Jump to content
Форум - Замок

Анекдоты про американцев...


Recommended Posts

Что такое американский спецназ?

Это солдаты, которые целых три недели могут прожить без кока-колы, поп-корна и проституток.

Link to post
Share on other sites

Для американского проката в мультфильме "Добрыня Никитич..." для политкорректности пришлось исправить образ Змея-Горыныча. Теперь у него одна голова черная, одна белая, а одна с накрашенными губами...

Link to post
Share on other sites

Комиссия Конгресса обратилась к вождям-старейшинам индейских племён с вопросом: "В чём заключается главная историческая ошибка белого человека?"

 

 

"Ты наблюдал в течение 90 лет за всеми действиями белого человека, - сказал Председатель Комиссии Конгресса самому старому из вождей, по имени Двойной Орёл, - ты видел наши войны и технологические новинки. Перед твоими глазами прошагал Прогресс и вызванные им Разрушения среды".

Двойной Орёл грустно кивал головой.

 

 

"Принимая во внимание всё, чему ты был свидетелем, как ты считаешь, в чём заключается главная ошибка белого человека?"

 

 

Выдержав долгую паузу, Двойной Орёл наконец бесстрастно ответил:

"Когда белый человек открыл эту землю, здесь хозяйничали индейцы. Не было налогов. Было множество диких буффало и бобров. Вода была чистой. Женщины выполняли всю работу. Медицинские услуги шаманов были бесплатными. Мужчины целыми днями занимались только охотой и рыбной ловлей. И каждую ночь - сексом..."

 

 

Вождь откинулся на спинку стула и ехидно улыбнулся: "Только белый человек настолько глуп, чтобы думать, будто подобную систему можно улучшить!"

Link to post
Share on other sites
  • 1 year later...

не совсем анегдот,но в тему............

==========

Меняется страна Америка.

Придут в ней скоро Негры к власти.

Свободу, что стоит у берега,

под негритянку перекрасят.

Начнут посмеиваться Бедные

над всякими Миллионерами.

А некоторые будут Белые

пытаться притвориться Неграми.

И уважаться будут Негры.

А Самый Черный будет славиться.

И каждый Белый будет первым

при встрече с Негром

Негру кланяться.

 

Владимир Уфлянд, 1958

Link to post
Share on other sites
  • 2 months later...

Разговор на брайтонском бордвоке, где клиенты Медикейда дышат целебным океанским воздухом и обсуждают актуальные вопросы социальной политики США

 

 

 

Мини-пьеса

 

 

Действующие лица и исполнители предпочитают сохранять инкогнито

– Ваш доктор Рыбаков – полное ничтожество!

– Что он вам уже недодал?

– Все, что только можно было недодать, этот паразит мне недодал! Он решил заманить меня в свой офис бутербродом с красной икрой. Крупный деликатес по 12 долларов за фунт! Мой Мурзик уже не ест такие деликатесы!

– Он не виноват. У него такой бюджет. Если он дает рекламу на телевидении, так у него хватает только на красную икру, а если он дает черную икру, так у него не хватает на рекламу на телевидении!

– Кому нужна реклама на телевидении? Кто вообще смотрит телевизор дома? Возьмите доктора Капустина. Это – врач! Вы бы видели его офис! Дворец! Красное дерево! Кожаная мебель! Телевизор 65 дюймов по диагонали! Сестра подает тебе кофе, ты смотришь «Ликвидацию», потом тебе дают пакет с курицей на ужин и отвозят домой на амбулете. Все, что с тебя требуется это один анализ мочи и одна кардиограмма.

– Амбулет, это уже не модно. В наши дни уважающий себя клиент Медикейда, имеет лимузин с переводчиком в обе стороны.

– Зачем вам переводчик? Вы что, плохо говорите по-английски?

– Говорю я хорошо, я плохо перехожу улицу. Так мне нужен переводчик.

– Слушайте, мы должны обсудить этот вопрос на общем собрании бордвока. Почему одни ездят на амбулетах, а другие на лимузинах? Мы имеем право на социальную справедливость! Тот офис, который не исправится, будет иметь бойкот! Мы должны собрать актив и выдвинуть список требований, который позволит каждому получателю медикейда жить с достоинством. Длина лимузина, цвет икры, размер телевизора, репертуар фильмов, ассортимент товара для продпакета, все должно быть учтено.

– Правильно! В конечном итоге мы живем при капитализме. Рыночные отношения – самые здоровые отношения в мире! Если ты нам, собака такая, не даешь лимузин с шампанским и потом еще хорошего цыпленка с банкой сгущенного молока, так ты будешь сдавать на анализы свою собственную кровь! И если она у тебя будет испорчена, так ты сам знаешь отчего!

– А мне, например, что черная икра, что красная. Я – дальтоник. После того, как меня прищемило дверью от их сабвея, я вижу один цвет – золотой.

– Почему?

– Потому что мой лойер сказал: нам с их дверью крупно повезло, мы теперь озолотимся!

– Вам таки повезло! Две болезни сразу – дальтонизм и ущемление дверью! Другие о таком только мечтают. Это же лечиться и лечиться!

– Я и лечусь. Я иду со своей Милой в офис, нам платят по 20 баксов за массаж с иглоукалыванием и мы уходим со своей сороковкой. Что бы я предложил, так это сделать поправку на инфляцию и поднять до 25 за визит, при этом я готов уступить иглоукалывание!

– Правильно. Иглоукалывание, это несерьезно.

– Почему?

– Когда мне ставят эти иголки, я хохочу, как ребенок.

– А что у вашей Милы?

– Она лечится от пост-травматического синдрома, вызванного моим ущемлением. К ней уже приставили невропатолога, психотерапевта и на всякий случай нейрохирурга.

– А я бы предложил, чтобы поправку на инфляцию пересчитывали на талоны на бензин!

– Правильно! А не так, что одни строят себе хоромы на Манхэттен-Бич, а больным людям они кидают ржавую корку хлеба!

– Судя по вашей комплекции, это таки неплохая ржавая корка, нет?

– А какую комплекцию вы хотите с одних углеводов? Доктор Аткинс перевернулся бы в гробу от этой диеты! Я уже хочу дожить, когда бросят хороший филе-миньон!

– Не жадничайте, филе-миньон бросят вашим детям! Им только надо голосовать за правильных кандидатов!

– Послушайте сюда. Я не хотел говорить, но не могу держать в себе. У меня есть один товарищ из Бей-Риджа, так его пригласили в один автобус с такими же как он. Они ездят на вакуумные процедуры. Это теперь так называется. У них там есть одна специальная медсестра, она их отпускает по одному. Вы бы видели эти губы! У Стаханова таких не было. Некоторые говорят, что пережили такое впервые в жизни. Это как землетрясение в шесть баллов!

– Фу, какая гадость!

– Если вам гадость, так смотрите свою «Ликвидацию» и не расписывайтесь

за других! У всех разные запросы на потребности!

– Гадость – не гадость, но в нашем возрасте это, все-таки, нагрузка!

– Правильно, поэтому вначале стресс-тест, потом процедуры и потом недельная реабилитация в Катскильских горах с их транспортом и питанием.

– А зачем реабилитация?

– Слушайте, всякое случается: у одних доходит до предынфарктных состояний у других до гипертонических крисов, но этот врач – просто волшебник. Ему привезли 40 человек, он спас сорок жизней. Я вам так скажу: он спасает людей автобусами. И кто из них пожалуется, что у него особняк в два раза больше, чем дворец пионеров на Приморском бульваре?

– Вы знаете, мы должны собрать актив и провести акцию. Помните, как было раньше, ты хорошо работал, ты был «Коллектив коммунистического труда». Мы должны возродить это дело и вручать по результатам года доску от общины: «В этом офисе мы имеем гуманное отношение».

– Этого мало! Я бы еще составил черный список и повесил его на интернете. И чтобы эти паразиты знали: если они не дают сервис, так они имеют голый гурнышт, а не наш медикейд!

– Минуточку, а если мне вдруг станет таки плохо? Таки по настоящему плохо, куда я тогда должна обратиться?

– Знаете, не будьте эгоистом. Вам плохо – умрите, но дайте другим пожить по-человечески!

 

 

Вместо занавеса – заход солнца с наступающей темнотой и тишино

Link to post
Share on other sites
  • 3 months later...

Вообще-то Билл Клинтон пытался все уладить мирным путем.

Он даже хотел удочерить Монику. Да только вот Хиллари воспротивилась.

Сказала:

- Зачем нам лишний рот в семье?

Link to post
Share on other sites
  • 1 month later...

Отныне в США употребление слова женщина рассматривается как сексуальная дискриминация.

Вместо него будет употребляться политически корректный термин:

 

- феминоамериканец или вагинополовоорганный американец женского происхождения.

Link to post
Share on other sites
  • 6 months later...

В Белом доме на одной из стен Овального кабинета появился портрет

В.И. Чапаева. Как то помощник Госсекретаря,

проходя мимо, заметил этот портрерт и спросил у находящегося тут же Обамы:

"Господин Президент, не могли бы Вы сказать что за странный человек

с усами, в бурке и в необычном головном уборе

изображён на этом портрете"

"Вы знаете, ответил Обама, честно говоря, я и сам не знаю, но мне

говорили, что он всю свою жизнь посвятил борьбе с

белыми"

Link to post
Share on other sites
  • 2 weeks later...

Американцы, наконец закупили наши старые добрые советские фильмы. Но

возникла проблема с переводом названий. Правда, аборигены с ней, в

конце концов, справились:

 

 

 

"O, My God, Where Is My Car?" - "Берегись автомобиля".

 

 

 

"Моsсоw Mutant" - "Собачье сердце".

 

 

 

"The Story About Monica And Bill" - "Служебный роман".

 

 

 

"Don't Kill Me On Sunday" - "Доживём до понедельника".

 

 

 

"Adventure Of Terminator's Baby" - "Приключения Электроника".

 

 

 

"I-Phone" - "Афоня".

 

 

 

"Ice's - Ice's" Grandfather" - "Морозко".

 

 

 

"Сome On, Beethoven", - "Ко мне, Мухтар!".

 

 

 

"O, My God, Sixty Six" - "Айболит - 66".

 

 

 

"Barak Obama In White House" - "Свой среди чужих, чужой среди своих".

 

 

 

"Putin Will Be President Again" - "Возвращение резидента".

 

 

 

"Sex Instinct" - "Вечный зов".

 

 

 

"Hello, I'm Transvestite" - "Здравствуйте, я ваша тётя!".

Link to post
Share on other sites
  • 7 months later...

Экономический аналитик, Др. Марк Фарбер (США) заключил свой ежемесячный обзор следующими словами: "Федеральное правительство выдало каждому из нас сумму в 600$. Если мы потратим эти деньги в Wal-Mart'e, они уйдут в Китай. Если мы их потратим на бензин, они уйдут к арабам. Если мы купим компьютер, они уйдут в Индию. Если мы на них купим фрукты и овощи, деньги уйдут в Мексику, Гондурас и Гватемалу. Если мы купим хорошую машину, деньги пойдут в Германию. Если мы купим какую-нибудь бесполезную дрянь, они уйдут в Тайвань. В любом случае, они не помогут американской экономике.

 

Единственный способ удержать деньги дома, это потратить их на проституток и пиво, это единственные продукты, которые всё ещё производятся в Америке

Link to post
Share on other sites
  • 4 months later...

Американский солдат возвращается с фронта и едет по Англии в поезде.

Все сидячие места заняты, только в одном купе сидит англичанка, напротив нее на сидении - собачка, рядом - англичанин.

- Леди, разрешите мне присесть!

- Вы, американцы, все очень грубые! Вы что, не видите, тут сидит моя собачка!

- Но, леди, я очень устал, я воевал три месяца на фронте, я хочу сесть!

- Вы, американцы, не только очень грубы! Вы еще и надоедливы!

- Леди! Я тоже люблю собак, у меня дома их аж две. Давайте я сяду

и подержу вашу собачку на руках!

- Вы, американцы, не только очень грубы и надоедливы! Вы просто невыносимы!

 

После этих слов американский солдат берет собачку, выкидывает в окно и садится. Леди теряет дар речи.

Сидящий рядом англичанин говорит: - Знаете, молодой человек! Я вовсе не согласен с ее определением американцев, но я позволю себе заметить,

что вы, американцы, делаете многие вещи не так. Вы ездите не по той

стороне проезжей части, держите вилку не в той руке, а сейчас вы выбросили в окно не ту суку!??

Link to post
Share on other sites
  • 1 month later...

О методах решения проблем в школах США сегодня и пятьдесят лет назад, текст переведен c английского. Было бы смешно, если бы не было так близко к истине....

Джек охотится на уток перед школой и приезжает в школу с ружьем в машине.

1957 - Директор школы осматривает ружье Джека, идет в свою машину, берет свое ружье и показывает его Джеку.

 

2007 - Полная эвакуация школы, приезжает ФБР и забирает Джека в тюрьму. Джек больше никогда не получит доступ к оружию. Психологи успокаивают психически-травмированных студентов и учителей.

 

Джон и Марк дерутся на кулаках после школы.

 

1957 - Собирается толпа, Марк побеждает, Джонни и Марк жмут руки и становятся лучшими друзьями.

 

2007 - Кто-то вызывает полицию, Джонни и Марка арестовывают. Оба получают срок в детской колонии и исключены из школы.

 

Джеффри ведет себя шумно в классе и мешает другим ученикам.

1957 - Джеффри получает замечание и отправляется к директору, где выслушивает серьезную нотацию. После этого он возвращается в класс и больше никого не беспокоит.

 

2007 - Джеффри получает большую дозу риталина, превращается в зомби и тестируется на синдром дефицита внимания. Школа получает дополнительные деньги от штата потому, что Джеффри инвалид.

 

Билли разбивает стекло в соседской машине и его отец порет его ремнем.

 

1957 - Билли больше не бьет стекол, вырастает нормальным юношей, идет в колледж и становится успешным бизнесменом.

 

2007 - Папа Билли арестован за жестокое обращение с детьми. Билли отправляется в интернат и вскоре присоединяется к уличной банде. Психолог убеждает сестру Билли, что ее в детстве тоже пороли и отец садится в тюрьму. Мама Билли начинает жить с этим психологом.

 

У Маркa болит голова и он берет с собой в школу аспирин.

 

1957 - У директора тоже болит голова и Марк делится с ним аспирином на площадке для курения.

 

2007 - Вызывается полиция, Марк исключается из школы за нарушения школьного режима контроля лекарственных препаратов, его машина обыскивается на предмет наличия наркотиков и оружия.

 

Педро проваливает экзамен по английскому.

 

1957 - Педро идет в летнюю школу, доучивает английский, сдает экзамен и идет в колледж.

 

2007 - Дело Педро передается в верховных суд штата. Газеты настаивают на том, что требование знания английского для выпуска из школы - это проявление расизма. Организация защиты гражданских прав подает в суд на всю школьную систему образования и заодно на учителя английского из школы Педро. Английский исключается из списка обязательных предметов. Педро получает свой диплом, но после института все равно работает газонокосильщиком, поскольку не знает английского.

 

Джонни разбирает новогоднюю хлопушку, засовывает ее в банку с горючим веществом и взрывает муравейник на территории школы.

 

1957 - Муравьи погибают.

 

2007 - Вызывают представителей Бюро контроля за алкоголем, табаком и оружием, ФБР и Департамента Защиты Отечества. Джонни арестован за попытку террористического акта, ФБР допрашивает и открывает дело на родителей, братья и сестры отправляются в интернат, компьютеры конфискованы. Отец Джонни попадает в список потенциальных террористов и больше не может летать самолетом.

 

Джонни падает на перемене и разбивает коленку. Его видит плачущим учительница Мэри. Мэри обнимает Джонни и гладит его по голове.

 

1957 - Вскоре Джонни перестает плакать и бежит играть дальше.

 

2007 - Мэри обвиняется в сексуальном домогательстве и теряет работу. Ей грозит 3 года в тюрьме штата. Джонни светит 5 лет психологической терапии.

Link to post
Share on other sites
  • 4 months later...

Не анекдот, но поучительно и соответствует американской да и израильской действительности.

 

О вредности устного счёта

 

Александр Малин.

 

Марине повезло: через месяц после приезда в Америку она получила свою первую работу. Везенье это было сказочное и совершенно необъяснимое, потому что английского языка Марина не знала. Она начала учить его по пути в Америку, и за два месяца ожидания американской визы в Италии выучила “спасибо”, “до свиданья” и ещё несколько слов и выражений, полезных в быту, но никак не пригодных для того, чтобы отвечать на вопросы во время интервью. Почему её взяли на работу, она так и не поняла.

 

Работа была в небольшом магазине детских товаров в Беверли Хиллс, самом дорогом и престижном районе Лос-Анджелеса. В этом магазине младенческие ползунки стоили в три раза больше, чем брючный костюм, который Марина купила себе специально для работы. Маленький плюшевый мишка стоил столько, сколько Марина тратила на еду за целый месяц. Чтобы далее не травмировать читателя, я не буду приводить всего прейскуранта. Несмотря на заоблачные цены в магазине, зарплата Марины была весьма скромной: два доллара в час.

 

В те старые добрые времена минимальная зарплата в Америке была по закону 2,25 в час, так что хозяйка магазина миссис Варшоски, элегантная крашеная блондинка среднего с плюсом возраста, недоплачивала Марине 25 центов, тем самым, нарушая закон. Чтобы избежать конфликта с правосудием, миссис Варшоски платила Марине наличными. Это устраивало всех, кроме, разве что, федерального налогового управления, но оно об этом ничего не знало и, представьте себе, так и не узнало до самого конца нашего повествования. Поэтому речь сейчас не об этом.

 

В обязанности Марины входило мыть витрины, пылесосить полы и подавать кофе особенно важным покупателям. Магазин был маленький, покупатели заходили редко, поэтому Марина легко справлялась со своими обязанностями. К концу дня у неё даже оставалось время на то, чтобы читать детские книжки, что повышало её уровень английского языка. Это не ускользнуло от внимания миссис Варшоски.

 

– Мерайна, – сказала она, обращаясь к Марине со щедрой улыбкой. – Ты хорошо работаешь. Я очень довольна. Я должна тебя вознаградить дополнительными обязанностями. Ты будешь помогать нам вести бухгалтерию. Ты знаешь цифры?

 

Она говорила громко и медленно, чтобы Марина наверняка её поняла. Всё равно, Марина не поняла ничего из того, что сказала миссис Варшоски, но на всякий случай ответила:

 

– Окей.

 

– Прекрасно! – сказала миссис Варшоски. – Мне не зря говорили, что русские девушки очень умные. Садись.

 

Она достала из стола пачку каких-то жёлтых листков, похожих на квитанции, и открыла толстую бухгалтерскую книгу.

 

– Это, Мерайна, называется инвойс, – членораздельно сказала она, показав на квитанцию. – Это счёт за товар, который мы купили на прошлой неделе. Понятно?

 

Марина опять ничего не поняла, но кивнула головой.

 

– Вот здесь, – сказала миссис Варшоски, показав пальцем на угол инвойса, – указана сумма. Ты должна скопировать её в эту книгу. Вот в эту колонку. Вот так.

 

Она записала сумму в колонку и торжествующе посмотрела на Марину. Потом она взяла другой инвойс и тоже записала его сумму в должную колонку, под предыдущей суммой.

 

– Дальше делай это сама, я посмотрю, как у тебя получится, – сказала она, передавая ручку Марине.

 

На этот раз по жестикуляции миссис Варшоски Марина поняла, что от неё хотят. Она быстро переписала в книгу суммы инвойсов, коих было штук десять, положила ручку на стол и выжидающе посмотрела на свою работодательницу.

 

– Фантастика! – сказала миссис Варшоски, задохнувшись от восторга. – Теперь я сама вижу, что русские девушки очень умные. Дальше будет самое трудное. Ты должна сложить все эти числа и записать результат вот сюда.

 

Она подвела черту под колонкой чисел и показала пальцем в то место, куда следовало записать результат.

 

– Триста пятьдесят шесть шестьдесят, – сказала Марина, с трудом выговаривая английские слова.

 

– Что ты имеешь в виду? – спросила миссис Варшоски.

 

– Триста пятьдесят шесть шестьдесят, – повторила Марина.

 

– Я не понимаю, что ты говоришь.

 

Марине стало ясно, что миссис Варшоски плохо разбирает её произношение. Она взяла ручку и написала в колонке под чертой: $356.60. Миссис Варшоски нахмурилась.

 

– Ты меня не поняла, – сухо сказала она, зачеркивая то, что написала Марина. – Тебе надо больше заниматься английским языком. Прежде, чем писать, ты должна сложить все эти числа, а уже потом заносить результат в книгу. Складывать надо с помощью калькулятора. Знаешь, что это такое?

 

Повернувшись в сторону, она закричала:

 

– Линда, принеси мне калькулятор!

 

На зов явилась помощница миссис Варшоски Линда, тоже крашеная блондинка такого же туманного возраста, как миссис Варшоски, только слегка увеличенная в объёме.

 

– Покажи Мерайне, как пользоваться калькулятором, – сказала миссис Варшоски.

 

Калькулятор показался Марине чудом. В то время электронные калькуляторы только появились в Америке. В Советском Союзе о них никто не слышал. Там считали на счётах, от которых в бухгалтериях стоял треск, как на стрельбище. Или на других оглушительных устройствах, увесистых цельнометаллических арифмометрах “Феликс”, получивших среди инженеров ласковую кличку “Железный Феликс”.

 

– Смотри внимательно, как я это делаю, – сказала Линда. – Потом ты будешь это делать сама.

 

Она начала складывать числа, медленно нажимая кнопки калькулятора. После каждого нажатия кнопки она поворачивалась к Марине и спрашивала:

 

– Понятно?

 

Дойдя до конца колонки, она сказала:

 

– Теперь самое важное: итог. Надо нажать вот сюда.

 

Она нажала на кнопку знака равенства, и на экране калькулятора высветился результат: 356.60.

 

Наступило гробовое молчание. Марина вопросительно смотрела на Линду, ожидая дальнейших инструкций. Линда в испуге смотрела на миссис Варшоски. Наконец, миссис Варшоски сказала, слегка побледнев:

 

– Откуда ты узнала?

 

Марина вопроса не поняла, но уловила, что хозяйка чем-то недовольна, и поэтому сказала на всякий случай:

 

– Окей.

 

– Откуда она узнала? – повторила вопрос миссис Варшоски, на этот раз, обращаясь к Линде.

 

За долгие годы работы с миссис Варшоски Линда усвоила, что на вопрос нужно отвечать, независимо от того, понимаешь ли ты вопрос и знаешь ли ответ. Она сказала:

 

– Наверно, она выкрала у меня из стола калькулятор, потом выкрала у вас из стола инвойсы, сложила их, запомнила сумму и всё положила на место.

 

– Зачем?

 

– Откуда я знаю? – чуть не сказала Линда, но во время спохватилась и правильно ответила на поставленный вопрос:

 

– Чтобы получить прибавку. А может, просто случайно угадала.

 

Миссис Варшоски задумалась. Потом она достала из стола два листка розового цвета.

 

– Смотри, Мерайна, – сказала она. – Это возвраты. Это то, что мы вернули нашим поставщикам. Их надо вычесть из общей суммы.

 

Она записала под колонкой суммы возвратов со знаком минус, показала пальцем, куда нужно занести результат, и сказала:

 

– Линда, покажи ей, как делать вычитание.

 

– Триста двадцать один сорок, – сказала Марина.

 

– Ты лучше помалкивай и делай, что тебе говорят – сказала Линда, зная, что Марина её не поймёт.

 

Она медленно продемонстрировала Марине процесс вычитания, нажала на знак равенства, и на экране высветилось: 321.40.

 

Линда и миссис Варшоски в ужасе посмотрели друг на друга. Миссис Варшоски сказала изменившимся голосом:

 

– Окей, Мерайна, можешь идти.

 

Когда они остались вдвоём, миссис Варшоски убрала инвойсы в стол, перевела дух и сказала:

 

– Ну, что будем делать?

 

– Надо позвонить в полицию, – решительно сказала Линда. – Или Бёрни Гринбергу.

 

Бёрни Гринберг был юристом, к которому миссис Варшоски обращалась в случаях крайней необходимости. Они были старыми друзьями, и поэтому Бёрни не брал с неё денег за короткие телефонные звонки. Конечно, если разговор затягивался, тогда Бёрни присылал счёт. Он ценил своё время.

 

Бёрни внимательно выслушал рассказ миссис Варшоски о странной русской девушке, которая не умеет говорить по-английски, но при этом складывает и даже вычитает числа, не пользуясь калькулятором. Он глянул на часы и вынес такой приговор:

 

– Здесь что-то нечисто. То, что ты рассказываешь, невозможно. Она явно знает какой-то фокус. Тебе надо от неё избавиться как можно скорее; при таких способностях, ты никогда не знаешь, что она может устроить. Особенно, если она, не дай Бог, научится говорить по-английски. Не вздумай звонить в полицию, эта русская у тебя работает незаконно. Прибавь ей 25 центов, оформи её на постоянную работу, как полагается, а потом увольняй. На каком основании? На том, что у неё чересчур высокая квалификация. А пока что, не разрешай ей считать в уме. Скажи, что американские профсоюзы этого не допускают. Я тебе пришлю счёт за четверть часа. Привет.

 

Миссис Варшоски последовала совету своего юриста, и неделю спустя Марина в слезах навсегда покинула магазин детских товаров в Беверли Хиллс.

 

Прошло несколько лет.

 

Мы точно не знаем, сколько именно лет, да это и не имеет значения для такого маленького рассказа. Важно то, что годы прошли, у миссис Варшоски выросли дети, и вот уже самый младший из них, Джейк закончил колледж и пригласил свою маму на выпускное торжество.

 

Просторный холл университета кипел радостью, и по нему бесцельно слонялись празднично одетые молодые люди, бывшие студенты, а теперь дипломированные специалисты, со своими счастливыми мамами. Джейк подвёл миссис Варшоски к стройной, элегантно одетой шатенке и сказал:

 

– Мама, познакомься. Это моя учительниц, профессор математики миссис Бродин.

 

– Хелло, миссис Варшоски, – сказала Марина. – Рада вас видеть. У вас очень способный сын.

 

– Мерайна, это ты? – выговорила миссис Варшоски, с трудом приходя в себя от шока. – Когда ты стала профессором математики?

 

– Очень давно, миссис Варшоски. Задолго до того, как мы познакомились, – сказала Марина, демонстрируя безупречное владение английской грамматикой. – Как идёт ваш бизнес?

 

– Ничего. Спасибо. Я его закрыла. Можно тебя кое-что спросить? Джейк, подожди нас за тем столом.

 

Она отвела Марину в сторону.

 

– Мерайна, дело прошлое. – В голосе миссис Варшоски звучала мольба. – Скажи, откуда ты знала результаты сложения и вычитания?

 

– Посчитала.

 

– Как ты могла посчитать без калькулятора?

 

– В уме. У нас в школе, в четвёртом класса были уроки устного счёта. А разве вас в школе не учили считать?

 

– В школе, – задумчиво повторила миссис Варшоски. – В школе у меня был выбор: арифметика или сексуальное образование. Я выбрала сексуальное образование.

 

Она помолчала и добавила с вздохом:

 

– Видишь, Мерайна, каждый делает выбор по своему призванию.

 

– Это правда, – согласилась Марина. – Хорошо, что у меня не было выбора. Не знаю, куда бы меня завело моё призвание.

 

Они расцеловались.

Link to post
Share on other sites

Неа, не соответствует действительности. Всякие придурки, конечно, бывают. Тем не менее, точно знаю, что в классе Даника требуют, чтобы дети считали в уме. И в тчение учебного года несколько раз делала с ним уроки, и летом он приехал ко мне с заданием вyuчить таблицу умножения. Полностью. К началу 2-го класса.

А мы учили, если не ошибаюсь, в 4-ом. Может, все-таки, не всё так печально?

Link to post
Share on other sites

Неа, не соответствует действительности. Всякие придурки, конечно, бывают. Тем не менее, точно знаю, что в классе Даника требуют, чтобы дети считали в уме. И в тчение учебного года несколько раз делала с ним уроки, и летом он приехал ко мне с заданием вyuчить таблицу умножения. Полностью. К началу 2-го класса.

А мы учили, если не ошибаюсь, в 4-ом. Может, все-таки, не всё так печально?

Не счет таблицы умножения в 4-м классе, ты, мать, загнула))))))))) Чем тогда три года на математике занимались?! Нет, уже в первом учили умножение, а в 3-ем были дроби, как сейчас помню. С 5-го класса начиналась уже алгебра.

 

Я смотрю на своих учениц в классе (практически все с аттестатом о ср. образовании) и на кассиров-израильтянок в магазине. 27/3 - она хватается за калькулятор. На каждом уроке будем делить 27/3, каждый раз исключительно на калькуляторе.

Link to post
Share on other sites

Неа, не соответствует действительности. Всякие придурки, конечно, бывают. Тем не менее, точно знаю, что в классе Даника требуют, чтобы дети считали в уме. И в тчение учебного года несколько раз делала с ним уроки, и летом он приехал ко мне с заданием вyuчить таблицу умножения. Полностью. К началу 2-го класса.

А мы учили, если не ошибаюсь, в 4-ом. Может, все-таки, не всё так печально?

Мы, Рай, заканчивали ее учить в 1 классе.
Link to post
Share on other sites

Не счет таблицы умножения в 4-м классе, ты, мать, загнула))))))))) Чем тогда три года на математике занимались?! Нет, уже в первом учили умножение, а в 3-ем были дроби, как сейчас помню. С 5-го класса начиналась уже алгебра.

 

Я смотрю на своих учениц в классе (практически все с аттестатом о ср. образовании) и на кассиров-израильтянок в магазине. 27/3 - она хватается за калькулятор. На каждом уроке будем делить 27/3, каждый раз исключительно на калькуляторе.

Ага. Подтверждаю. Таблицу умножения учили с первого класса, к началу второго все её уже должны были знать на зубок. И израильтяне-таки в уме совершенно считать не умеют.

А когда я только-только приехала в Израиль, и язык знала ну очень плохо, а надо было срочно сказать что-то про кислород. Как кислород на иврите я тогда не знала. Решила выкрутиться через О2. И была очень удивлена, когда меня так и не поняли. На вопрос мой, что это же из элементарной химии, ты что, химию не учил? получила ответ, что в Израиле химию не учат. И о таких понятиях понятия не имеют. Я была в шоке...

Link to post
Share on other sites

Не счет таблицы умножения в 4-м классе, ты, мать, загнула))))))))) Чем тогда три года на математике занимались?! Нет, уже в первом учили умножение, а в 3-ем были дроби, как сейчас помню. С 5-го класса начиналась уже алгебра.

 

Я смотрю на своих учениц в классе (практически все с аттестатом о ср. образовании) и на кассиров-израильтянок в магазине. 27/3 - она хватается за калькулятор. На каждом уроке будем делить 27/3, каждый раз исключительно на калькуляторе.

Да что кассиры...

Из израильтян-бухгалтеров, налоговых советников и аудиторов

(а их я знаю не мало) проценты могут посчитать единицы...и

только на калькуляторе...или сидят по часу - пытаются пропорцию

написать...

 

Правда знаю одного - он умеет их считать в уме)))

Link to post
Share on other sites

Не счет таблицы умножения в 4-м классе, ты, мать, загнула))))))))) Чем тогда три года на математике занимались?! Нет, уже в первом учили умножение, а в 3-ем были дроби, как сейчас помню. С 5-го класса начиналась уже алгебра.

Девичья память... :36_1_32v:

Но всё равно: сегодня дети в Израиле и в Америке учат таблицу умножения и устный счет. Другое дело, что многое зависит от родителей. Если они не потребуют от своих деток, школа со всеми своими требованиями пойдет лесом... Нет сегодня авторитета у школьного учителя, как это было в наше время. И, по-моему, это большая беда для всех: родителей, учеников и самих учителей. Но это другая, и весьма серьёзная тема. Не для этого раздела :4_12_13:)))

Link to post
Share on other sites
  • 3 years later...

И на Марсе будут applони цвести

f847b4d19907f70e949f8fed414.jpg

 

Зазвучала музыка и мужественный голос пропел: «Скажи, тот звёздный стяг реет ещё, над страной храбрецов и свободной землёй?»

Командор открыл глаза, сонно посмотрел на свои эппл-вотч и взял айфон-спик.

– Что там у вас? – спросил он хриплым после сна голосом.

– Командор, сэр? Вы просили разбудить вас, когда мы выйдем к цели, сэр! – раздался в трубке голос старшего навигатора.

– Я вас услышал, майор, – отчеканил командор. – Сейчас буду на мостике.

Постояв десять секунд на мостике, командор выпрямился, сделал ещё пару наклонов, после чего поспешил в центр управления.

Половину эппл-экрана центра управления занимала приближающаяся красная планета.

Это был Марс.

Командор смотрел на планету, гордо вспоминая этапы великого пути.

Он вспоминал, как потряс весь мир Президент, заявив, что скоро американцы будут на Марсе. Как в течение десяти лет инженеры НАСА не покладая рук собирали марсианский шаттл и вместе с ним новейший, уникальный стартовый комплекс, не имеющий аналогов в мире. Как были посланы к чёрту эти русские с их примитивными, дымящими двигателями. И как, наконец, всё было готово к историческому старту.

Этот момент забыть было невозможно.

По команде, пять тысяч натягивающих тросов были разом обрублены, сетка огромного батута резко распрямилась и «Исключительность» стремительно взлетела с мыса Канаверал, унося к Марсу три сотни колонистов-мормонов, десять членов экипажа, запасы провизии, а так же гипсокартон, пенопласт, фанеру и шурупы-саморезы, необходимые для возведения на Марсе добротных и крепких американских коттеджей.

Колонистам сразу включили записи выступлений Генерального секретаря ООН Пан Ги Муна, после чего они немедленно уснули на полгода, а экипаж занялся своими рутинными делами – сурово сидеть в центре управления в очках «рей-бан» и деловито ходить туда-сюда по кораблю, периодически подбадривая друг друга словами: «Твой отец гордился бы тобой».

Больше делать было нечего, так как марсианский шаттл был экологически безупречным – он не имел никаких двигателей и полагался только на точность расчётов операторов батута.

Так и пролетели все шесть месяцев полёта.

………………

Командор стоял и смотрел на экран.

– Ваш отец гордился бы вами, сэр, – уважительно сказал первый пилот.

– Я его почти не помню, – немного помолчав, ответил командор. – Его застрелил патрульный полицейский на пороге нашего дома, когда отец нёс мне игрушечный фиолетовый пистолет в яркой коробке с надписью «ИГРУШЕЧНЫЙ ПИСТОЛЕТ» в подарок на Рождество. Я не виню полицейского – он просто выполнял свой долг.

Постепенно замедляясь, шаттл всё ближе приближался к Марсу, точнее, к Нью-Марсу, как его теперь официально называли в США, чтобы не путать прежний, ничейный Марс с американским.

Командор нажал кнопку на пульте и из челнока выдвинусь четыре посадочных опоры от модного дизайнерского ателье «Илон Марск». Опоры были украшены блестящими солнечными панелями и полированными вставками из ценных пород дерева.

Негр-зажигающий щёлкнул зажигалкой, эппл-горелка в носовой части выдала тягу и корабль начал разворачиваться кормой к планете, готовясь к посадке. В этот момент на пульте загорелся красный ред-сигнал. Что-то стремительно приближалось к шаттлу.

– Справа по борту неопознанный корабль, сэр! – доложил первый пилот.

– Подтверждаю, сэр! – через секунду доложил и второй пилот. – Идёт прямо на нас!

Командор выглянул в правый иллюминатор и увидел корабль Чужих. Большой, собранный из железных листов цилиндр шёл на опасное сближение с шаттлом, поблёскивая заклёпками.

– Может, сообщим на Землю, сэр? – заволновался старший навигатор, протягивая руку к большой кнопке с надписью «Хьюстон, Хьюстон, у нас проблемы».

В эту секунду чужой корабль вышел на аварийную частоту и из динамиков донёсся тревожный голос:

– Космічний корабель "Аполлонюк" терпить лихо! Ми промахнулися мимо Місяця! Нас відносить в космічний простір! Повторюємо – космічний корабель "Аполлонюк" терпить лихо!

– Это на каком языке? – удивился командор.

– Это украинский, сэр. Я месяц работал в составе миссии НАСА на Украине, когда мы вывозили в Штаты оборудование с их завода «Южмаш», – объяснил второй пилот. – Они сообщают, что промахнулись мимо Луны и что их уносит в открытый космос. Просят помощи.

– Но оборудование-то вы всё вывезли? – спросил командор.

– До последнего винтика, сэр! И даже весь металлолом.

– Судя по всему, не весь, – сказал командор, задумчиво глядя в иллюминатор.

Он убедился, что украинский цилиндр проходит в нескольких метрах от шаттла, не задевая его, и облегчённо вытер пот со лба:

– На голосовую связь не выходить, отбейте им морзянкой: Спасибо вам за ваш звонок, он был очень важен для нас тчк. Удачи в неизведанных глубинах космоса, отроки во вселенной вскл.

В динамиках что-то зашуршало, послышалось неразборчивое бормотание, потом тот же голос злобно сказал:

– От падлюки! Нічого, побачимося ще, сепаратюги американські! А ну-ка, хлопці, скакнём! Да пребудет с нами сало! Разом нас бага…

Связь прервалась. Видимо, зарядка украинского мобильного телефона закончилась в самый неподходящий момент, как всегда.

«Аполлонюк» резко дёрнулся, вильнул, и сломал шаттлу посадочную опору, после чего медленно и гордо стал уплывать в направлении туманности Андромеды. С его борта донёсся дружный злорадный хохот, преодолевший даже безмолвный вакуум космического пространства.

– Что они себе позволяют?! – в ярости вскричал командор.

– Вы просто их плохо знаете, сэр, – ответил второй пилот. – Однажды нашей миссии на «Южмаше» привезли машину яблок. Её разгружали трое работников с запада Украины. Десять килограмм яблок они съели, а остальные… вы никогда не поверите, что они сделали с остальными яблоками, сэр.

……………….

Раздался громкий предупредительный сигнал и «Исключительность» сильно затряслась. Шаттл вошёл в атмосферу Марса. С пульта управления свалились семейные фотографии пилотов, опрокинулись бумажные стаканчики с колой, а по металлическому полу с грохотом покатились эппл-палки для селфи и клюшки для мини-гольфа. Из трюма с мормонами-колонистами донеслись звуки гимна «Звёзды и полосы навсегда».

Шаттл всё ускорялся под действием силы притяжения Марса. Обшивка корабля быстро нагревалась, в центре управления стало невыносимо жарко. Командор выдвинул сенсорную панель и нажал на иконку «охлаждение». В рубку тут же вбежал негр-охлаждающий с большим опахалом и принялся охлаждать экипаж. Из трюма с колонистами послышалась песня «Мы американцы, Хвала Господу».

Красноватая, усеянная валунами и скалами поверхность Марса стремительно приближалась.

Командор решительно надавил кнопку «торможение» и негр-тормозящий дёрнул за кольцо парашюта. Над шаттлом с громким хлопком раскрылись звёздно-полосатые купола тормозных парашютов, он дёрнулся и резко замедлил падение. Из трюма колонистов дружно грянула «Баллада о „зелёных беретах“».

До ровной поверхности кратера Кассини, расчётной точки приземления, оставалось десять метров. Командор невольно сжался в кресле и стиснул зубы, не сводя глаз с мелькающих на экране цифр:

Семь метров до контакта, пять метров до контакта, один метр до контакта … минус один метр до контакта, минус пять метров, минус двадцать пять метров, минус двести метров – бесстрастно отсчитывал бортовой компьютер.

Командор вытаращил глаза.

– Ради всех святых, кто-нибудь мне объяснит, что тут, мать, его происходит?! – запопил первый пилот, оборачиваясь к старшему навигатору.

Тот сидел в кресле, безвольно опустив голову на грудь. Он потерял сознание ещё на минус пяти метрах. На минус трёх тысячах метрах шаттл мощно тряхнуло, он замер, сильно накренился в сторону отломанной укронавтами опоры и свалился плашмя.

…………………..

Командор очнулся от того, что кто-то дул ему в лицо. Приоткрыв глаза, он обнаружил, что лежит на палке для селфи, в которой от удара включился вентилятор для раздувания волос. Командор отодвинул от себя чудо последних технологий и с трудом поднялся на ноги. Кругом была тишина, лишь постанывали приходящие в себя астронавты, да доносился из трюма с несгибаемыми мормонами-колонистами гимн «Боже, благослови Америку».

Командор открыл люк, вышел на зелёную травку и посмотрел вверх. Сквозь голограмму мёртвой каменистой поверхности, еле видимой в высоте, мягко светило солнышко, а по небу плыли белогривые лошадки облака. Где-то рядом в траве сидел кузнечик и негромко пиликал на своей скрипке. Метрах в ста, петляя среди лугов, текла речка, а за ней виднелся лес.

Из люка стали вылезать остальные астронавты, потрясённо оглядываясь вокруг.

Немного придя в себя, командор вынул небольшой флаг США, воткнул его в траву и торжественно произнёс:

– Это маленький флажок одного корабля – станет огромным флагом для всех Соединённых Штатов Америки!

Вдруг, откуда-то сбоку, к кораблю подошли мальчик с девочкой в светлых шортах, белых рубашках и с красными галстуками, свободно повязанными на тонких загорелых шеях.

– Здрассьте! – хором поздоровались они.

– Вы из Музея Космонавтики? – вежливо спросил мальчик, с интересом рассматривая шаттл.

Командор издал странный мычащий звук и едва устоял на ногах.

– Вы кто?! – изумлённо спросил он.

– Мы тут отдыхаем с сестрой, – мальчик легко перешёл на английский. – А у этой вашей штуки фотонный двигатель, да?

– Где это «тут»?! – прошептал командор внезапно севшим голосом.

– Ну, в санатории «Зелёный Марс», – терпеливо пояснил мальчик. – Потому что наш папа командир крейсера «Путь Октября» дальней космической зоны, а мама главный бухгалтер космопорта «Королёв-2». Это же ведомственный санаторий Космических сил Советского Социалистического Марса, вы разве не знали? А как вы так удачно приземлились без антиграва?

Командор затравленно оглянулся на свой экипаж, отчётливо рассмотрев все пломбы членов экипажа в их широко разинутых ртах, после чего его ноги подогнулись и он опустился на траву, спугнув кузнечика.

«Зелёненький он был…» – отметил про себя командор.

– И… и давно вы тут? – спросил он, уже твёрдо для себя решив, что сошёл с ума.

– Мы? – удивился мальчик. – В смысле советские люди? С тысяча девятьсот пятьдесят первого года, когда товарищ Сталин решил, что Марс должен быть советским, так как подходит нам по цвету, а что?

Командор схватился за голову.

– По цвету он им подходил, маза фака… – простонал он, потом взял себя в руки. – Кем ты, говоришь, твой папа работает?

– Командиром крейсера, – ответил разговорчивый пионер. – Только крейсер уже не новый, всего триста парсек в час и дезинтеграторы предыдущего поколения. А я, когда вырасту, стану командиром линкора класса «Советский Союз», вот! Мне папа обещал, если я буду хорошо учиться. А ещё папа сказал, что скоро их эскадра полетит на Землю, а то там пиндосы совсем обнаглели. А кто такие пиндосы?

– Понятия не имею! – торопливо воскликнул командор. – Мы сами англоязычные немцы из этой, как её… ГДР. Да, парни? – он обернулся на свой экипаж.

– Я, я! Натюрлих! – очень дружно закивали те головами.

Командор тоскливо посмотрел на шаттл, вздохнул и спросил:

– Мальчик, а вам тут нужны астро…космонавты? А то мы тоже хотим летать к звёздам и отдыхать в этих, как их, санаториях. Можешь у своего папы спросить?

– Спрошу! – радостно улыбнулся пионер.

В разговор влезла молчавшая до этого девочка. Она показала пальцем на американский флаг и капризно заявила:

– А наш папа говорил, что мусорить на газонах – это плохо!

Командор немедленно выдернул флаг и серьёзно ответил:

– Раз папа говорит – так оно и есть.

Из трюма с мормонами-колонистами дружно грянуло:

И Ленин – такой молодой!

И юный Октябрь впереди!

 

Автор неизвестен.

Link to post
Share on other sites

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Loading...
×
×
  • Create New...