папа бы не спросил меня: «Ну, ты поняла, какие героические были наши с тобой предки»…

Сопоставив факты и имеющиеся у меня документы из нашего семейного архива и затем переданные мне отцом, для меня стало очевидным, что фамилия семьи Трумпельдор имеет прямое отношение к моей семье, и что именно Иосиф это и есть один из моих многих предков. Я захотела выяснить, почему эта тайна так долго и бережно хранилась в нашей семье. По моей просьбе все мои родственники в С.-Петербурге, перерыли свои домашние архивы, и нашли много забытого и интересного, но сохранённого. Мне уже стала известна биография многодетной семьи Иосифа Трумпельдор и я узнала, что у него кроме многочисленных братьев от его отца Владимира Трумпельдор, были ещё три сестры урожденные Трумпельдор с именами Софья старшая сестра, затем средняя Люба и самая младшая Дора. В семейных архивах моих родственников, конечно, нашлись фотографии старшей Софьи, других сестер и фото матери и отца семейства Фрейды и Владимира Трумпельдор, фото пятерых детей и еще десятки фотографий и документов, которые надо было идентифицировать. Но самое, на мой взгляд, интересное, это записная книжка моей бабушки Элеоноры Георгиевны (книжка очень старая, она ее вела с 1929 года) в которой нашлось множество адресов и знакомых мне теперь фамилий в российских городах Ростове, Пятигорске и Новороссийске.

Всё найденное подтверждало, что Иосиф Трумпельдор, один из многочисленных членов семьи Владимира Трумпельдор, который был его отцом и отцом его братьев и сестер, которые были рождены и долгое время жили и служили в России. Потеряв сон, я переехала жить в мировую паутину, пытаясь найти любую информацию об Иосифе Трумпельдор, о его жизни, и о жизни его семьи. В одну из ночей я наткнулась на рассказ Александра Шульмана «Сионизм: Жизнь Трумпельдора» в Живом журнале. Просто по какому-то наитию, я решила ему написать, и написала. Александр дал мне подробную информацию об Иосифе Трумпельдор, он рассказал в деталях о его подвигах. Но вот про эту большую семью, про братьев и сестер Иосифа, как я поняла, мало что было известно. Понимая, что могу хотя бы частично восполнить пробел в этой трагической истории, я решила написать и предложить заинтересованному читателю эту статью про историю жизни рода Трумпельдор по женской линии, т. е. о жизненном пути трех сестёр Иосифа. Все сестры жили в России и никогда не выезжали за её пределы. А еще и потому, что история женщин семьи Трумпельдор была, на мой взгляд, во многом очень сложной и в тоже время героической.

Несмотря ни на что, пережив не одну трагедию и достойно выйдя из, казалось бы, безвыходных ситуаций, женщины семьи сумели сохранить своих детей, сохранили честь рода своих предков и передали уважение и почтение к своим родственникам через многие поколения. Теперь просмотрев десятки фотографий и документов из семейных архивов, услышав рассказы отца и ныне живущих потомков нашего рода, я имею достоверную информацию о судьбах сестер, так как Софья Владимировна Трумпельдор – это моя прабабушка, родная сестра Иосифа Трумпельдор. С любимыми сестрами она прошла, бок ó бок, всю жизнь, и даже после её смерти, младшие сестры и их дети были и остаются в близких, дружеских отношениях.

Итак, обо всём по порядку.

В семье Владимира (Вульфа-Зеева) Трумпельдора и Федосьи Трумпельдор было восемь детей: сыновья Самуил (р. 1870), Герман (р. 1872), Михаил (р. 1877), Иосиф (р. 1880), Альфред (р. 1895) и дочери Софья (р. 1879), Любовь (р. 1887), Дора (р. 1890).

Опубликованное фото
Три сестры Трумпельдора – Люба, Дора, Софья


Софья Владимировна родилась в 1879 году и была старшей из трех сестер в многодетной семье Владимира Трумпельдор. До замужества она жила в семье своих родителей в Ростове на Дону, очень любила семью и была в тёплых и тесных отношениях со своими младшими сестрами Дорой и Любой. Особенно она была дружна с Дорой (Доротеей), эту дружбу и любовь они пронесли через всю свою жизнь. По многочисленным фото было видно, что жизнь сестер постоянно переплеталась с прошлым. То Софья в Пятигорске, то в Железноводске, то дочь Любы – Нора с мужем живет в Ростове и Софья ей пишет (в бабушкиной записной книжке есть записи и адрес), то вдруг мы видим фото её дочери Элеоноры Георгиевны сделанное в Симферополе. Софья Владимировна получила медицинское образование и диплом фельдшера. В семейных архивах я нашла её сохранившееся удостоверение сестры милосердия (выданное в 1917 году в Пятигорске), и другие документы проливающие свет на её трудовой путь. Первым мужем Софьи стал Конторович Георгий Иосифович, который был служащим банка.

Выйдя замуж, Софья покидает Ростов на Дону и переезжает в Новороссийск, где её мужу была предложена работа. В Новороссийске у них рождаются двое детей. Старший сын – Эдуард Георгиевич Конторович и дочь – Элеонора Георгиевна Конторович. Брак Софьи и Георгия продлился не долго, Георгий болел и вскоре после рождения дочери умер. Софья Владимировна выходит замуж второй раз. Надо сказать, что Софья считалась красивой женщиной, хотя первой красавицей, женщиной обладающей редкой красотой была средняя сестра – Люба. Итак, во второй раз Софья выходит замуж за купца Давыдова, очень богатого и влиятельного в те времена человека. Давыдов владел фабриками и магазинами. Софья с детьми живёт в доме Давыдова по адресу: г. Новороссийск, ул. Рубина, д. 6, в котором впоследствии обосновалась городская поликлиника № 6 г. Новороссийска.

Сын Софьи – Эдуард учился в кадетском корпусе, после окончания был офицером белогвардейской армии. Во время прохождения сборов в Югославии, принял решение не возвращаться в Россию. Там он погиб в возрасте примерно 25 лет. Безусловно, это была трагедия для матери. Дочь Софьи – Элеонора (моя любима бабушка) жила с матерью и даже после своего замужества они не расставались, т. к. Софья Владимировна ушла от своего второго супруга Давыдова, и посвятила всю свою оставшуюся жизнь дочери и внукам. По словам моих близких, она была очень волевым и деятельным человеком, и в то же время мягкой, любящей матерью и бабушкой. Софья была очень образована, много читала и многому учила своих домашних. Она работала достаточно долго медицинской сестрой в хирургическом отделении, никогда не состояла ни в каких партиях. Одним словом, жила ради семьи.

Её дочь Элеонора Георгиевна вышла замуж за Блинова Константина Тимофеевича, семья которого держала виноградники под Новороссийском. Когда моего деда Константина Тимофеевича призвали на воинскую службу на Балтийский флот, бабушка переехала в Санкт-Петербург вместе с ним. Софья Владимировна, не раздумывая, последовала за ними. Очень важно и приятно для меня, что, несмотря на расставания, отношения между сестрами никогда не прерывались и были очень теплыми. Началась отечественная война 1941 года, дед ушел на фронт, а моя бабушка и её мать Софья Владимировна с двумя детьми (появившимися к тому времени) остались в блокадном Ленинграде. Здесь они жили вместе до марта 1942 года, после чего моя бабушка с детьми была эвакуирована в Марийскую АССР, где на тот момент находилась младшая сестра Софьи – Дора Владимировна. Софья Владимировна отказалась от эвакуации, так как была очень слаба от голода и не хотела быть обузой дочке с двумя малолетними детьми. По настоянию Софьи Владимировны моя бабушка была вынуждена оставить её одну в Ленинграде, чтобы спасти детей. Эту боль бабушка пронесла через всю жизнь в своём сердце, так и не простив себя. Чтобы спасти свою дочь и внуков, их бабушка Софья Владимировна отдала им свое место в грузовой машине, идущей через линию фронта, через замерзшее Ладожское озеро из блокадного Ленинграда. Пожертвовав собой, Софья Владимировна спасла от блокадной смерти свою дочь и внуков 8 и 2 лет, один из них мой отец. И благодаря её подвигу я могу писать эту статью.

Опубликованное фото
Софья Трумпельдор – сестра Иосифа Трумпельдора




Софья Владимировна умерла в 1943 году в блокадном Ленинграде от голода и истощения в своей квартире на улице Восстания дом №1/39, и была похоронена на Волковском мемориальном кладбище в Санкт-Петербурге в общей братской могиле. Доротея Владимировна с самого начала войны звала Софью с семьей приехать к ней, но Софья приехать так и не смогла. И блокадная голодная смерть навсегда разлучила их. Её внуки – это дети моей бабушки Элеоноры Георгиевны, вывезенные в 1942 году из блокадного Ленинграда: Валентина Константиновна Ширяева (Блинова), 1940 г.р.– всю жизнь проработала директором детского воспитательного учреждения, прекрасный, добрый человек. Замужем, имеет сына. Эдуард Константинович Блинов, 1934 г.р.– названный в честь умершего сына Софьи Владимировны, любимого брата Элеоноры Георгиевны, мой отец. Получил в Ленинграде высшее морское образование, защитил докторскую диссертацию. До 1990 годов работал на руководящих должностях в системе Минморфлота СССР, профессор кафедры морской Академии в С.-Петербурге, ДТН, внёс заметный вклад в дело создания и развития торгового флота России. Сейчас на пенсии, но продолжает работать и преподавать. Имеет многочисленные научные труды и государственные награды. У него двое детей, Блинов Константин Эдуардович 1956 г.р. – бизнесмен. И я, Алексеева (Блинова) Ирина Эдуардовна, родилась в 1967 году, 30 мая, имею высшее экономическое образование, замужем за прекрасным человеком, который пошёл по стопам моего отца.

По роду своей деятельности мой муж занимается судостроением и эксплуатацией флота, защитил кандидатскую диссертацию, вместе с папой работают на дело воспитания кадров, для возрождающегося флота России, делясь опытом с подрастающими моряками. У нас есть дочь, которая работает помощником директора крупной судоходной компании. Теперь о младшей сестре Иосифа – Доротея Владимировна Трумпельдор 1890 года рождения была младшей сестрой в семье Трумпельдор. Она также жила со всей семьей в Ростове на Дону, так же как и Софья получила медицинское образование и была фельдшером. Выйдя замуж за Федора Воронина, она, уехала в Петрозаводск. Там у них родился сын Владимир Федорович Воронин, а муж Федор очень быстро оставил их, говорят, испугался «каких то» трудностей. Дора Владимировна, как человек, имеющий медицинское образование, во время войны работала в Марийской АССР в селе Мари-Белямор сельским фельдшером. Переписываясь со своими сестрами Софьей и Любой, Дора постоянно звала их приехать к ней. Благодаря настойчивости Доры, дочь Софьи и моя бабушка Элеонора с детьми уехала из блокадного Ленинграда в эвакуацию в Марийскую АССР, тем самым сохранив себе и своим детям жизнь.

Когда война закончилась, и сын Доры Владимир вернулся с фронта, он прошел всю войну, достойно сражался за родину, имеет много боевых наград и медалей за храбрость и мужество, проявленные в боях. Владимир забрал мать и увез в Петрозаводск, где женился на Валентине, карелке по происхождению. У них родились два сына Олег Владимирович и Игорь Владимирович Воронины, которые впоследствии стали врачами. Сам Владимир Федорович Воронин возглавил в Петрозаводске местную Почту. Доротея Владимировна Трумпельдор так и прожила после войны в Петрозаводске с семьей сына и умерла в 1964 году. По рассказам моей тети Валентины Константиновны, я ее зову тетя Люля, она была очень добрым, отзывчивым и бескорыстным человеком, её очень любила моя бабушка Элеонора Георгиевна. Она достаточно часто приезжала в гости в Ленинград уже после смерти Софьи, чтоб посетить её могилу. Сведений о средней сестре Иосифа Любе Трумпельдор не много. Любовь Владимировна, 1887 года рождения. Жила в Ростове на Дону. Позже она последовала за сёстрами и переехала в Ленинград.

Любовь, как я говорила выше, была очень красива, очень хорошо пела и, по словам родственников, была очень кокетлива. У нее было много поклонников, она пользовалась большим вниманием мужчин. Точно, мне, пока не удалось выяснить, была ли она официально замужем, но у нее родилось двое детей: дочь Элеонора Георгиевна, в семье ее звали Нора, и сын Юрий Миллер. У Норы детей не было, она всю жизнь прожила в Ленинграде, а у Юрия родились две дочери Стела и Галя. Юрий был ученым-физиком, имел научные труды, но по каким-то причинам был вынужден уехать из Ленинграда в Сибирь, где и потерялись его следы. Его дочери учились в Ленинграде, и долгое время жили у моей бабушки. Сейчас они живут, в Москве и Московской области. Люба дожила до 90 лет, последние свои годы она прожила в доме престарелых, в Ленинграде. За нею ухаживала её дочь Нора. Все три сестры общались достаточно тесно, а после их смерти, общение продолжили их дети.

Тетя Люля вспоминает, что в квартире ее мамы – Элеоноры Георгиевны, пятиэтажной «хрущевке» на ул. Благодатная, когда приезжали Дора из Петрозаводска и приходили Люба с Норой, они запирались на маленькой шестиметровой кухне и долго о чем-то тихо разговаривали. Деда до этих посиделок не допускали. Иногда бабушка выходила в комнату, залезала в старый, огромный шкаф и доставала две очень красивые старинные шкатулки, которые теперь хранятся у меня. А раньше в одной из них, Софья хранила какие-то специальные приспособления для массажа, которым она подрабатывала. Тетя Люля делала вид, что не знает, что там, хотя уже давно поняла, что те фотографии, которые хранила там бабушка, были очень дороги для нее и в то же время, на лице мамы она читала какую-то тревогу в вперемежку с тоской. Только потом, уже гораздо позже она поняла, почему. Из разговора с потомками старшего брата Самуила Трумпельдор по ростовской линии, я поняла, что они знали о существовании и Софьи и других сестер. И еще одна маленькая ремарка – внучку Самуила зовут Софья…

Сегодня для меня стало очевидным, что мои потомки пережили не одну трагедию, связанную со своей национальностью и происхождением, да и отношение в Царской России и СССР к фигуре Иосифа Трумпельдора было совсем не однозначным. Понятно, что моя семья могла сильно пострадать из-за репрессий, сгинуть в лагерях, да всё что угодно могло случиться. В таких условиях трудно переоценить роль Софьи Владимировны Трумпельдор. По сути, являясь связующим звеном с семьей, ангелом хранителем и наставником для младших сестёр, покинув родной дом всё время живя в страхе, рисковать своей жизнью, но сохранить архив, фотографии отца, матери, родных и близких и, в конечном итоге, отдать жизнь за своих близких – эти поступки заслуживают глубокого уважения. Безусловно, благодаря Софье стало возможным продолжение рода Трумпельдор по линии сестёр. Наверное, с моей стороны, будет не очень корректно хвалить своих близких, но поверьте, это были и есть самые достойные и уважаемые люди, для которых слова долг, честь и достоинство много значат в жизни. И сегодня я с полной ответственностью могу заявить, что все эти качества переданы нам предками с кровью и страданиями предыдущих поколений. Старшая девочка в семье Трумпельдор, сестра легендарного Иосифа Трумпельдора, сохранила и пронесла через всю свою жизнь и передала нам любовь к своим братьям и сестрам, родителям и близким, чему мы подтверждение и за что мы ей бесконечно признательны.

Источник: http://berkovich-zametki.com/2011/Starina/...r2/Shulman1.php

Share this post


Link to post
Share on other sites

Хейли Стейнфелд


Хейли родилась 11 декабря 1996 года в Калифорнии. В детстве она была настоящим ангелочком.
С раннего возраста у девочки появился талант к музыке, но сама она твердо решила стать актрисой. В жилах Хейли течет филиппинская и еврейская кровь. Ее отец тренер по фитнесу, а мать дизайнер интерьеров, еще у нее есть старший брат, который и развивал в девочке любовь к актерскому мастерству.

Опубликованное фото


Сниматься Хейли начала с восьми лет в эпизодических ролях. Спустя некоторое время ее пригласили работать в театре. Но настоящим триумфом для нее стала главная роль в вестерне братьев Коэн "Железная хватка".

Опубликованное фото


Итальянский режиссер Карло Карлей собирается снимать очередную адаптацию «Ромео и Джульетты», на главную роль в которой приглашена звезда «Железной хватки» Хейли Стайнфелд. Этот проект не является новинкой. Он был заявлен еще в апреле прошлого года, но тогда главная роль значилась за Лили Коллинз. Однако с тех пор много воды утекло, и дочка Фила Коллинза получила ряд ролей в других картинах и на «Ромео и Джульетту» больше не смотрит.

Опубликованное фото


Тем не менее новая экранизация может похвастаться наличием оскароносного сценариста Джулиана Феллоуза. Свою премию он получил за работу над драмой «Госфорд парк». Помимо этого, на счету Феллоуза сценарии к фильмам «Ярмарка тщеславия» и «Молодая Виктория». За то, что сценарист взялся за новую адаптацию шекспировской классики, нужно сказать спасибо фильму «Сумерки».

Опубликованное фото


По словам Феллоуза, ему захотелось написать новую версию легендарной пьесы, потому что феномен «Сумерек» показывает тягу молодого поколения к романтике. «У нового поколения не было своей „Ромео и Джульетты", — считает Феллоуз. — У моего поколения был фильм Франко Дзеффирелли, у моих родителей — фильм Ренато Кастеллани. Для меня „Ромео и Джульетта" — классическая история любви». Среди продюсеров очередной постановки пьесы Великого Барда — режиссер «Семи жизней» Габриэль Муччино. Бюджет фильма — 15 миллионов долларов. Съемки начнутся в мае в Италии.

Хейли Стайнфелд в декабре исполнилось 14 лет. Таким образом, номинантка на премию «Оскар» становится самой молодой исполнительницей роли Джульетты. Ранее это звание удерживала Оливия Хасси, сыгравшая в классической версии Франко Дзеффирелли. Хейли Стайнфелд, получившей главную роль в новой экранизации трагедии Уильяма Шекспира «Ромео и Джульетта», предстоит обнажиться на экране. Об этом рассказал сценарист проекта Джуллиан Феллоуз («Молодая Виктория»), процитировав выдержку из сценария:

«Они (Ромео и Джульетта) начинают раздевать друг друга — медленно и осторожно, до полной наготы. Словно они застывшие фигуры на полотне Рафаэля. Затем Ромео несет ее на кровать, целуя снова и снова, исследуя неизведанные области. После чего их тела и души сливаются воедино».

Феллоуз настаивает на том, чтобы в фильме использовался реальный возраст персонажей знаменитой пьесы. Так, например, в подлиннике Шекспира Джульетте всего 13 лет.
«Я выбрал Хейли, потому что у нее идеальный возраст. Как у Джульетты... Ее еще нельзя назвать женщиной, но в то же время она уже не ребенок. То есть Хейли предстоит сыграть саму себя. Моя версия романтической истории будет близка к оригиналу, но я постараюсь сделать ее более доступной и понятной», - пояснил сценарист. Съемки трагедии начнутся в конце этого года, однако роль Ромео до сих пор остается вакантной.

Опубликованное фото


Самой последней киноверсией «Ромео и Джульетты» был фильм База Лурмана, вышедший в 1996 году. Обреченных возлюбленных играли Леонардо ДиКаприо и Клэр Дэйнс, а действие режиссер перенес в наше время.

27 февраля 2011 Хейли Стайнфелд получила номинацию на «Оскар» в категории «Лучшая актриса второго плана» в 14 лет. Такой чести юная актриса удостоена за роль Мэтти Роуз в фильме «Железная хватка». Сама статуэтка ей не досталась, так как в этой категории победила Мелисса Лео. Но предложения ролей на Хейли посыпались, как из рога изобилия.

Хейли в кинобизнесе с 2007 года, и уже понимает, что ей стоит аккуратно пользоваться свалившимся на нее успехом. По этой причине она придирчиво отбирает роли и пока не готова сказать, в каком фильме будет сниматься дальше.

«Мы сейчас читаем несколько действительно интересных сценариев, — говорит Хейли. — Но мне нужно время на раздумья. Я никуда не спешу».

Сама церемония вручения «Оскара» актрисе очень понравилась. Она до сих пор не может поверить в то, что увидела ее вживую.

«Это безумие, — восхищается Хейли. — Я стараюсь не слишком анализировать случившееся, потому что это выводит меня из равновесия. Я так польщена, чувствую себя счастливой. Но стараюсь не думать об этом слишком много. Для меня само присутствие на "Оскаре" — уже награда. О большем в данный момент и мечтать не смею».

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/84908.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Хава Турнянски


Известный в Израиле педагог и исследователь идиш Хава Турнянски родилась в г. Мехико, Мексика. Ее отец, Авром Пунский (1906-1977), родом из литовского местечка Высокий Двор (Аукштадварис), получил традиционное еврейское образование (хедер и иешива) и эмигрировал в Мексику в 1924 году, где занялся торговлей В 1936 году он женился на Бэлле Померанцнбаум (1905-1975) которая была родом из м. Граево, Польша. Бэлла, окончившая начальную и среднюю школу, до эмиграции в Мексику в 1935 году была швеёй.

Опубликованное фото



Хава ходила в детсад, потому училась в начальной и средней школе на языке идиш (в синагоге при еврейской общине Мехико), брала дополнительные уроки иврита и в 1947 году вступила в молодежное движение «ха-Шомер ха-цаир». Затем год она проучилась в Иерусалиме, куда была направлена еврейской общиной Мехико на курсы подготовки учителей для диаспоры, после чего вернулась в Мексику и два года преподавала иврит и идиш в своей школе (1956-1958), одновременно изучая педагогику на факультете гуманитарных наук Национального университета Мексики. В 1957 году Хава репатриировалась в Израиль и стала работать в редакции идиш-программ на радио «Коль Исраэль».

В 1958 году она вышла замуж за Уриэля Турнянского (1930-1989), экономиста и статистика, с которым у них родилось трое сыновей: Элиша (1960), Авнер (1964) и Меир (1969). Хава прошла годичный курс обучения в Еврейском университете в Иерусалиме и по окончании курса Давида Елина получила в 1960 году диплом и занялась исследованиями еврейской (идиш) литературы и еврейской истории в Еврейском университете. В 1963 году она начала преподавать идиш в университете и получила степень магистра в 1967 году.

В то время в университете среди преподавателей было немало выдающихся ученых того времени: Израиль Халперн, Хаим Гилель Бен-Сассон и Шмуэль Этингер – специалисты по еврейской истории, Дов Садан, Хоне Шмерук и Шмуэль Версис (идиш и еврейская литература). Кстати, Хоне Шмерук был ее научным руководителем при подготовке диссертации, которую Хава Турнянски защитила (на идиш и иврите) в 1974 году. Впоследствии Хава была членом деканата факультета Еврейского университета и долгое время занимала должность руководителя отделения идиш филологического факультета. За свою выдающуюся исследовательскую работу Хава Турнянски была удостоена премии Эммы Шейвер (1987) и Ицика Мангера (1988).

Источник: http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&a...iew&id=3825

Share this post


Link to post
Share on other sites

Мария Бриан


Русская советская певица (лирическое сопрано) и педагог, заслуженная артистка России Мария Исаковна Бриан (настоящая фамилия – Шмаргонер) родилась 125 лет назад в Екатеринославе, в 1903-1909 годах обучалась пению в Париже у артистки «Гранд-Опера» Лаборд. В 1912 году с золотой медалью окончила Петербургскую консерваторию и в том же году впервые выступила на оперной сцене (сначала - как солистка петербургского Народного дома, а чуть позже была принята в Театр музыкальной драмы в Петербурге), в котором проработала до 1918 года, затем (до 1933) была солисткой Государственного академического театра оперы и балета (Ленинград). Партии, исполненные Марией Бриан, - Татьяна ("Евгений Онегин"), Маргарита ("Фауст"), Микаэла; Мими ("Богема"), Антония ("Сказки Гофмана"0ффенбаха), Мелисанда ("Пеллеас и Meлисанда" Дебюсси) и др. В 1913-14 годах участвовала в "Русских сезонах"в Париже и Лондоне (антреприза С. Дягилева),где пела партии Ксении ("Борис Годунов"), Панночки ("Майская ночь" Римского-Корсакова), Ку-харочки ("Соловей" Стравинского) и др.

Опубликованное фото


В 1913-14 годах принимала участие в «Русских сезонах» С. Дягилева в Париже и Лондоне, где пела в партиях Ксении («Борис Годунов»), Панночки-Русалки («Майская ночь» Римского-Корсакова), Ольги Токмаковой, Эммы («Хованщина») и Кухарочки ("Соловей" Стравинского). Последнее выступление - Марфа («Царская невеста») в спектакле при открытии в 1920 году Большого оперного театра в Петрограде (в здании бывшего Народного дома). Среди ее партнеро по сцена были П. Андреев, Н. Большаков, В. Дамаев, А. Мозжухин, Е. Петренко, Л. Собинов, Ф. Шаляпин. Театральная энциклопедия отмечает: «Голос Бриан отличался большой силой и, одновременно, мягкостью звучания. Для исполнительской манеры певицы характерны мечтательность и задушевность».

О ее творчестве А.В. Луначарский однажды высказался так: «Необычайное впечатление произвела... госпожа Бриан... Она чудесным образом соединяет упругую силу с какой-то благоуханной нежностью, строгую выдержанность стиля — с субъективнейшей лиричностью. Она поет не голосом, а всем своим существом, и это заражает и покоряет». Мария Исааковна выступала на вечерах, организуемых редакцией журнала «Музыкальный современник». В симфонических концертах пела п/у А. Глазунова, С. Кусевицкого, С. Самосуда, Г. Фительберга. В 1922 и 1925 годах концертировала в Берлине, Мюнхене, Лейпциге и Риге. Исполняла старинные романсы, а также произведения Н. Римского-Корсакова, С. Танеева, П. Чайковского, С. Рахманинова, И. Стравинского и А. Глазунова, который особо отмечал вдохновенное исполнение его произведений. В 1920-1950 годах — профессор Ленинградской консерватории. В январе-мае 1934 года преподавала в Московской консерватории.

Скончалась Мария Исааковна Бриан 22 мая 1965 года в Ленинграде.

Источник: http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&a...iew&id=3994

Share this post


Link to post
Share on other sites

Барбара Уотерс


Первая леди американского ТВ, имеющая собственную звезду на голливудской Аллее славы Барбара Уолтерс, чьи интервью с мировыми лидерами представляют собой хронику последней части двадцатого века, родилась в Бостоне, штат Массачусетс, в семье импрессарио известного клуба «Латинский квартал» в Нью-Йорке. Гостями отца были многие знаменитости, которые работали с ним, и Барбару не пугало их присутствие в отцовском доме. Она училась в государственных школах в Нью-Йорке и Майами, затем поступила в колледж Сары Лоуренс в Bronxville, Нью-Йорк. В 1953 году, по окончании колледжа, она решила начать журналистскую карьеру с работы на телевидении. Барбару взяли на работу в RCA-TV - местный филиал NBC в качестве сотрудницы отдела по связям с общественостью. Ее талант общения с людьми, открытость, искренность заметил ведущий ежедневного ток-шоу Дэйв Гаравэй, пригласивший Уолтерс поработать для его шоу.

Опубликованное фото



Так Барбара шаг за шагом приближалась к своей мечте о собственном шоу – она хотела в прямом эфире общаться с интересными людьми. Кроме того, Барбара мечтала нарушить традицию канала, на экране которого господствовали только мужчины. Ее популярность выросла еще и по той причине, что Барбара обладала уникальной способностью брать интервью у знаменитостей, не подстраиваясь под них и не заискивая перед ними (сказалась давняя, с детских лет, привычка разговаривать на равных с пришедшими к отцу знаменитыми гостями). На творческом счету Барбары Уолтерс – телеинтервью с членами семьи Кеннеди, со вдовой и детьми Мартина Лютера Кинга, другими важными и известными людьми. В 1976 году ABC нанял ее от NBC в качестве ключевого журналиста, освещающего актуальные новости в прайм-тайм – с рекордной зарплатой в миллион долларов в год. В ноябре 1977 года Уолтерс стала настоящей звездой американского ТВ, взяв интервью у президента Египта Анвара Садата и премьер-министра Израиля Менахема Бегина. Ее собеседниками были также принцесса Диана, Фидель Кастро, Колин Пауэлл, Дик Чейни, Опра Уинфри и многие другие. Несмотря на то, что некоторые коллеги считают ее назойливой и слишком напористой, Барбара Уолтерс – суперзвезда на ТВ, её рейтинги неизменно высоки, ее ежедневная аудитория составляла в годы расцвета 30 миллионов зрителей, её ежегодная зарплата в 2000 году была $12 миллионов – самая высокая для тележурналиста по тем временам.

В 1999 году Уолтерс поставила рекорд популярности своего шоу. Она провела двухчасовое эксклюзивное интервью с бывшей белодомовской стажеркой Моникой Левински. Эту передачу смотрели рекордные 74 миллиона телезрителей – самый высокий рейтинг для любого интервью. Уолтерс взяла с Моникой материнский, увещевательный тон, и та под деликатным нажимом поведала пикантные подробности своей связи с президентом. Уолтерс спросила Монику: «А что вы скажете своим детям об этом деле?» - и Моника ответила: «Наверное, так: мамочка сделала кое-какие ошибки в жизни». В 1996 году телевидение отметило двадцатую годовщину работы Барбары в American Broadcasting. Блок вечерних новостей Барбары 20/20 всегда был в верхних строчках еженедельных рейтингов согласно опросам общественного мнения. Барбара Уолтерс вела утреннюю передачу «Today» и ток-шоу «The View» и «ABC Evening News», а также была корреспондентом на телеканале «World News». В настоящее время Барбара Уолтерс ведет собственное дневное телешоу «The View», за которое она удостоена телевизионной премии «Эмми». Барбара трижды была замужем, но развелась. У нее есть приемная дочь Жаклин, которая как-то пожаловалась другу: «Моя мама может провести хорошее телеинтервью, но не в состоянии сделать вкусный рулет или блинчики».

Источник: http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&a...iew&id=4073

Share this post


Link to post
Share on other sites

Елена Нюренберг (Булгакова)


Опубликованное фото


Корни

Шмуль Янкель Нюренберг (Сергей Маркович), отец Елены Сергеевны, был сыном мещанина Волынской губернии Мордхая-Лейба Нюренберга. В 22 года он принял христианство. При крещении в Рижской Евангелическо-лютеранской церкви Св. Якова получил имена Сергiус Петр Гейнрих. Крестины было чисто формальным актом: юноша учился в Дерптском университете и мечтал о благополучной карьере. Христианину в России сделать ее было легче, чем иудею.

Несколько лет Сергiус Нюренберг проработал учителем, а после венчания с дочерью рижского православного священника Александрой Горской перешел по настоянию жены в православие. 16апреля 1891 года в метрической книге Рижской Свято-Троице-Задвинской церкви записано: «Учитель Дерптскаго городскаго училища Сергiй Марков Нюренберг, 26 лет, по собственному желанию, из лютеранства присоединен к Святой Православной Восточной Кафолической Церкви через Св. Миропомазание с прежним именем «Сергiй» и тогда же приобщен Св. Христовых Тайн».

Есть еще одна версия его происхождения, немецкая. Вот что пишет об этом племянник Елены Сергеевны Оттокар Нюрнберг. «Ее предок, не чуждый изящного, но также и с изрядной авантюрной жилкой мастер золотых дел из Нюрнберга, как и многие другие ремесленники, переселился в конце ХVIII века на юг России. Один из его потомков поселился в Житомире, где был юридическим консультантом для значительной части немецкой колонии. Там был рожден ее отец Вольдемар Нюрнберг. Родители его умерли в эпидемию, сироту взял на воспитание пастор немецкой лютеранской общины».

Когда Вольдемар стал Сергеем, неизвестно. Но факты учебы, женитьбы, рождения детей в Дерпте и переезда в Ригу совпадают с первой версией. Оттокар утверждал, что ничего не слышал о еврейских корнях деда. Любопытно, что и Елена Сергеевна на вопрос М. Чудаковой (одной из ведущих булгаковедов) о национальности отца неопределенно пожала плечами: «Не знаю». Насколько искренним был ответ, судить трудно. Исследователи полагают, что она достаточно точно знала картину своего родословия.

Согласно же новым архивным данным, отец Елены Сергеевны в университете Дерпта никогда не учился, оба раза крестился взрослым, но оставался в еврейской общине и после принятия христианства, поскольку был «евреем по быту, обиходу и самочувствию».

Под сенью рижских бульваров

В Риге Сергей Маркович был известным человеком: работа чиновником не помешала ему сотрудничать в российском журнале «Театр и искусство», газетах «Русь» и «Новое время», где он писал критические статьи о театре. Некоторое время он был секретарем редакции «Рижский Вестник», участвовал в создании 1-й русской платной библиотеки и «Русской ссудной сберкассы», был членом русского просветительского общества и слыл увлеченным театралом. В доме всегда было много артистов. Дети росли в творческой среде, сами ставили пьесы и играли в них. В интеллигентных семьях в то время были приняты домашние спектакли.

Старший Александр всегда был режиссером и претендовал на главные роли. Главные женские роли исполняла тщеславная Ольга, реже - Елена. Младший, Константин, к актерской работе не допускался. Ему доверяли только занавес. Учиться Елену отдали в элитную Ломоносовскую гимназию. Особыми успехами она не блистала: «отлично» имела только по Закону Божьему, истории и французскому. По остальным предметам - «хорошо». Позже, сверив свои аттестаты, они с Михаилом Булгаковым смеялись: по странному совпадению у него в аттестате тоже всего две пятерки: по тому же Закону Божьему и географии.

Гимназию она не окончила, что не помешало ей не только владеть несколькими языками и переводить художественную литературу, в том числе вышедший в серии ЖЗЛ роман Андре Моруа «Жорж Санд», но и помогать Булгакову в работе над романом.
В доме Нюренбергов всегда заправляла энергичная и практичная Александра Александровна. В семье говорили только по-русски, посещали православную церковь, дружили с русскими семьями. Похоже, семейство было дружным. Однако никогда, ни в одном письме или разговоре Елена Сергеевна не скажет ничего подобного булгаковскому: «Мама, светлая королева, где ты?»

Как-то в разговоре с М.Чудаковой вдова писателя рассказала, как в январе 1956 года приехала в Ригу к умирающей от воспаления легких матери. Больная была в бессознательном состоянии, но здоровое от природы сердце продолжало работать. И тогда она хладнокровно заставила медсестру ввести матери смертельную дозу морфия. То, как непринужденно и спокойно Елена Сергеевна рассказывала об этом, произвело на Чудакову ошеломляющее впечатление.

Московский период

Из Риги в Москву семейство переехало в 1915 году, «по месту работы отца». Поначалу Елена работала в отцовской домашней канцелярии, печатала его труды по налоговым вопросам. В декабре 18-го года вышла замуж за Юрия Неелова. Скромный военный чиновник был сыном знаменитого трагика Мамонта Дальского. Через год молодой супруг получает должность адъютанта командующего 16-й армией Евгения Шиловского, потомка древнего княжеского рода, принявшего революцию. На советскую военную службу его призвали как специалиста генштаба. Приказ об откомандировании в Москву подписал сам управляющий делами Высшей военной инспекции, будущий шеф НКВД Ягода. В Москве Шиловский сразу получил квартиру и удостоверение о льготах.

Познакомилась Елена Сергеевна с ним через мужа. Молодой, красивый военачальник влюбился в нее с первой встречи, но благородство и честность не позволили ему ухаживать за женой подчиненного. Однако страсть оказалась непреодолимой, и через год, после оформления Еленой развода с Нееловым, они поженились.

Разрешение на второй церковный брак давал сам патриарх Тихон. Супругу свою Шиловский безумно любил. Об искренности ее чувств к мужу сказать что-либо трудно. Как-то она призналась своему племяннику, что разыгрывала «свою партию» и выиграла. В стремлении «устроить свою жизнь» ею всегда руководили расчет и огромная воля.

Встреча с Мастером

С Михаилом Афанасьевичем они познакомились у друзей зимой 29-го года, на Масленицу. Елена Шиловская подружилась со второй женой писателя, Любовью Евгеньевной, и зачастила в дом Булгаковых.

«У них было трудное материальное положение, - пишет она потом в дневнике. - Не говорю уже об ужасном душевном состоянии М. А. Все было запрещено... На работу не брали даже типографским рабочим».

...«Все мои литературные произведения погибли, а также и замыслы, - пишет в это же время Булгаков брату, - я обречен на полную голодовку».

Тайный роман между Булгаковым и Шиловской возник очень быстро. Брак с Любовью Белозерской к тому времени исчерпал себя. Супруга все дни проводила в компании друзей, у нее наметился новый роман, и она не скрывала своего безразличия к мужу. Елена же, в порыве чувств, была само внимание и посвящала ему все время. Заподозрив неладное, Шиловский запретил ей встречаться с писателем. Они не виделись больше года. Но первая же встреча после разлуки стала роковой: Елена Сергеевна ушла от мужа. Развод был мучительным: Шиловский обожал жену и сыновей. Он был в таком отчаянии, что однажды едва не убил Булгакова.

«Не будете же вы стрелять в безоружного? - тихо спросил писатель, стоя перед наставленным на него пистолетом. - Дуэль - пожалуйста». И Шиловский смирился.

...Ее жизни многие могли бы позавидовать: престижный дом, в котором жило все высшее руководство страны, в том числе высшие военные чины - Тухачевский, Уборевич, приемы, роскошная светская жизнь, вышколенная прислуга, любящий супруг и неистово любимые дети. Все это она бросает и уходит к нищему, неприкаянному и всеми хулимому писателю.

«Мы очень счастливы, - пишет в те дни Булгаков родителям Елены в Ригу. - Я бесконечно благодарен Люсе (так ее называли в семье. - Прим. ред. ) за то огромное счастье и радость жизни, которые она дала мне»...

Жизнь писателя наконец приняла привычный для него упорядоченный характер. Всегда ухоженная, аккуратная Елена Сергеевна создала в доме уютную, спокойную атмосферу. Вкусные, всегда красиво сервированные обеды и ужины (к чему Булгаков привык с детства), встречи с приятными ему людьми, дружеские беседы, когда не надо думать о каждом слове (а вдруг донесут?). Булгаковские приемы славятся изысканностью кухни. Но главное, писатель снова мог вернуться к работе над «Мастером».

Поскольку у Елены Сергеевны всегда были домработницы, она могла активно помогать мужу: писала под диктовку его новые сочинения, занялась менеджерской деятельностью, что его самого всегда угнетало. При недолгих разлуках Булгаков скучает и пишет по нескольку писем в день. Она ежедневно шлет ему открытки и телеграммы. А когда Мастер заболел, к обычным обязанностям жены прибавились новые. Доктор Булгаков, став пациентом, пишет: «Пройдет время, и над нашими терапевтами будут смеяться, как мы над мольеровскими врачами... К лучшему из врачей, Е. С., это не относится. Но она одна справиться не может».

Сестра Елены Сергеевны Ольга пишет в эти дни матери: «Она любит его так сильно, что это не похоже на обычное понятие любви между супругами, прожившими немало годов вместе».

Осведомители в доме Булгакова

Конечно, Булгаков не был так наивен, чтобы не знать, что за его жизнью пристально следят с Лубянки. В 90-е годы в приложении к журналу «Служба безопасности» были изданы оперативные сводки и сообщения 1925- 1936 годов о Булгакове и неизвестные ранее отзывы писателей о поездке 1933 года по Беломорканалу, среди которых тексты Вс. Иванова, Ильфа и Петрова, Е. Шварца и др.

Но самую неожиданную информацию прислала Д. Тубельская, первая жена старшего сына Елены Сергеевны, после развода сохранившая с бывшей свекровью близкие отношения.

«Сейчас произнесу крамольнейшую мысль, пришедшую мне в голову, - а не имела ли сама Елена Сергеевна особого задания? Вполне допускаю, что на первых порах она холодно принимала любовь М. А., выполняя некое задание, а затем искренне полюбила его сама и посвятила ему всю жизнь.


Возникает ряд бытовых деталей. Откуда такая роскошь в ее жизни? Ведь временами М. А. почти ничего не зарабатывал. Откуда дорогие огромные флаконы «Гэрлен» и «Шанель», когда их в Москве никто не видывал? Откуда шубы и прекрасная одежда, обувь от Барковского? Откуда возможность принимать многочисленных гостей, посещать приемы в американском посольстве, принимать дома американцев, да и тех же осведомителей, подписывать договоры на издания за границей? Почему так активно взяла она в руки все дела М. А.? Почему она так быстро покинула обеспеченный дом Шиловского, разделив сыновей, и последовала за крайне сомнительным будущим с Булгаковым? Думаю, что у нее была уверенность в незыблемости ее собственных доходов. И необходимость следовать некоему приказу. И, наконец, почему после смерти М. А. так резко, впервые в ее жизни наступили финансовые трудности? Не потому ли:, что отпала необходимость в ее услугах?»

И что еще интересно: Елена Сергеевна долго уговаривала Булгакова написать пьесу о Сталине и почти склонила его к этому. Странно, но, зная о взглядах писателя, его нескрываемом неприятии советского строя, великий вождь по своей обычной логике должен был бы отправить его на расстрел без приговора. Но нет, он отвечал на его письма, звонил и даже по просьбе писателя миловал некоторых из осужденных. В чем же секрет? Может быть, и в самом деле «вождь народов» хотел быть увековеченным самым мощным русским писателем ХХ века, признавая тем самым абсолютное величие Булгакова?

Существует еще одна догадка по поводу связи Елены Сергеевны со спецслужбами: донесения НКВД она составляла при участии, а быть может (и скорее всего), под диктовку мужа. Исследователи и по сей день гадают над тончайшим психологическом раскладом, благодаря чему даже такой беспощадный человек, как Ягода, заявил: «Надо дать ему работать».

Булгаков был карточным игроком, причем играл не в «подкидного» и даже не в преферанс, а в «винт». Это не столько карточная, сколько психологическая игра. Ход мыслей в донесениях слишком рискованный, не женский, поэтому значительная часть исследователей полагает, что без участия Булгакова здесь не обошлось.

Согласно этой версии, получается, что Елена Сергеевна была двойным агентом: Лубянки и собственного мужа. Со стороны опального писателя было весьма логично иметь «своего агента влияния» в недрах спецслужб. Высший пилотаж для любой контрразведки! И если это так, то таким пилотажем Булгаков овладел неплохо. Но это все только догадки. Секретная папка Булгакова и по сей день под семью замками.

Эпилог

Когда Булгакову стало совсем плохо и было ясно, что проживет он считанные дни, в его дом потянулись один за другим писатели, артисты, режиссеры, друзья. Пришел проститься и Александр Фадеев. После его ухода Михаилу Афанасьевичу как будто легче стало. Он лукаво улыбнулся и подмигнул жене: «Лена, мне показалось, он положил на тебя глаз. Когда умру, можешь завести с ним роман».

Возмущению Елены Сергеевны не было предела: «У меня есть муж! Как ты можешь это говорить!» «Так я же не предлагаю тебе сделать это сейчас», - улыбнулся писатель. И, как всегда, оказался пророком. Через несколько дней после этого разговора он скончался. Спустя некоторое время Елена Сергеевна на долгие годы стала подругой Фадеева. Когда в 1941 году была эвакуация москвичей, Фадеев отдал ей и ее детям свое купе, а сам отправился позже самолетом. Булгакова, как автора МХАТа, похоронили на Новодевичьем кладбище неподалеку от самого любимого им писателя Николая Гоголя.

Однажды, придя на кладбище, Елена Сергеевна обнаружила, что с могилы Гоголя исчезли крест и надгробие из метеорита, их заменил памятник от правительства. Узнав, что надгробие отправили на кладбищенскую свалку, она попросила рабочих за бутылку перенести кусок метеорита на могилу Булгакова. Так судьба объединила двух великих писателей России. А позже и Маргарита вернулась к своему Мастеру...

Источник: http://www.chas-daily.com/win/2006/01/14/g_001.html?r=32
Материал предложен к публикации модератором форума Эдуардом

Share this post


Link to post
Share on other sites

Лилианна Лунгина-Маркович


«Подстрочник»: Лилиана Лунгина (1920–1998) вспоминает свою жизнь. Лунгина входила в элиту советских переводчиков. Одного «Карлсона» было бы нам довольно. Расхватан на цитаты. Привела Астрид Линдгрен в каждый дом. А ведь еще переводила Белля, Ибсена, Стриндберга, Виана...

Рассказ обаятельной пожилой дамы, обращенный не столько к залу, сколько персонально к каждому зрителю, иллюзия пребывания в гостях, живого общения. Олег Дорман — смиреннейший из кинособеседников: не виден и не слышен. Лунгина говорит не с ним — со мной, улыбается не ему — мне; сейчас чаем угостит: вам с каким вареньем?

Визуальный ряд: старые открытки, фотографии семейного альбома, документы семейного архива — это раз; прогулки по тем самым местам, но только уже в ином, нашем, времени — это два. Время и место. С разницей во времени. Но главное, конечно, рассказ. Говорит, говорит — ничуть не надоедает: как, неужели все уже? Вокруг нее вращаются миры, страны, эпохи, люди. В сущности, каждый человек — центр мироздания. В случае Лунгиной — внятно.

Опубликованное фото


Девочка-европеянка. Самые нежные, формирующие личность годы — в Германии и во Франции; с промежуточным заездом в Палестину — тогда подмандатную. Возвращение в СССР. Год 1934-й. Психологический шок. Прилетела с иной планеты. Все другое — от быта до устроения голов. На Красной площади сжигают чучело Чемберлена. Народ пляшет вокруг. Дикари. Страстное желание быть, как все, и — невозможно! В СССР встречались европейские люди, не она одна, кому как повезло, кого как жизнь повернула, но мало, мало: не тот состав воздуха.

Лунгина — европейская женщина, совсем не еврейская, разве что в обертонах. Такая русская, еврейского происхождения, европеянка. Европейская — еврейская — вообще говоря, одно другому не мешает. Но это, вообще говоря. В частности — пример совершенной ассимиляции на протяжении всего двух поколений. Прадедушка, вот он, на фото, в ермолке. Дедушка возглавлял отряд еврейской самообороны. Бабушка и дедушка перебрались после революции в Тель-Авив. Мама во время первой мировой организовала еврейский детский сад. На каком языке говорили, было ли в программе что еврейское — Лунгина либо запамятовала, либо не считала заслуживающим интереса. В рассказе о родителях поразительно мало еврейских реалий. Ну, упоминается черта оседлости, ну процентная норма — так, мимоходом. Если что и забыл, то уж совсем мелочи. Папа полиморфируется из Зямы в Зиновия — общий алгоритм. Жизнь мыслится не как продолжение родительской — как начатая заново. В случае с измененным именем отца — возможно, не только замешанный на конформизме прагматизм, но и знак смены жизненной парадигмы. Зяма становится коммунистом Зиновием, как Савл Павлом — в прекрасном новом мире, где не будет уже ни иудея, ни эллина. Семейная революция, встроенная в социальную. Никакого еврейского сантимента.

После отъезда отца из Берлина в Москву и невозможности возвращения — будучи заранее предупрежден в Берлине таинственным доброжелателем, отец, честный коммунист, работник торгпредства, счел здравый совет провокацией — Лилиана с мамой отправляются в Палестину. Девочке десять лет. Рассказ Лилианы наполнен деталями, сохраненными во впечатлительной памяти: с корабля бросают пассажиров и багаж, арабы на фелюгах подхватывают, доставляют на берег (о чем, впрочем, вспоминает едва ли не каждый приплывший в Яффу), запах цветущего апельсина на бабушкином огороде, дедушка — изобретатель опреснителя морской воды, эвкалипты, пляж, конкурс песчаных скульптур, где Лилиана ощутила себя впервые творцом.

Палестина — место, где живет бабушка. Не более. Никакого исторического, национального, культурного контекста. Как если бы это была, ну, как если бы это была, скажем, Малаховка — только с арабом, эвкалиптом и пароходом. Каникулы на экзотических задворках. Сердцем не зацепилась.

Девочка, правда, была сосредоточена тогда на иных материях: переживаемая разлука с любимой берлинской подругой, обменивалась длинными письмами, романтическая европейская традиция эпистолярной дружбы (в век Интернета, кажется, совершенно уже утраченная), ненависть к маминому приятелю, славному, судя по всему, человеку, тщетно пытавшемуся завоевать расположение упорной в своем чувстве Лилианы. Под этим знаком вся Палестина и прошла. Прощалась без всякого сожаления.

Вот еще что интересно. Иерусалим — все-таки один из центральных городов человечества, многие, и не без оснований, считают, что даже и центральный. Со всех концов земли едут и раньше ехали, транспортное несовершенство не останавливало, евреи и неевреи, со священным трепетом, если не религиозным, то культурным. А и без трепета — хоть с любопытством. А тут ведь он рядом совсем, рукой подать, автобусы, правда, не ходили, но и без автобусов народ как-то добирался, было бы желание. Не то что не хотели, но не сложилось, — вообще не упомянут. Если я забуду тебя, Иерусалим! — совершенно нерелевантно.

Один из героев Набокова, ловец бабочек, путешествующий в двух шагах от Лхасы, презрев культурный императив, даже не взглянул в сторону вонючего города: демонстративный жест, снобистское дистанцирование, невозможные без присутствия Лхасы в сознании, без понимания ее значимости.

В сознании Лилианы Иерусалима просто не существует. Духовное поле матери: еврейский Иерусалим уже утрачен — европейский еще не обретен. Естественно, я не знаю, что было «на самом деле», говорю о том, как это «дело» представлено на экране: для меня как для зрителя мать и девочка — персонажи фильма, как если бы они были рождены фантазией Дормана.

Потом был Марсель. Девочка выучивает на корабле пять французских слов. Лунгина с видимым удовольствием их произносит, со вкусом произносит, сладость детства на языке и нёбе: о, память сердца! Учила ли слова на иврите по пути в Палестину? Пустой вопрос: французское — ценность, еврейское — нет.

Завершающий палестинский аккорд. Отплытие в субботу. Боящаяся социального контроля бабушка, не решается проводить. В 30-м году в Тель-Авиве действительно существовали субботние ограничения на уровне городского устава. Насколько они соблюдались населением, главным образом нерелигиозным, — другой вопрос. Да и кто знает бабушкины мотивы: что значит боялась соседей? Вообще о бабушке ничего не знаем. Может, сама была соблюдающей? Хотя бы отчасти? А если даже и нет — что, ее переживания не заслуживают сочувствия? Но как отложилось в памяти — так отложилось. А пожалеть старую женщину, уехать не в субботу? А если невозможно, сказать какие-то слова утешения. Не оставлять с рвущимся сердцем. Ведь, как понимаю, больше не свиделись? Конечно, кто мог знать. И все равно.

Смелая в своих выводах девочка говорит в сердце своем: никогда, никогда, никогда не будет она жить там, где не сможет делать, что хочет. Извлекла большой урок из прощания с бабушкой. В рассказе Лунгиной есть два уровня: воспоминание о давнем времени и позднейшая рефлексия. Вот она говорит о тель-авивских деревьях, какими они были тогда, и тут же – о своей поездке в Израиль, случившейся шестью десятками лет позже: как они выросли!

О бабушке вспоминает Лунгина — сама уже бабушка, должна бы увидеть расставание другими глазами. Не видит. У ребенка ограничен опыт понимания и сочувствия. А у пожилой женщины с культурной тонкостью, тонкостью чувств? Непонятно.

Всегда делать, что хочешь, — идеал, осуществимый для одного только Карлсона. Десятилетняя девочка не понимает, о чем говорит. Да ведь это прожившая жизнь Лунгина. Вспоминает — не комментирует.

Никогда не говори «никогда»: почти всю жизнь Лунгина прожила там, где не могла делать, что хочет, — о неосмотрительность аннибаловых клятв, данных хотя бы и в сердце! СССР нельзя было покинуть не то, что с легкостью, как Палестину, а вообще нельзя было. Никак.

Я не имел чести знать Лунгину, не знаю, что там будет дальше в ее жизни и соответственно в фильме. Кое-что, однако, известно. Не только Карл­сон (определенно не еврей, никакой внутренней рефлексии). Внешняя историческая канва известна. Будет война, катастрофа европейского еврейства, создание Государства Израиль, кампания против космополитов, дело врачей, национальные ограничения, в том числе и профессиональные, воодушевившая евреев в СССР Шестидневная война, государственный антисемитизм, еврейское национальное движение, отказники, массовая алия после крушения СССР (для кого алия, для кого эмиграция, боюсь, для большинства эмиграция). Что вышьет по этой канве Лунгина? Вышивали ведь разное. Очень разное. Что станет с девочкой, у которой еврейское сознание отсутствует начисто? Как скажется на ее внутреннем становлении опыт жизни, сплавленный с трагическими событиями истории? Впереди одиннадцать серий: посмотрим.

Автор: Михаил Горелик
В сокращенном варианте впервые опубликовано в журнале «Лехаим» № 5 (205), 2009 год.

Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/100871.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Ада Йонат


Седьмого октября Шведская королевская академия назвала имена лауреатов Нобелевской премии по химии. Ими стали Венкатраман (Венки) Рамакришнан (индиец, гражданин Великобритании, сотрудник Моле­кулярной лаборатории Кембриджского универ­ситета), американец Томас Стайц (Йельский университет) – и израильтянка Ада Йонат. Она стала девятым израильским нобелевским лауреатом за 61 год существования государства.

Ада Йонат родилась 22 июня 1939 года в очень бедной иерусалимской семье. В 1964 году она окончила магистратуру Еврейского университета, а четырьмя годами позднее за рентгеноструктурные исследования получила докторскую степень в Научном институте Вейцмана в Реховоте. Два года проработала в США, в том числе в знаменитом Массачусетсском технологическом институте, сотрудничала с НАСА. По возвращении создала в Реховоте лабораторию кристаллографии протеинов, которая на протяжении почти десяти лет оставалась единственной такой лабораторией в Израиле. С 1988 года Йонат – профессор отделения структурной биологии Института Вейцмана, в настоящее время она возглавляет Центр биомолекулярной структуры имени Элен и Милтона Киммельман при институте. За последние несколько лет Йонат стала лауреатом ряда престижных израильских и мировых наград: Государственной премии Израиля и Премии Харви (обе в 2002 году), премии Вольфа (2006 год), а также премии L’Oréal-UNESCO, присуждаемой женщинам-ученым (2008 год).

Все эти премии, в том числе и Нобелевку, Йонат получила за исследования структуры и функций рибосомы. Ее работы в этой области считаются прорывными и пионерскими.

Рибосомы, представляющие собой нуклео­­протеиды – то есть структуры, состоящие из белка и рибонуклеиновых кислот (РНК), – образуются в клеточном ядре и затем мигрируют в цитоплазму. Рибосома – важнейший органоид живой клетки, служащий для биосинтеза белка из аминокислот по заданной матрице на основе генетической информации. Этот процесс лежит в основе жизнедеятельности всех живых организмов, от человека до одноклеточных и вирусов. Активное изучение рибосомы началось в середине 1950‑х годов, а ровно 35 лет назад американский цитолог Джордж Паладе, первым системно описавший ее, стал (вместе с двумя коллегами) нобелевским лауреатом – правда, по физиологии и медицине. Однако, несмотря на то что механизм работы рибосом исследуется уже не один десяток лет, многие его детали по-прежнему недовыяснены, а подробные модели строения рибосомы на атомарном уровне были получены с помощью рентгеноструктурного анализа лишь на рубеже XX и XXI веков.

Для рентгенодифракционного анализа необходимо выделить кристаллы молекул и просветить их рентгеновскими лучами. Проблема в том, что в течение долгого времени никому не удавалось получить пригодные для анализа кристаллы рибосом. Именно на этом направлении в 1980‑х годах отличилась Йонат, работавшая тогда в Институте Макса Планка в Гамбурге (любопытно, что независимо от нее сходные результаты были тогда же получены группой советских ученых из Института белка в Пущино). С именем Йонат связан и решающий прорыв в моделировании рибосомы, произошедший в начале 1990‑х.

Исследования строения и работы рибосом показали, что функциональную нагрузку в них несет, прежде всего, РНК. Это говорит в пользу гипотезы, согласно которой на первых этапах существования жизни именно молекулы РНК обеспечивали хранение наследственной информации и управление химическими процессами, необходимыми для ее считывания и воспроизведения (так называемая «гипотеза мира РНК»). Впоследствии в ходе эволюции эти функции были переданы соответственно ДНК и белкам.

Работы Йонат и ее коллег имеют и большое практическое значение. Рибосома отвечает за синтез ферментов, управляющих всеми химическими процессами в любой живой клетке. Поэтому детальное понимание ее функционирования необходимо для разработки лекарств, в первую очередь антибиотиков. Антибиотики последних поколений убивают болезнетворные бактерии как раз путем «выключения» их рибосом. И здесь достижения Йонат бесспорны. Именно ей удалось определить механизмы сопротивления организма лекарству и изучить на структурном уровне причины избирательного действия антибиотиков.

В общем, научное значение исследований Йонат сомнений не вызывает. Тем не менее сразу после известия о присуждении ей Нобелевской премии разразился скандал. Точнее, даже несколько скандалов разной степени интенсивности.

Один скандал – можно сказать, традиционный для нобелевской истории. Современная наука организована таким образом, что на любом мало-мальски актуальном направлении одновременно работают несколько групп примерно одинаковой квалификации, дополняющие и уточняющие результаты коллег-конкурентов. Так что выделение лидеров и первооткрывателей – задача крайне непростая. А Нобелевская премия по уставу может быть разделена не более чем на троих специалистов. Эксперты называют несколько имен обделенных Нобелевским комитетом ведущих «рибосомоведов». Особенно несправедливым считается игнорирование Шведской академией Гарри Ноллера – руководителя лаборатории Калифорнийского университета в Санта-Крус, команде которого в 1999 году удалось создать первую модель структуры целой рибосомы.

Кроме того, считается, что в награждении Йонат изрядную роль сыграл гендерный фактор. Дело в том, что за всю историю Нобелевской премии по химии ее получили лишь три женщины, причем последняя, Дороти Кроуфут Ходжкин, – чуть ли не полвека назад. И вот шведы решили проявить политкорректность и исправить столь явный дисбаланс.

Наконец, значительное число экспертов полагают, что исследования Йонат – сами по себе очень значимые – имеют весьма сомнительное отношение к химии. Действительно, белковая кристаллография представляет собой отрасль биологии, причем граничащую скорее с биофизикой, чем с биохимией. Но Нобелевки по биологии, как известно, не существует, вот академики, мол, и решил поощрить близкородственную дисциплину – за счет химии. Впрочем, хотя возмущение «чистых» химиков и имеет под собой определенные основания, нынешнее решение Нобелевского комитета трудно назвать беспрецедентным – среди лауреатов по химии уже были кристаллографы, в том числе и упоминавшаяся выше Кроуфут Ходжкин. С другой стороны, у скептиков свои резоны – исследования в области методики рентгенодифракционного анализа поощрялись в свое время Нобелевской премией по физике, отчего же теперь его вдруг начали считать химией? Не оттого ли, что физика – наука гораздо более «разветвленная» и конкуренция в ней куда выше? А премией по химии не грех наградить и «постороннего»…

Последний скандал, уже не научный и даже не околонаучный, а чисто политический, спровоцировала сама Йонат. В интервью радиостанции «Галей ЦАХАЛ» сразу по награждении она призвала к освобождению из израильских тюрем всех находящихся там террористов – причем вовсе не в обмен на пленного израильского капрала Гилада Шалита, о чем сейчас ведется речь, а просто так, из соображений гуманности и справедливости. «Я не понимаю, почему мы немедленно всех их не освобождаем, – возмутилась Йонат. – Все, кто содержится в наших тюрьмах, – речь идет не преступниках, а о тех, кого мы называем террористами с кровью или без крови на руках, хотя эти дефиниции не совсем мне понятны, – не должны сидеть. Лучше подумаем о том, как сделать так, чтобы у них не было мотивации убивать и быть убитыми. Освободить их всех без исключения – и дело с концом. Даже если некоторые из них вернутся к насильственным методам борьбы с нами – это не страшно, ведь за то время, что они сидят под арестом, нашлись тысячи, которые их заменили. Тысячей больше, тысячей меньше – это не окажет на ситуацию существенного влияния». Такой шаг Израиля, по мнению Йонат, благотворно сказался бы на общей атмосфере в регионе.

Устраивать обструкцию одному из самых известных израильских ученых, только что принесшему своей стране очередную порцию славы, израильским политикам и журналистам, видимо, было не очень удобно, поэтому их реакция на демарш Йонат оказалась сдержанно-ироничной. Выразив удивление, отчего корреспонденту армейской радиостанции вообще понадобилось знать мнение кристаллографа по вопросам войны и мира, они вспомнили известный эпизод встречи Эйнштейна с Бен-Гурионом, после которой последний с раздражением заметил, что лучше разбирается в физике, чем его собеседник в политике.

Опубликованное фото
Ада Йонат на пресс-конференции, посвященной присуждению ей Нобелевской премии. Институт Вейцмана. Израиль


Впрочем, при всех эпатажных заявлениях нового нобелевского лауреата и сомнениях, химия ли то, чем она занимается, или нет, никто не отрицает, что имя израильской исследовательницы уже навсегда вписано в историю науки. Не сомневается в этом и сама Йонат. «О том, что это проект нобелевского калибра, заговорили, как только появились первые признаки того, что из этих исследований может что-то получиться. Наши штудии продолжались почти 20 лет, и я всегда испытывала чувство, будто совершаю восхождение на вершину Эвереста. А когда мы наконец достигли искомого результата, я чуть было не выкрикнула от радости: эврика!» – сказала она на пресс-конференции в Реховоте, созванной по поводу присуждения ей самой известной из всех научных наград.

Автор: Михаил Майков
Источник: http://borisliebkind.livejournal.com/101549.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Жёны-еврейки


Маркс и Ленин не видели для евреев другого пути, кроме физической ассимиляции. Цель нашей не очень серьезной заметки сообщить факты, возможно, не всем известные. А над причинами большого числа еврейско-русских браков романтического периода революции наш читатель может поразмышлять сам.

В архангельской ссылке молодая эсерка Голда Горбман приглянулась рабочему парню Климу Ворошилову. Брак их был разрешен при условии венчания в церкви. Невеста приняла православие и стала Екатериной. На родине Голды в присутствии всего населения местечкараввин предал ее проклятию (херему), на еврейском кладбище появилась условная могилка, к которой безутешные родители Голды приходили помянуть потерянную дочь. А полувековой брак Екатерины Давидовны и Климента Ефремовича оказался на редкость гармоничным. Своих детей у них не было, но они вырастили пятерых приемных, среди которых и двое детишек Михаила Фрунзе.

Вспоминает их невестка: В Бабьем Яре у Екатерины Давидовны погибла родная сестра с ребенком. И без того немногословная, она стала еще молчаливей, но когда возникло государство Израиль, она не сдержалась: “Вот теперь и у нас тоже есть родина”.

Несколько фактов без комментариев и подробностей: жены Кирова, Плеханова, Первухина были еврейками. Еврейские жены Ежова, Рыкова(сестра архитектора Иофана), Каменева (сестра Троцкого) были уничтожены Сталиным еще до войны.

В 1921 году на совещании в Москве Молотов приметил хорошенькую смышленую Полину Жемчужину. Домой в Запорожье она уже не вернулась и вскоре стала женой Вячеслава Михайловича. Однако только роль жены аппаратчика ее не устраивала. Очень умная и властная, Полина Семеновна Жемчужина (настоящее имя – Перл Карповская) много работала, и в разные годы была даже наркомом пищевой и рыбной промышленности. В 1948 году на официальном приеме в доме Молотовых присутствовала Голда Меир, посол нового государства Израиль. В своей книге Голда вспоминает: – Ко мне подошла жена Молотова, Жемчужина, и сказала на идиш: “Я дочь еврейского народа”. Мы довольно долго беседовали, и, прощаясь, Полина Семеновна сказала: “Всего вам хорошего. Если у вас все будет хорошо, все будет хорошо и у всех евреев в мире”.

В конце 1948 года Сталин приказал арестовать всех жен-евреек ближайших своих соратников: жену Андреева Дору Моисеевну Хазан, жену Поскребышева Брониславу Соломоновну, вдову Калинина (негодяям, видимо, казалась подозрительной ее эстонская фамилия). Сталин проверял лояльность и преданность своих вассалов. Жена Поскребышева была сестрой невестки Троцкого. Подавая Сталину на подпись ордер на арест своей жены, Поскребышев попросил простить ее. Сталин подписал ордер, co cлoвaми: “Найдем тебе бабу”. А несчастную Брониславу Соломоновну, продержав три года в тюрьме, расстреляли.

Арестовали и Полину Жемчужину. Около пяти лет пробыла Жемчужина в ГУЛАГе. После ее смерти постаревший Молотов сказал интервьюеру: “Мне выпало большое счастье, что она была моей женой. И красивая, и умная, а главное – настоящий большевик”.

Женой Якова Джугашвили была танцовщица Юлия Мельцер. Когда Яков оказался в фашистском плену, Сталин отдал Берии распоряжение:“А эту одесскую еврейку в Красноярский край. Пусть погреется под сибирским солнцем”. Кто-то заметил, что, если Юлия будет среди людей, слухи о Якове получат подтверждение. Лучше уж ее в тюрьму, в одиночку. Сталин согласился.

А вот Екатерину Давидовну Ворошилову не арестовали. Говорят, когда за ней пришли люди Берии, Климент Ефремович несколько раз предупредительно выстрелил из револьвера в потолок. Запросили Сталина. А черт с ним – сказал отец народов.

У Николая Ивановича Бухарина было даже две еврейские жены: Эсфирь Исаевна Гурвич и юная дочь большевика Ларина (Михаила Лурье) Анна. При аресте у нее отняли годовалого сына. Почти двадцать лет она не видела его. Мальчик вырос в детдоме с чужим именем, не зная, кто его отец.

А вот еще факты без комментариев:
ê Cупругой мудрого российского министра Сергея Юльевича Витте была еврейская женщина. Да и сам он был потомком одной из дочерей петровского канцлера Шафирова.
ê Лиля Брик одно время была женой героя Гражданской войны легендарного комкора В.М. Примакова. А супругой знаменитого Бориса Савенкова некая Е.И. Зильберг.
ê Легендарный Николай Щорс был женат на еврейке Фруме. Их дочь Валентина вышла замуж за известного советского физика Исаака Марковича Халатникова.

В дневнике Корнея Ивановича Чуковского 12 марта 1967 года есть запись: “Жена анархиста Кропоткина еврейка”. Почему этот факт остановил внимание Чуковского? Не потому ли, что матерью его талантливых детей и хозяйкой дома была еврейская женщина?

Надо сказать, что немало русских писателей сделали такой же выбор. Это и Леонид Андреев, и Аркадий Гайдар, и Владимир Тендряков. У блестящего русского писателя Владимира Набокова было два романа с еврейками. Третья, Вера Слоним, стала его женой, любимой до конца дней. Они встретились за границей, куда семья Слоним бежала от большевиков, так же, как и семья русских аристократов Набоковых, принципиальных борцов с антисемитизмом.

Хорошо забытый сегодня поэт Степан Щипачев писал своей подруге:
У евреек только в древности бывали
Серые, как у тебя, глаза.

А знаменитые слова Алексея Суркова из песни, которую пела вся страна:
Ты сейчас далеко, далеко.
Между нами снега и снега.
До тебя мне дойти нелегко,
А до смерти четыре шага...,

были обращены к его жене Софье Абрамовне Кревс.
А вот еще одна запись в дневнике Чуковского: “13 мая 1956 года. Застрелился Фадеев. Я сейчас подумал об одной из его вдов, Маргарите Алигер, наиболее любившей его (у нее дочь от Фадеева)”.

Cоветский писатель Валентин Катаев, постарев, безвыездно жил в Переделкино под Москвой. Заботилась о нем горячо любимая жена Эстер Давидовна. Она, по словам очевидцев, несмотря на возраст, была удивительно хороша собой. Их дочь Евгения была супругойеврейского поэта Арона Вергелиса, многолетнего редактора журнала “Советиш геймланд”.

Жена композитора Скрябина (кстати, близкого родственника Молотова) Татьяна Федоровна Шлецер происходила из эльзасских евреев. А их дочь Ариадна (после гиюра Сара), героиня Французского Сопротивления погибла от рук фашистов.

Выдающийся русский композитор А.Н. Серов был внуком крещеного еврея из Германии Карла Габлица, ставшего в России сенатором и вице-губернатором Таврической области. Серов женился на женщине еврейского происхождения, пианистке Валентине Семеновне Бергман, которая подарила России одного из первейших ее художников Валентина Александровича Серова.

Славный советский композитор Тихон Николаевич Хренников возглавлял Союз композиторов в самые черные сталинские годы. Он, как мог, спасал от растерзания своих коллег-музыкантов. В 1997 году в Международной еврейской газете Хренников писал: “В период борьбы скосмополитизмом я защищал евреев... Скоро мы с Кларой Арнольдовной отметим 60-летие нашей совместной жизни”.

В июле 1992 года советский актер Иннокентий Смоктуновский приехал на гастроли в Израиль. В одном из интервью он сказал: “Моя жена eврейка. Ее зовут Шломит. Она родилась в Иерусалиме, недалеко от Стены Плача. В 30-м году ее, маленькую, мать увезла в Крым, где создавалась еврейская коммуна. Там их всех обобрали, половину пересажали. Теща моя только два года назад вернулась в Иерусалим”.

В общем, как видите, тема наша необъятна, поэтому ограничимся сказанным. В этом году исполняется 510 лет с тех пор, как евреев вынудили покинуть Испанию. Но ушли не все. Еврейские аристократы, принявшие католичество (марраны), остались, и постепенно растворились, исчезли как евреи.

Среди их потомков писатели Мигель Сервантес и Мишель Монтень, генерал Франко, Иосиф Броз Тито и даже Фидель Кастро. В нынешней Испании считается огромной честью вести свой род от тех марранов: ведь это значит, что роду твоему больше 500 лет!

Похоже, очень скоро растворится и российское врейство. Может быть наши далекие потомки с гордостью помянут своих прародительниц, о которых рассказaнo в этой заметке.

Автор: Эдуард

Share this post


Link to post
Share on other sites

Голда Меир и "чёрный" сентябрь


Современная история Ближнего Востока в определенном смысле — это реестр несбывшихся надежд и нереализованных возможностей. Эта история была бы менее кровавой, если бы 20 июля 1951 года радикалы не убили иорданского короля Абдаллаха, который вел переговоры с израильтянами. Его смерть была грозным предупреждением каждому арабскому политику, который задумывался о мире с Израилем
Современная история Ближнего Востока в определенном смысле — это реестр несбывшихся надежд и нереализованных возможностей. Эта история была бы менее кровавой, если бы 20 июля 1951 года радикалы не убили иорданского короля Абдаллаха, который вел переговоры с израильтянами. Его смерть была грозным предупреждением каждому арабскому политику, который задумывался о мире с Израилем. После смерти Абдаллаха трон должен был наследовать его сын — принц эмир Талал, но он властвовал только девять месяцев. Его отстранили от власти по причине психического нездоровья. Королем стал несовершеннолетний внук Абдаллаха принц Хусейн.

Опубликованное фото


Король Хусейн, как и его дед, был наделен обаянием и немалым мужеством. Он мог спокойно появиться посреди беснующейся толпы или посетить воинскую часть, не взяв с собой охраны. Король Хусейн не меньше своего деда был расположен к Израилю, но понимал, как трудно убедить в необходимости мира собственных подданных, большую часть которых составляют палестинские арабы. В отличие от Абдаллаха он был просвещенным монархом. Он прекрасно понимал пределы своей власти. Он знал, что не может делать то, что не понравится его собственным подданным и арабскому миру в целом. В самой плодородной и богатой части Иорданского Хашимитского Королевства живут палестинцы, которые считают, что эмир Абдаллах, основатель Хашимитского Королевства, предал палестинское дело и пошел на союз с Израилем. Многие населяющие Иорданию палестинцы вообще считают королевство искусственным образованием. Короля Хусейна всегда тревожила перспектива создания независимого палестинского государства. Он понимал, что рано или поздно палестинцы захотят получить и часть территории Иордании, что никак не устраивало короля. Поэтому он старался не ссориться с палестинскими боевыми организациями и позволял им использовать территорию Иордании для вылазок против Израиля. И предложить Израилю мир он решился только в 94-м.

До конца своих дней он не мог забыть, как в 51-м на его глазах у большой Иерусалимской мечети был убит его дед — король Абдаллах — только за то, что хотел заключить мир с Израилем. Король Хусейн несколько раз тайно встречался с израильскими политиками. 25 сентября 1973 года король, сев в вертолет, сам тайно прилетел в Иерусалим и сказал премьер-министру Израиля Голде Меир, что сирийская армия вот уже два дня как приведена в боевую готовность. Это может означать только подготовку к новой войне. Хусейн и Голда Меир разговаривали на секретном объекте, принадлежавшем Мосаду. Сохранилась запись беседы. Голда Меир не поверила иорданскому королю. До Шестидневной войны 1967 года палестинцы представляли бо'льшую опасность для иорданского короля Хусейна, а не для Израиля: палестинцы составляли большинство населения Иордании и не любили короля — он вовсе не собирался помогать палестинским арабам сбросить евреев в море и создать свое государство. Его интересовало только расширение границ собственного королевства. Летом 70-го боевики Ясира Арафата, обосновавшиеся в Иордании, фактически пытались убить короля и взять власть в стране. 9 июня палестинцы обстреляли машину короля Хусейна, тот случайно остался жив. 2 сентября они вновь попытались уничтожить короля. 7 сентября палестинцы попытались захватить сразу четыре пассажирских самолета. Один из самолетов принадлежал израильской авиакомпании, эти рейсы уже сопровождались охраной, которая сумела застрелить одного из террористов и ранила троих. Самолет благополучно сел в Лондоне.

Самолет американской компании «Панамерикэн» террористы посадили в Каире, отпустили пассажиров, а лайнер взорвали. Два других — американский и швейцарский — посадили в Иордании, в заброшенном аэропорту Доусон, который палестинцы переименовали в «Аэропорт Революции». Женщинам и детям разрешили сойти на землю, остальных сто пятьдесят человек держали в качестве заложников в самолетах. Пассажиры задыхались от жары под палящим солнцем пустыни. 10 сентября палестинцы захватили еще и британский самолет, который летел из Бомбея в Лондон, и посадили его в той же пустыне. К ста пятидесяти заложникам прибавилось еще сто семнадцать. Чаша терпения короля Хусейна переполнилась. Правительственные войска атаковали штаб палестинских боевиков. 13 сентября палестинцы освободили всех заложников, кроме сорока, но взорвали в Доусоне все три самолета. 16 сентября король Хусейн сформировал военное правительство и потребовал, чтобы верные ему армейские части, состоявшие из бедуинов, очистили всю страну от палестинских боевиков. 20 сентября соседняя Сирия пришла на помощь палестинцам. Сирийские танки перешли через границу Иордании, но иорданцы упорно сопротивлялись. И сирийцы, не ожидавшие отпора, отступили. Вмешательство сирийцев едва не превратило внутренний конфликт в большую войну. Американские военные опасались, что вслед за Сирией и Советский Союз придет на помощь палестинцам. В таком случае Соединенные Штаты вынуждены будут спасать Иорданию. В Пентагоне уже стоили планы переброски дополнительных армейских частей на Кипр, в Грецию и Турцию, откуда они смогут высадиться в Иордании. Вблизи ливанского побережья разворачивались авианосные оперативные группы. Соответственно в Средиземном море активизировалась советская 5-я оперативная эскадра, состоявшая из полусотни кораблей, среди них было двенадцать подводных лодок.

Советские корабли, оснащенные управляемыми ракетами, неотступно следовали за американскими авианосцами. 28 сентября 1970 г. президент Соединенных Штатов Ричард Никсон прилетел на борт авианосца «Саратога», чтобы приветствовать последних освобожденных палестинскими террористами заложников и поддержать моральный дух своих военных моряков. А вдруг им придется вступить в боевые действия? Но к этому времени все было кончено. Палестинские отряды проиграли схватку с иорданской армией и перебазировались в Ливан. Самого Ясира Арафата вывезли из Иордании на личном самолете суданского лидера Нимейри. Большая война не разгорелась. Но эти события имели большие последствия. На следующий день, 29 сентября, в Каире скоропостижно скончался президент Египта Гамаль Абдель Насер. Он надорвался, безуспешно уговаривая палестинцев и иорданцев прекратить братоубийственную войну. Его преемником стал Анвар Садат, который со временем подписал мир с Израилем. Палестинцы осели в южной части Ливана, неподалеку от границы с Израилем. Руководители Организации освобождения Палестины обосновались в мусульманском Западном Бейруте. Ливан с его слабой государственной машиной и расколотой религиозными разногласиями армией был слишком слаб, чтобы помешать палестинцам создать государство в государстве. Палестинцы легко выбили слабую ливанскую армию из южной части Ливана. Это привело к окончательному развалу центральной власти в Ливане. В Сирии пришел к власти недавний командующий военно-воздушными силами, затем министр обороны Хафез Асад. Это он в сентябре лишил сирийские танки, брошенные против Иордании, авиационного прикрытия, но ловко обвинил в провале военной операции своего предшественника и в ноябре 70-го сверг его. Хафез Асад отправил в Ливан сирийские войска — под предлогом защиты христиан. Но когда чаша весов склонилась на сторону христиан, сирийцы внезапно повернули против них.

Сирийские войска так и остались в Ливане. Обосновавшись на юге Ливана, палестинцы использовали эту территорию как базу для нападений на Израиль, который отвечал на подобные акции немедленно и жестко. Закончилось это военной операцией в Ливане в 1982 году... Укрывшись под псевдонимом «Черный сентябрь», боевики Арафата осенью 1972 года устроили бойню в Мюнхене, где проходили Олимпийские игры. Рассказывают, что на следующий день премьер-министр Израиля Голда Меир приказала Мосаду и военной разведке найти всех палестинцев, участвовавших в убийстве израильских спортсменов, и наказать их за это гнусное преступление. В Мосаде составили список из шестнадцати палестинских боевых командиров. Арафата тоже хотели включить в список, но потом решили, что он не обязательно лично руководил операцией. Его не хотели трогать, понимая, что, во-первых, в ответ палестинцы попытаются убить премьер-министра Израиля и, во-вторых, его наследник на посту руководителя Организации освобождения Палестины может оказаться еще более опасным человеком. Израильтяне все-таки меньше боялись Арафата, чем его вероятных преемников. Одному из боевиков подложили бомбу в гостиничный номер в Никосии, другому — в телефонный аппарат в Париже. Двоих застрелили. Одного взорвали в машине. В апреле 73-го израильский спецназ совершил рейд в Бейрут, чтобы уничтожить трех палестинских лидеров, один из которых подготовил захват израильской команды в Мюнхене. Акцию возмездия подготовила военная разведка.

Руководил рейдом офицер-десантник Эхуд Барак, будущий премьер-министр Израиля. Ему пришлось переодеться женщиной и надеть парик, чтобы обмануть бдительность палестинских охранников и ливанских полицейских. Но один из телохранителей, увидев его, все-таки что-то заподозрил — роль женщины была для Барака в новинку. Палестинец полез за пистолетом, но Барак его опередил. Израильтяне застрелили всех троих террористов (Юсефа аль-Наджара, Камаля Адвана и Камаля Насера), отбились от примчавшихся на звук выстрелов ливанских полицейских и пробились к ожидавшим их у побережья катерам. Помощником Барака в этой операции был Амнон Липкин-Шахак, десантник по военной специальности. Со временем он, как и Барак, стал генералом, возглавил военную разведку, потом генеральный штаб. Выйдя в отставку, Липкин-Шахак тоже решил заняться политикой. На что его мать огорченно заметила пришедшим к ней журналистам: «Ну что вы на это скажете? Он совершенно меня не слушается...» Остальных из черного списка также убили — или израильтяне, или сами палестинцы, которые в междоусобной борьбе за власть неутомимо уничтожали друг друга.

Автор - Леонид Млечин
Источник: http://www.alefmagazine.com/pub360.html

Share this post


Link to post
Share on other sites

Анна Гейфман


Американо-израильский историк Анна Гейфман родилась в Ленинграде в еврейской семье. В 1976 году вместе с семьёй эмигрировала в США. В 1985 году окончила Бостонский университет, получив степень магистра. Продолжила образование в Гарвардском университете, где в 1990 году получила степень PhD по истории. Профессор Бостонского университета. Исторические работы Анны Гейфман посвящены политическому терроризму в России начала XX века.

Опубликованное фото


В своей книге «Начало современного терроризма: очерк обычаев и нравов»", вышедшей в 2006 году в нью-йоркском издательстве «Либерти», Анна Гейфман писала: «Одна из реалий терроризма заключается в том, что для нас невозможен компромисс с теми, кто хочет нас уничтожить. Пытаясь иначе толковать факты, мы разрываем причинно-следственную связь: мы и террористы несовместимы, их бытие предполагает наше исчезновение, они будут убивать, пока могут — кто именно погибнет, их не интересует. Посредством убийства они устанавливают с нами контакт, вызывая в нас страх. Наш шанс на выживание зависит от умения не закрывать глаза в сладкой надежде, что угроза рассосется сама собой. Нельзя переложить ответственность и на правительство, поскольку террор не является исключительно политической проблемой.

Террор есть разновидность психологической войны, и правильнее описывать этот многосторонний феномен как всеобъемлющий геноцид, одну из форм мертвой жизни. Если же мы наберемся смелости и станем рассматривать террор таким, каков он есть, мы различим, что через страх просвечивает надежда. Ведь против нас — лишенные корней, опустошенные эмоционально призраки, рвущиеся отомстить нам за их невыносимо мучительное существование». В 2007 году Анна Гейфман репатриировалась в Израиль. Именно здесь, по свидетельству Саши Непомнящего, , на шомронском раздолье, на холме гостеприимного форпоста Рамат Гилад состоялась хупа Анны Гейфман и д-ра Моше Яновского. Говорят, что «только автору совершенно гениальной книги о раве Куке Пете (Пинхасу) Полонскому было по силам взять московского экономиста из Института экономических реформ Егора Гайдара и познакомить с историком и специалистом по террору из Гарварда...».

А что касается сотрудничества Израиля с Россией в области борьбы с терроризмом, здесь Анна высказывается абсолютно «неполиткорректно». В интервью порталу IzRus она заявила: «Я не думаю, что России можно доверять, но если наши руководители считают, что на сегодняшний день сотрудничество с Россией выгодно для Израиля – то я только «за». Однако не надо строить иллюзий, не надо называть Россию своим другом, она так же успешно «дружит» и с Ираном, руководители которого мечтают нас сжечь. У нас есть общие дела, можно наладить сотрудничество, но не надо кричать о «дружбе». Так что я с пессимизмом смотрю на возможности сотрудничества Израиля с Россией».

Источник: http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&a...iew&id=4185

Share this post


Link to post
Share on other sites

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Loading...

×
×
  • Create New...