Перейти к содержимому
Форум - Замок
Настя

Богиня Хель

Recommended Posts

Хель: Практики 
Ритуал праздника Хелы 
Автор: Рейвен Кальдера (c) 
Перевод: Анна Блейз (с) 
Источник: "Языческий часослов Ордена часов" 
10 июля 

Цвета: черный и белый 
Стихии: Земля и Воздух 
Алтарь: В правой части алтаря на черном покрове расположите четыре черные свечи, череп, кости, глиняный горшок с землей, горсть сухих листьев и камень, взятый с могилы. В левой части алтаря на белом покрове — четыре белые свечи, благовоние, костяную чашу с медом, хрустальный шар и горсть засушенных роз. Занавесьте окна. 
Подношения: кровь. Боль. Тяжкий труд. Любое трудное дело, которое потребует отдать все, что у вас есть, и пойдет на пользу будущим поколениям. 
Пища в течение дня: тушеное мясо и хлеб. 
Призывание Хелы 
Слава Хель, 
Королеве Хельхейма, 
Мудрейшей из духов, 
Хранящей Тайны, 
Хранящей надежды на завтрашний день, 
Стражнице Душ, 
Неумолимой богине застывшего мира. 
Половина лица твоего — 
Лик Красоты. 
Половина лица твоего — 
Смерти Лик. 
Слава кормящей мертвых 
За скудным своим столом, 
Где каждому — равная доля! 
Нет тебе дела 
До богатства и сана, 
До удачи и славы, 
Тебе все равно, все едино — 
Что крестьянин, что князь. 
Так учи нас тому, 
Что пред Смертью мы все равны 
И в чертогах твоих 
Не найдется места гордыне. 
О Госпожа, 
Ты отнимаешь всё, 
Но слово твое нерушимо. 
Так учи нас ценить утрату и смерть 
И поток, без следа уносящий былое, 
Ибо он же — великий источник 
Твоей благодати. 
(Задуйте свечи, поклонитесь перед алтарем и совершите возлияние медом. Розы следует вынести в сад и оставить гнить.) 
Raven Kaldera (c) 
Перевод: Анна Блейз (с) 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Я и Хель.

Рейвен Кальдера

 

(Когда-то мне довелось пройти через шаманское перерождение, ужасное и чудесное. Это первое мое стихотворение, посвященное Хель — богине, которой я принадлежу, и в нем идет речь именно о том периоде… Это, можно сказать, моя «История о том, как я нашел свою Богиню и что Она со мной сделала, когда я Ее нашел».)

 

Смерть сидит в твоем кухонном кресле

за столом, одетая тьмой.

Сквозь одежду не видно,

что там, внутри —

кости? вопли страдающих душ? —

ну и то хорошо. Она

презрительно щелкает пальцами: «Нет.

Я пришла не за телом твоим».

Облегченно вздыхаешь. Расслабься.

Должно быть, это ошибка.

«Я пришла за твоей душой».

Значит, все еще хуже! «Пиши, —

говорит Она властно. — Бери карандаш и бумагу.

Пиши обо всем, что тебя разрывает

на боль и любовь,

обо всем, что двояко,

о том, что ты любишь и в этой любви ненавидишь.

Пиши обо всем,

что тебя возвращает к затверженным старым привычкам».

Ты пишешь,

ты плачешь, как мать сыновей,

преступивших законы, и думаешь:

кто же из них осужден

до конца своих дней? Вот ребенок, любимая,

дело всей жизни, друзья, убежденья.

Куски твоей плоти. Готово.

Кладешь карандаш. «Выбирай, —

говорит Она. — Можешь оставить одно.

Как подарок на память.

Остальное должно уйти».

А, так вот они где —

кости мертвых и вопли страдающих душ:

не в Ней, а в тебе. Может, все-таки, лучше

пускай забирает тело?

Ты готов умереть за всю эту боль и любовь?

Который из пальцев оставить?

Которому сыну души твоей

страшный подарок вручить —

ларец священной вины

перед теми, кто умер,

чтоб он, единственный, жил?

Право, лучше бы вместо Нее

здесь сидел Ее муж: Он бы мог

понукать тебя, хмуриться, топать ногой на тебя

и твердить, и нудить об одном,

день за днем, год за годом,

но Он бы не стал,

вот так,

за ворот тебя — и в ворота,

неважно, готов или нет,

а придется. Он — Голос,

зовущий исполнить, что дóлжно,

Она — непреклонная Сила,

которая просто берет и ведет тебя

выполнить долг. И Она

не согласна терпеть

и не даст колебаться в сомненьях:

«Одно, — говорит Она. — Все остальное

уйдет. И уйдет навсегда,

без возврата. Взаправду.

Никаких “отменить”, никаких “всего лишь игра”».

У тебя три секунды,

делай выбор и сбрасывай груз.

Потому что ворота,

в которые надо пройти, —

не огромный портал:

они узки и тесны,

словно вход в Ее лоно;

с тяжелым мешком на закорках туда не пролезешь,

а после — не сможешь взлететь. «Ты пойми, —

говорит Она тихо, и ты понимаешь:

других объяснений не будет,

во все остальное придется поверить, —

когда-нибудь ты добредешь до неровной дороги,

покрытой камнями и ямами,

это

будет твой истинный путь,

и чтобы на нем не погибнуть,

тебе остается одно:

идти налегке».

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Хель – богиня мертвых 

 

  Хель – богиня мертвых В скандинавской мифологии Хель – богиня, которая правит в Хельхейме, мире мертвых, название этого мира «Helheim» с древнескандинавского буквально переводится как «Земли Хель». Отметим, что Хельхейм иногда сокращенно называют по имени его правительницы. 

 

В эддических текстах говорится о том, что к богине Хель отправлялись те, кто не пал в славной битве и не был избран Одином в Вальгаллу или Фрейей в Фольквангр. К Хель отправлялись люди, умершие от старости или болезни. 

 

Впервые богиня Хель появляется в «Старшей Эдде», собранной из в большинстве своем утерянных раннесредневековых источников, позже о ней пишет Снорри Стурлуссон в «Младшей Эдде» (сборник XIII века). Также Хель упоминается в «Саге об Эгиле» и «Круге Земном», записанных соответственно в IX и X веках. О богине смерти говорится в «Деяниях данов», фундаментальном труде средневекового хрониста Саксона Грамматика (XII век). Также изображения Хель присутствуют на брактеатах эпохи Великого переселения народов. Первые упоминания о Хель, отсылки и аналогии В обеих Эддах, а также в «Круге Земном» говорится о том, что древнескандинавская богиня Хель – дочь Локи, при этом во всех трех текстах встречается оборот «отправиться к Хель» в значении «умереть». Именно поэтому общепринято определение, согласно которому Хель – богиня смерти.

 

 В «Видении Гюльви» (часть «Старшей Эдды») рассказывается о том, что сам Всеотец решил судьбу Хель, даровав ей власть над мрачным царством, расположенным в самом сердце Нифльхейма. Там же говорится, что одна половина тела богини – черно-синего цвета, а другая половина – мертвенно бледная, общий облик Хель характеризуется как «мрачный и жестокий». В «Прозаической Эдде» также упоминается о том, что у богини Хель несчетные мириады подданных и в ее руках сосредоточена великая власть, она играет ключевую роль в эпизоде с воскрешением Бальдра. Сегодня существует множество теорий относительно происхождения образа древнескандинавской богини Хель. 

 

Ряд исследователей, включая М. Белла и Х. Хюльма, проводят параллели между Староанглийским Евангелием от Никодима (XI век) и средневековой скандинавской Повестью о Святом Варфоломее (XIII век). Примечательно, что в повести Хель также является богиней, но не Хельхейма, а христианской Преисподней в ее ортодоксальном представлении. Существуют версии, согласно которым богиня Хель восходит к образу некоего индоевропейского женского божества, вероятно, связного с культом плодородия. Я. Гримм в связи с этим соотносит ее сразу с тремя индуистскими богинями – Бхавани, Кали и Махакали.

 

 Есть и более прозаичные версии, согласно одно из них богиня Хель – лишь поздняя персонификация пугающего Хельхейма. 

 

Этимология и генезис имени Хель

 

 В древнескандинавском языке слово «Hel» употребляется в двух контекстах – как имя собственное для женского фольклорного персонажа и как обозначение одноименной локации, принципиально важной для всей древнескандинавской космогонии. Это слово имеет родственные словоформы во всех языках германской группы, вплоть до староанглийского «Hell», что значит «ад» (как и в современном английском). 

 

В старофризском аналогом древнескандинавской Хель («Hel») является форма «Helle», в старосаксонском – «Hellia», в древневерхненемецком – «Hella» (та самая Хелла из вселенной Марвел), в готском – «Helja». Согласно доминирующей версии, все эти формы пришли из протогерманского, в котором существовало слово «haljō» (или «xaljō»). Переводится это слово как «скрытое место» и в свою очередь восходит к протоиндоевропейскому глаголу «kel», что значит «скрывать» (по К. Уоткинсу «Словарь индоевропейских корней»). Любопытно отметить, что древнескандинавское слово «Hel» этимологически связано с формой «Hall», что значит «зал» (например, «Valhöll» или «Вальхалла», в переводе – «Залы мертвых»). Протогерманская форма «hallō», из которой позже появился «hall», восходит к корню «kol», являющемуся вариацией уже упомянутого «kel». В протогерманском языке существовали понятия «xalja-rūnō» и «xalja-wītjan», которые позже встречаются у Иордана как «haliurunnae». 

 

В. Орел полагает, что оба слова означают «колдунья» и соответствовую древнеанглийскому «helle-rúne» (иногда переводится как «некромант»). Предтечей этих форм Орел считает форму «helli-rūna», переводимую как «магия» и имеющую хорошо отличимый элемент «runa», которым позже стали обозначать собственно руны. У. Леман идет еще дальше, проводя аналогию между готским «haliurunnae» и протогерманским «rinnan», которое может означать «идти» или «бежать». В результате, формы «xalja-rūnō» и «xalja-wītjan», по всей вероятности, можно перевести как «тот, кто путешествует нижний мир». 

 

Подробные упоминания и описания богини Хель

 

 В «Прорицании Вёльвы» из «Старшей Эдды» нижний мир именуется «Залами Хель», а в «Речах Гримнира» упоминается, что Хель живет под одним из трех корней древа Иггдрасиль. В «Речах Фафнира» Сигурд, стоя над умирающим драконом, говорит фразу «Хель возьмет тебя». В «Гренландских речах Атли» фразы «на пол пути к Хель» и «тебя возьмет Хель» упоминаются в значении «смерть». В саге «Сны Бальдра» говорится, что Один за своим мертвым сыном едет «в высокие залы Хель». Таким образом, справедливо утверждение о том, что для позднесредневековых скандинавов Хель действительно была богиней смерти, либо ее персонификацией (что, по сути, не имеет концептуальной разницы). 

 

В саге «Речи Хамдира» богиня Хель именуется «женщиной-троллем», но ни в одном другом источнике подобных определений нет. О происхождении и судьбе богини Хель мы узнаем из «Младшей Эдды», в частности – в «Видении Гюльви» Высокий (Один) рассказывает о том, как у Локи родилось трое детей – Фенрир, Йормунганд и Хель, и воспитывались они в Йотунхейме. Всех детей коварного бога ждала незавидная судьба, что же касается Хель, то ее Один «бросил» в Нифльхейм и «дал ей власть на девятью мирами, ибо она управляет судьбами тех, кто отправился к ней из-за болезни или старости». 

 

 Там же Высокий дает внешнее описание Хель и говорит, что она очень жестока. Он рассказывает о просторных залах с высокими стенами и могучими воротами в огромном царстве богини смерти. Высокий упоминает волшебные нож и блюдо, которые зовутся «Голод», а также слугу и служанку Хель, которых зовут Ганглати и Ганглет (оба имени означают «медленно передвигающийся»). Чертог богини Хель Один называет Эльёднир («Éljúðnir» на древнескандинавском), это слово можно перевести как «место, где идет дождь». Порог Эльёднира называется Фалландфорд («Fallandaforad»), что в переводе означает «подвергаться опасности» и, очевидно, указывает на наличие некоей ловушки. Ложе, на котором спит богиня Хель, называется Кор («Kor»), что с древнескандинавского традиционно переводят как «кровать болезни». Занавески в чертогах богини смерти Хель зовутся Бликъяндабьёл («Blikjandabōl»), что дословно значит «сверкающее бедствие» (по Д. Бьёку). 

 

Затем следует легенда о Бальдре, в которой богиня Хель гостеприимно встречает Хермода Храброго, но не соглашается просто так вернуть любимого сына Одина в мир живых. Далее говорится, что во время Рагнарека «все люди Хель» придут вслед за Локи на поле Вигрид. Также в «Младшей Эдде» упоминается несколько кеннигов с использованием имени богини Хель. Например, «спутником Хель» называется Бальдр, а «отцом Хель» – Локи. 

 

В поэме «Рагнардрапа» использован кениннг самой Хель – «сестра чудовищного волка». В «Саге об Инглингах» из «Круга Земного» богиня Хель упоминается в связи со смертью шведского конунга Диггви, который умер от болезни. В поэме «Перечень Инглингов» (не путать с сагой) при упоминании короля Норвегии Хальвдана Хвитбейнна, богиня Хель называется «хранительницей могил». В «Саге о Харальде Сигурдсоне» фраза «то, что дала Хель» используется как кеннинг смерти. Также богиня Хель, как персонификация смерти, упоминается в последней строфе «Саги об Эгиле». 

 

В «Деяниях данов» Саксон Грамматик пишет, что за три дня до гибели Бальдру явилась Прозерпина, но в ряде переводов вместо имени древнеримской богини используется оборот «богиня смерти». Некоторые исследователи, включая Э. Дэвидсон и Я. Гримма, полагают, что в данном случае Грамматик ассоциирует Прозерпину с древнескандинавской богиней Хель. 

 

Археологические артефакты с изображением богини Хель 

 

В работе А. Пеща «Frauen und Brakteaten – eine Skizze» говорится о брактеатах эпохи Великого переселения народов, в частности – об артефактах IK14 и IK124, на которых изображен всадник, движущийся под уклоном вниз, что условно указывает в направлении подземного (нижнего) мира. Под всадником располагается женская фигура с посохом и скипетром, которая, вероятно, является владычицей подземного мира, богиней Хель. На некоторых брактеатах типа Б, самым известным из которых является артефакт с условным названием «Braceate Fakse», Р. Симек в работе «Словарь северной мифологии» определяет три фигуры – Бальдра, Одина и либо Хель, либо Локи. Но так как третья фигура воздевает руки в приветственном жесте в направлении Бальдра, предполагается, что это все-таки Хель. 

 

Анализ средневековых источников и мнения скандинавоведов

 

 В уже упомянутом Староанглийском Евангелии от Никодима, которое сохранилось в двух списках XI века, некий персонаж женского пола вступает в спор с Сатаной, приказывая ему покинуть свое жилище. М. Белл в работе «Hel Our Queen: An Old Norse Analogue to an Old English Female Hell» говорит о том, что в тексте Евангелия однозначно упоминается древнескандинавская богиня Хель, которую исследователь соотносит с более поздним фольклорным образом Фрау Хильды, богини сельского хозяйства и женских ремесел. По тексту древнескандинавской повести о житии Святого Варфоломея (список XIII века) христианский Дьявол скрывается в одном из «языческих кумиров», с которым Варфоломей имеет некую духовную связь. Пытаясь обмануть Варфоломея, Дьявол обращается к Иисусу, называя его «тот, кто воевал против нашей королевы Хель». В дальнейшем оборот «королева Хель» больше не упоминается. 

 

М. Белл в своей работе пишет о том, что вполне вероятно для средневековых христиан Северной Европы подземным миром (Преисподней) правил вовсе не Дьявол-Сатана, а богиня смерти Хель, образ которой не спешил покидать народное сознание. И. Гримм на основании северогерманских легенд делает вывод о том, что Хель, в средневековье воплощавшая в себе страх, смерть и жестокость, изначально являла собой некое женское божество, общее для всех индоевропейских культур. По мнению исследователя, богиня Хель была не столь жестока и страшна, вероятно, она выполняла функции посмертного судьи, выступала богиней плодородия и, возможно, справедливости. В этом контексте Гримм соотносит богиню Хель с германской Нертус и индуистской Кали. Также И. Гримм полагает, что трехногая лошадь Хельхест из датского фольклора изначально являлась скакуном Хель, на котором богиня смерти путешествовала по кладбищам и поднимала мертвецов. 

 

Вероятно, Хель могла почитаться, как хранительница кладбищ (аналогия с «хранительницей могил» из «Перечня Инглингов»), при этом Гримм отмечает, что исконно в северной мифологии полубогини в иерархии сверхчеловеческих существ стояли выше полубогов. Хель он называет именно полубогиней, а не богиней в полном смысле этого слова (возможно, имеется ввиду класс низших божеств). Х. Дэвидсон высказывает иное мнение. В ее книге «Roles of the Northern Goddess» говорится о том, что для скандинавов Хель была тем же, чем Смерть как персонификация соответствующего явления была для англичан. Исследовательница полагает, что речь идет о поэтизированном образе смерти, который, однако, вполне вероятно может иметь под собой конкретного мифологического персонажа, существовавшего изначально, а не появившегося впоследствии. 

 

Х. Дэвидсон на основе изученных источников составляет такой образ богини Хель: ужасная обликом, всегда обнаженная, с губами, обмазанными кровью, с лоскутами человеческой плоти на теле и с головами мертвых в руках. Далее Дэвидсон говорит о том, что пришедшие к Хель считают ее своей матерью и бесконечно ей преданы. Д. Линдлоу утверждает, что образ богини Хель не может быть четко прослежен вне сочинений Снорри Стурлусона, на что Х. Дэвидсон возражает очевидной аналогией между древнескандинавской Хель, а также ирландскими Дабд, Махой и Морриган. 

 

Исследовательница видит в этом прямое указание на реальную возможность существования древнего образа богини смерти. Р. Симек дополняет это заключение упомянутыми изображениями на брактеатах IV-VII веков. Богиню Хель также связывают с другими женскими персонажами древнескандинавской мифологии – богиней штормового моря Ран, которая забирает себе погибших моряков, и богиней Гивьюн, к которой попадают девушки, умершие девственницами. Образ богини Хель в современной культуре Сегодня образ древнескандинавской богини Хель нашел широкий отклик в массовой культуре. К примеру, Хель под своим древневерхненемецким именем Хелла появляется в одноименной серии комиксов Марвел, а также в экранизации комиксов о Торе.

 

 Существует несколько музыкальных групп под названием «Hel», две из Германии, одна из Швеции и одна из Нидерландов. Также в честь богини Хель был назван один из астероидов в поясе между Марсом и Юпитером. Образ богини Хель в том или ином виде присутствует во многих компьютерных играх, включая World of Warcraft, Hellblade: Senua’s Sacrifice, Smite, EVE Online, Tomb Raider: Underworld. Любопытно отметить, что в польской провинции Померания есть портовый город Хель, на гербе которого изображен ключ. Герб города может являться отсылкой к той самой первичной словоформе из протоиндоевропейского языка со значением «скрывать». Также упомянем о том, что постановлением Комитета личных имен Исландии с января 2017 года в этой стране детям запрещено давать имя Хель. 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

 

У Хель, или Хелы, Богини Смерти, совершенно особая аура, отличающая ее от большинства других божеств. Она не светится, не сияет, а, напротив, втягивает в себя весь окружающий свет, словно черная дыра. Если поставить рядом с ней растение в горшке, оно завянет; похоже, она питается их энергией, если они соглашаются принести себя в жертву. Если вы захотите поднести ей такой дар, выберите растение, которое готово добровольно на это пойти, — а пожертвовать собой ради нее, как ни странно, соглашаются многие. Из напитков Хеле лучше подать чай (обычный или травяной) или черный кофе. От спиртного она тоже не откажется, но, похоже, ей больше по вкусу разнообразные отвары. Пища ее обычно не интересует. Хела любит засушенные цветы, особенно розы.

 

В качестве облачения для Госпожи Смерти подойдут простое длинное платье — черное или серое — и черный плащ; желательно также покрыть голову прозрачным черным покрывалом. Некоторые лошадки раскрашивают для нее половину лица под череп. Ей будет приятно, если надеть кольца на каждый сустав каждого пальца левой руки, чтобы вся кисть на ощупь стала твердой, как костяная. Иногда Хела протягивает левую руку людям для поцелуя. Правую руку она никогда не подает живым — только тем, кто уже умер или вот-вот умрет.

 

Лошадка для Хелы может быть и женского, и третьего пола, а иногда даже и мужского, но представители последних двух категорий должны предварительно сменить астральный пол на женский. В прислужниках Хела не нуждается: она совершенно самодостаточна. Но если вы все же решите приставить к ней слуг, то к концу церемонии она, скорее всего, успеет довести их до слез, так что предупредите их заранее, что придется нелегко. Хела ходит медленно, немного прихрамывая, держится очень тихо и невероятно скупа на движения. При разговоре она может немного жестикулировать, но в остальное время сидит (предпочтительно) или стоит неподвижно, как статуя. По-видимому, ей приятно восседать на троне: в свое время ей особенно понравилось мое черное плетеное кресло с огромной круглой спинкой, вроде того, на котором сидела Мортиция Аддамс. Голос у Хелы хриплый — «пропитой и прокуренный», как метко охарактеризовал его кто-то из духовидцев; говорит она немного, но всегда очень прямолинейно и по существу. Если она схватит человека за руку, чтобы сказать ему что-то важное, на руке может остаться ожог.

 

Одна из причин, по которым Хела часто приходит на зов, — помощь в ритуальных испытаниях. Она умеет работать с современным медицинским оборудованием (хирургическими нитками, спиртовыми тампонами, иглами, скальпелями) и лучше многих других божеств Северной традиции понимает принцип стерильности. Если ей предстоит выполнить какую-то работу, подготовьте заранее все необходимые инструменты и материалы. Свои пожелания на этот счет она сформулирует сама, причем совершенно четко и ясно, и в случае чего не постесняется разбудить вас в три часа ночи, чтобы продиктовать список. Все оборудование нужно разложить аккуратно, чтобы ей не приходилось рыться в вещах, сваленных в общую кучу. Внезапно заняться с кем-нибудь сексом она не захочет: сексуальные контакты ее интересуют лишь в связи с испытаниями (а это значит, что она будет причинять партнеру боль), и в подобных случаях она всегда оговаривает свои намерения заранее. Сюрпризов Хела не любит и никогда не откалывает неожиданных номеров.

 

Рейвен Кальдера

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите в него для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!

Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.

Войти сейчас

×