Jump to content
Форум - Замок

Гибель линкора "Новороссийск"


 Share

Recommended Posts

Опубликованное фото

Гибель линейного корабля "Новороссийск" даже спустя почти полвека остается, пожалуй, самой трагической страницей в летописи отечественного флота. Тогда, 29 октября 1955 года, более 600 военных моряков погибло, а около 200 было ранено и покалечено. Только в 90-х годах их имена появились на двух ранее безымянных братских могилах.

 

А засекреченному наградному списку был дан ход лишь в 1999 году - согласно указу президента России. 716 моряков были награждены орденом Мужества, причем более 600 - посмертно. Но и этот документ, вышедший почему-то под грифом "Для служебного пользования", не поставил точку в трагической истории линкора...

 

Вечером 28 октября 1955 года "Новороссийск" вернулся с моря и занял место у бочек N 3, в полумиле от Графской пристани, где обычно проходили все праздничные мероприятия. Но швартовка прошла нештатно: корабль, управляемый не очень опытным старпомом, проскочил носовую "бочку" на добрую половину корпуса. Выравнивание отложили до утра (впоследствии это обстоятельство сыграет весьма важную роль). Тогда никто даже допустить не мог, что с линкором, ошвартованным в глубине прекрасно защищенной Севастопольской бухты, может хоть что-то произойти. После швартовки на "Новороссийске" началась обычная жизнь по корабельному расписанию. Было разрешено увольнение на берег. Вместе с большинством офицеров на берег сошел и исполняющий обязанности командира старпом - капитан 2-го ранга Хуршудов. Среди оставшихся на борту офицеров преобладали лейтенанты и старлеи.

 

В 1 час 30 минут, едва вахтенный на юте пробил положенные три склянки, в носовой части "Новороссийска" прогремел оглушительной силы взрыв. Как потом выяснилось, он был такой мощности, что пробил насквозь многопалубный бронированный корпус линкора. В громадную (150 квадратных метров) пробоину хлынули потоки забортной воды, перемешанные с мазутом и кровью. Разрушения пришлись на самую заселенную часть корабля - сразу же погибли 150-175 человек. Но если бы взрыв задел один из артпогребов, на воздух взлетели бы еще и пять крейсеров, стоявших рядом.

 

Начались борьба за живучесть и подготовка к буксировке линкора на отмель. Драма развивалась на виду у всего Севастополя, отмечавшего столетие первой обороны 1854-1855 годов (вручать орден Красного Знамени Севастополю прибыли председатель Президиума Верховного Совета СССР Климент Ворошилов и отдыхавший под Ялтой Никита Хрущев) и готовившегося к 7 Ноября. Прибывший на гибнущий корабль командующий Черноморским флотом вице-адмирал Виктор Пархоменко приостановил начатую буксировку. И это было роковое решение. Адмирал то и дело требовал докладов о состоянии корабля, а линкор тем временем уходил под воду. Запоздалое приказание Пархоменко о возобновлении буксировки оказалось бессмысленным: носовая часть корабля уже осела на грунт. Не сразу удалось уговорить адмирала и на эвакуацию не занятых в спасательных работах моряков - к этому моменту их на юте скопилось до тысячи человек.

 

Когда решение об эвакуации наконец приняли, крен корабля начал стремительно нарастать. Плотные шеренги моряков, построившихся на юте в ожидании баркасов, стали скатываться за борт - в темноту. На них, калеча и убивая, полетели сорвавшиеся со своих штатных мест зенитные установки и механизмы. В 4 часа 14 минут линкор лег на левый борт и через мгновение опрокинулся вверх килем. В этот момент из-под стальной махины вырвался тысячеголосый крик ужаса.

 

Во внутренних помещениях перевернутого линкора остались люди, которых можно было бы еще спасти: отчаянный стук из недр огромного корпуса нарастал, сливаясь в сплошную дробь. Но и этот шанс не был использован.

 

Взрыв корабельного боезапаса - такова была первая версия. Но она отпала, когда водолазы обследовали корпус: характер разрушений указывал на то, что взрыв был все-таки наружным. По официальной версии, выдвинутой правительственной комиссией, линкор подорвался на донной магнитной мине (или связке мин - взрыв был очень сильным). Установлено, что мины такого типа были выставлены немцами в 1944 году при уходе из Севастополя в его бухтах.

 

Но к 1955 году источники электропитания вытраленных донных мин оказывались разряженными, а взрыватели почти у всех - неработоспособными. Поэтому в выводах комиссии не исключалась и возможность диверсии. Дело в том, что линейный корабль "Новороссийск" - это бывший итальянский линкор "Джулио Чезаре" ("Юлий Цезарь"), доставшийся после окончания Второй мировой войны советскому ВМФ вместе другими трофейными кораблями в счет репарации. Накануне его передачи СССР на Апеннинах открыто звучали призывы не допустить того, чтобы гордость итальянского флота оказалась под советским флагом, вплоть до его потопления.

 

Соответствующие силы и средства в послевоенной Италии для этого имелись. Во время войны на Черном и Средиземном морях с большим успехом действовали итальянские подводные диверсанты из знаменитой "Децима МАС" - 10-й флотилии штурмовых средств, которой командовал "черный князь" Валерио Боргезе. В полуподпольном виде этот отряд продолжал существовать и после капитуляции Италии. В любом случае все говорит о том, что диверсию осуществили те, кто был хорошо знаком с акваторией бухты (во время войны 10-я флотилия МАС базировалась в портах Крыма) и устройством линкора: диверсанты выбрали одно из самых уязвимых мест днища, не прикрытое противоминной защитой, - возле носовых артиллерийских погребов главного калибра. Минимальную неточность можно объяснить тем, что накануне при возвращении на базу корабль, как уже упоминалось, неудачно встал на бочки и его корпус оказался сдвинутым на несколько десятков метров назад. Если бы диверсанты, ориентировавшиеся по бочкам, установили заряд точно под артпогребом, не спасся бы никто.

 

Кроме того, как свидетельствуют рассекреченные разведывательные сводки штаба Черноморского флота, по весьма странному совпадению именно в самом конце октября в акватории Черного моря находилось несколько итальянских торговых судов, которые к 29 октября дружно покинули его пределы, а князь Боргезе вскоре после подрыва "Новороссийска" срочно переселился в Испанию под опеку генерала Франко. В то же время зарубежная пресса сообщала, что за выполнение некоего специального задания высшими военными наградами была отмечена анонимная группа итальянских военнослужащих.

 

Все сходится к тому, что итальянцы участвовали в диверсии. Но не только. Не исключен, например, и английский след: после выхода Италии из войны англичане долгое время удерживали "Джулио Чезаре" на Мальте и проводили на нем тренировки совместно с итальянцами.

 

Как удалось установить из архивных документов, советское военно-политическое руководство планировало подготовить 320-миллиметровый главный калибр "Новороссийска" для стрельбы снарядами в ядерном снаряжении. Якобы накануне ноябрьских праздников линкор после долгих неудач с оценкой "отлично" отстрелялся экспериментальными спецснарядами (без ядерного заряда) по учебным мишеням. Такой поворот событий по многим причинам не устраивал ни англичан, ни их союзников.

 

Существуют и другие подтверждения именно "диверсионной" версии, которую советские власти старались не комментировать. Сразу же после катастрофы в Севастопольской бухте попал под следствие начальник шумопеленгаторной станции, контролировавшей вход в гавань, снят с должности и понижен в воинском звании командир соединения кораблей, отвечавший за охрану рейдов главной базы.

 

Только в мае 1957 года "Новороссийск" был поднят со дна Севастопольской (Северной) бухты и в перевернутом виде отбуксирован в бухту Казачью. Здесь его разоружили и разделали "на иголки". Как поступили с останками моряков, остававшимися внутри корабля, до сих пор неизвестно. И это еще одна загадка.

 

Впрочем, ни в середине 50-х, ни позже ни у кого не было сомнений, что и "новороссийцы", и те, кто пришел к ним на помощь, до конца выполнили свой долг. В докладе правительственной комиссии особо подчеркивалось: "Учитывая, что при катастрофе линкора "Новороссийск" и в борьбе за его спасение многие матросы, старшины и офицеры показали образцы мужества и героизма, комиссия считает необходимым наградить некоторых из них, в том числе и посмертно". На основании доклада правительственной комиссии командованием Черноморского флота в ноябре 1955 года исполняющему обязанности главкома ВМФ СССР Сергею Горшкову были отправлены представления о награждении орденами и медалями всех погибших вместе с линкором моряков. К наградам были представлены также 117 человек из числа уцелевших линкоровцев и моряков с других кораблей, пришедших на помощь подорванному "Новороссийску", а также водолазы и врачи, отличившиеся в ходе спасательных работ. В Севастополь, в штаб флота, быстро доставили необходимое количество наград. Но награждения так и не произошло.

 

Лишь через сорок лет выяснилось, что на представлении рукой начальника управления кадров ВМФ той поры была сделана пометка: "Адмирал т. Горшков не считает возможным выходить с таким предложением".

 

Только в 1996 году после неоднократных обращений ветеранов корабля правительство РФ все-таки дало соответствующие поручения Министерству обороны, ФСБ, Генпрокуратуре, Российскому государственному морскому историко-культурному центру и другим ведомствам, а Главная военная прокуратура наконец-то занялась проверкой материалов расследования, проводившегося в 1955 году. Увидели белый свет и засекреченные наградные листы на "новороссийцев", которые все это время хранились за стальными дверями Центрального военно-морского архива. Тогда и выяснилось, что 6 моряков посмертно были представлены к высшей награде СССР - ордену Ленина, 64 (53 посмертно) - к ордену Красного Знамени, 10 (9 посмертно) - к орденам Отечественной войны 1-й и 2-й степени, 191 (143 посмертно) - к ордену Красной Звезды, 448 моряков (391 посмертно) - к медалям "За отвагу", "За боевые заслуги", Ушакова и Нахимова.

 

Поскольку к тому времени не было ни государства, под военно-морским флагом которого погиб "Новороссийск", ни советских орденов, все "новороссийцы" были награждены орденами Мужества. Но пока что удалось вручить или передать семьям погибших от силы полторы сотни наград: похоже, что об указе "для служебного пользования" до сих пор знают далеко не все. Причем не только в странах СНГ, но и в России. Кроме того, как установил автор этих строк, имена еще девятнадцати погибших в далеком 1955 году военных моряков по оплошности вообще не попали и в последний наградной список. Но список обойденных намного длиннее - 55 человек.

 

С легкой руки писателя-мариниста Николая Черкашина не так давно появился на свет еще один вариант диверсионной версии гибели линкора. Суть его заключается в том, что "Новороссийск" был подорван с помощью двух зарядов. Якобы один заряд итальянцы тайно заложили в трюм линкора еще перед передачей его СССР, чтобы подорвать его во время перехода из Средиземного моря в Черное. Но тогда по ряду причин сделать это им не удалось. И только в 1955 году они смогли пробраться в Севастопольскую бухту и подложить под днище линкора специальное подрывное устройство - отсюда и сдвоенный звук того рокового взрыва, и огромные разрушения.

 

Эта версия, за исключением ряда деталей, выглядит не только романтично, но и неправдоподобно. Кстати, еще в 1992 году, будучи главкомом ВМС Италии, адмирал Гуидо Вентурони так ответил на вопрос о причастности Италии к гибели "Новороссийска": "С журналистской точки зрения это было бы интересно, если бы это было правдой. Но с высоты своего положения я должен сказать, что это неправда. Этого не могло быть, и данный несчастный случай произошел не по вине итальянских пловцов... Но я не исключаю, что это дело наших спецслужб".

 

Надо заметить, весьма неоднозначный ответ. И скорее всего окончательно все встанет на свои места, когда будут рассекречены зарубежные архивы.

 

О.П.Бар-Бирюков

"Герои для служебного пользования"

Link to comment
Share on other sites

История:

 

«Новороссийск» — советский военный корабль, линкор Черноморского флота ВМФ СССР. До 1948 года корабль входил в состав итальянского ВМФ под названием «Джулио Чезаре» (Giulio Cesare, в честь Гая Юлия Цезаря).

 

Дредноут «Giulio Cesare» — один из пяти кораблей типа «Конте ди Кавур» (Giulio Cesare, Leonardo da Vinci, Conte di Cavour, Caio Duilio, Andrea Doria), построенных по проекту инженер-генерала Эдоардо Масдеа и спущенных на воду в 1910—1917 гг. Giulio Cesare был вторым в серии, его строила фирма «Ансальдо» (Генуя). Корабль был заложен 24 июня 1910 года, спущен на воду 15 октября 1911 года и вошёл в строй 14 мая 1914 года. Получил девиз «Чтобы выдержать любой удар».

 

27 июня 1909 года Италия приняла Морской закон, предусматривавший постройку 4 дредноутов, 3 крейсеров-разведчиков, 12 подводных лодок, 12 эсминцев и 34 миноносцев. Закон одобрили 2 декабря и тогда же санкционировали постройку трёх линкоров по проекту 1908 года — будущих «Джулио Чезаре», «Леонардо да Винчи» и «Конте ди Кавур» («Данте Алигьери» уже строился). Средства на строительство начали выделять со следующего финансового года. Заказ на постройку двух из них получили частные верфи «Ансальдо» и «Одеро» из Генуи, а третий заложили на казённой верфи в Специи. Головным стал «Чезаре», который первым и вступил в строй.

 

Новизна проекта, его постоянные улучшения, трудности с производством броневых плит, механизмов, орудий главного калибра и башен для них сильно затянули строительство кораблей, сделали его зависимым от помощи иностранных (в основном английских) фирм, а с контрагентами частные верфи всегда работали быстрее государственных. Поэтому «Кавур», спущенный на воду раньше других, вошёл в строй на год позже, отстав именно из-за задержек в поставках.

 

В процессе постройки «Джулио Чезаре» был перегружен на 2000 тонн, что увеличило его осадку на 0,9 м. Это привело к уменьшению полной скорости хода по сравнению с проектной на 1 узел; кроме того, из 2,5 м высоты главного броневого пояса над ватерлинией осталось лишь 0,75 м.

 

Итальянские кораблестроители переоценили свои возможности — их первые серийные дредноуты строились целых пять лет. Спроектированные как чуть ли не самые мощные в мире по вооружению, они вступили в строй, уже безнадёжно уступая новым кораблям этого класса с 343—381-мм артиллерией. Времени на существенное изменение проекта 1908 года уже не было, поэтому заложенные в 1912 году «Андреа Дориа»(«Andrea Doria») и «Кайо Дуилио» («Caio Duilio») отличались от предшественников только расположением средней башни — на палубу ниже (для лучшей остойчивости) и увеличенным до 152 мм калибром средней артиллерии с более мощной защитой. 152-мм орудия разнесли из центрального каземата к оконечностям, что увеличило их эффективность при отражении торпедных атак.

 

Строительство «Чезаре» закончили в конце ноября 1913 года, и до официального ввода в строй он проходил различные испытания, входя вместе с «Леонардо да Винчи» в состав Боевой эскадры вице-адмирала Амеро д’Асте Стелла, который держал флаг на «Данте Алигьери».

 

Италия не сразу вступила в войну, долго высчитывая, чью сторону ей выгоднее принять. Хотя накануне боевых действий она входила в состав Тройственного союза вместе с Германией и Австро-Венгрией, дипломатам Антанты удалось добиться её нейтралитета. Выступление Италии на стороне Германии сделало бы положение союзников на Средиземном море угрожающим: срывалась переброска войск из Африки и британских доминионов во Францию, ставился под удар весь правый фланг на Западном фронте. В конце концов, обещания удовлетворить все притязания Италии на Адриатике за счёт Австро-Венгрии подтолкнули её выступить на стороне Антанты.

 

На момент объявления войны 24 мая 1915 года все дредноуты типа «Чезаре» находились в главной базе Таранто, входя в состав 1-й дивизии линейных кораблей контр-адмирала Корси (флаг на «Данте»), причем новейший «Кавур» (командир — капитан 1 ранга Э. Солари) стал флагманом главнокомандующего вице-адмирала Луиджи ди Савойя принца Абруцкого. Командиром «Чезаре» был уже капитан 1 ранга Лобетти, а «Леонардо» — капитан 1 ранга С. Писенарди. За день до этого на борту «Кавура» состоялась встреча командующего английским Средиземноморским флотом адмирала Д. Гэмбла с начальником итальянского главного морского штаба вице-адмиралом Паоло ди Ревел и главнокомандующим герцогом Абруцким, на которой обсуждались вопросы взаимодействия флотов. 27 мая в Таранто состоялась встреча всех командующих флотами — Гэмбла, Абруцкого и Лаперейра (Франция), а также командующего эскадрой британских линкоров контр-адмирала Тернсби.

 

Итальянский флот представлял собой внушительную силу, но ему недоставало современных лёгких кораблей, способных противодействовать прекрасным австрийским крейсерам типа «Сайда» и эсминцам типа «Татра». Кроме того, англичане придерживались мнения, что «итальянцы гораздо лучше строят корабли, чем умеют на них воевать». Поэтому они решили направить в итальянские воды свои соединения кораблей.

 

В августе 1914 года, с началом войны, был приписан к 1-й Боевой дивизии контр-адмирала К. Корси, поступив под командование капитана 1-го ранга Марцоло. На момент вступления Италии в войну (24 мая 1915 года) находился в главной ВМБ Таранто, уже под командованием капитана 1-го ранга Лобетти. Линкоры в Таранто находились в трехчасовой готовности, проводя в заливе эволюции и стрельбы. Их главной задачей был бой с дредноутами противника. Ни в каком другом случае рисковать ими не разрешалось.

13 марта 1916 года, прикрывая операцию по захвату ВМБ Курцола на полуострове Саббионцела, в составе дивизии перешёл в Валону, а затем снова вернулся в Таранто.

В декабре 1916 года в составе дивизии стоял на рейде острова Корфу. Однако угроза подводных атак вынудила командование отвести линкоры в гавани.

В марте 1917 года вместе с остальными линкорами находился в районе южной Адриатики и Ионического моря, обеспечивая операции на островах Ионического архипелага.

 

Конец войны линкор встретил в Таранто. За всё время боевых действий он провёл 31 час на боевых заданиях и 387 часов на учениях, ни разу не встретившись с противником.

В 1920 году девиз корабля сменили на «Цезарь здесь!»

 

К 1922 году линкор прошёл первую модернизацию: была изменена форма фок-мачты. Тогда же линкор лишился носового украшения — огромного орла, державшего в лапах ленту с девизом Цезаря: «Пришёл. Увидел. Победил».

 

В августе 1923 года линкор принял участие в операции на острове Корфу.

В 1925 году претерпел более значительную модернизацию: замена системы управления артиллериским огнём, установка катапульты для запуска гидросамолета типа «Макки» М18. Для подъёма самолёта с поверхности воды и установки его на катапульту на верхней палубе появился кран.

В 1928 году стал учебным артиллерийским кораблём.

В 1933—1937 годах претерпел коренную модернизацию по проекту инженер-генерала Франческо Ротунди. Проект предусматривал рассверловку стволов 305-мм орудий до 320 мм, замену станков для повышения дальности стрельбы, усиление бронирования и противоторпедной защиты, замену котлов и механизмов, удлинение корпуса с изменением обводов. «Чезаре» проходил модернизацию на верфи Кантиери дель Тиррено в Генуе с 25 октября 1933 года по 1 октября 1937 года.

 

6 июля 1940, после вступления Италии во Вторую мировую войну линкор вышел в стратегическом прикрытии конвоя из Неаполя в Бенгази (флаг контр-адмирала И. Кампиони, командир — капитан 1 ранга П. Вароли). 9 июля, на обратном пути из Бенгази в Таранто, эскадра встретилась у мыса Пунта Стило с английским Средиземноморским флотом. В 16:00 381-мм снаряд с английского линкора «Warspite» попал в середину корпуса «Чезаре» и вызвал пожар. Дым вентиляторами засосало в котельные отделения, и четыре котла вышли из строя, вызвав падение скорости с 26 до 18 узлов. Под прикрытием дымовой завесы и эсминцев флагману в 16:45 удалось оторваться от противника. В Таранто он стал на ремонт: были разрушены лёгкие орудия, часть надстроек, требовали починки четыре котла. 115 членов экипажа были убиты или ранены.

 

После ремонта, 30 августа в составе мощного соединения вышел в море на перехват очередного английского конвоя в Александрию. Однако британская авиаразведка сумела обнаружить противника и конвой отвернул на юг. Сильный шторм и нехватка топлива у эсминцев заставили итальянцев вернуться в Таранто.

 

В ночь с 11 на 12 ноября 1940 года около 20 самолётов с британского авианосца «Illustrious» атаковали итальянские линейные корабли в гавани ВМБ Таранто. Уцелевший «Чезаре» ушёл в Неаполь, а потом в Сицилию.

 

27 ноября в составе эскадры под командованием вице-адмирала Кампиони вышел к Сицилийскому каналу для перехвата очередного английского конвоя на Мальту. В результате боя с объединёнными силами англичан под командованием адмирала Сомервилла обе стороны получили незначительные повреждения. Когда в небе появились самолёты с авианосца «Ark Royal», Кампиони дал приказ на отход.

 

В декабре 1940 года итальянский флот был реорганизован. «Чезаре» вошёл в 5-ю Боевую дивизию.

 

Ночью 8—9 января 1941 года английская авиация с Мальты и греческих баз произвела налёт на Неаполь. Стоявший там «Чезаре» получил повреждения от близких разрывов трёх бомб и в сопровождении «Венето» ушёл в Специю на месячный ремонт.

 

9 февраля 1941 года «Чезаре» в составе эскадры вышел на перехват британского флота, обстрелявшего Геную, но безрезультатно.

 

К августу в Италии начались перебои с поставкой топлива и к операциям на море стали привлекать только новые линкоры. В бой же им разрешалось вступать только при заметном преимуществе. Однако к концу 1941 года, когда кораблей для прикрытия конвоев стало не хватать, «Чезаре» пришлось совершить два выхода в море.

 

3—5 января 1942 года «Чезаре» вышел в последний боевой поход, прикрывая конвой в Северную Африку, после чего был выведен из действующего флота. Помимо нехватки топлива выяснилось, что из-за недостатков конструкции линкор мог погибнуть от одного торпедного попадания. Использовать его в условиях господства союзной авиации в воздухе было рискованно. Большую часть экипажа списали на другие корабли и в штабы эскортных конвойных групп.

 

До конца 1942 года «Чезаре» стоял в Таранто, а в январе 1943 года перешёл в Полу, где был до конца войны превращен в плавучую казарму. Всего за кампанию 1940—1943 гг. «Чезаре» совершил 38 боевых выходов в море, пройдя 16 947 миль за 912 ходовых часов, израсходовав 12 697 т нефти.

 

После заключения перемирия «Чезаре» вернулся в Таранто, а 12 сентября под командованием капитана 2-го ранга В. Карминати последним из итальянских линкоров прибыл на Мальту. Во время перехода на корабле не было части экипажа, не все повреждения были устранены, почти весь путь был проделан без эскорта. В условиях постоянной угрозы нападения немецких торпедных катеров и авиации этот переход можно считать единственной героической страницей в истории «Чезаре». Сначала союзное командование решило оставить итальянские линкоры на Мальте под своим прямым контролем, но в июне 1944 года трём самым старым, включая «Чезаре», разрешили вернуться в итальянский порт Аугуста для использования в учебных целях.

 

После выхода Италии из войны страны-победительницы разделили итальянские боевые корабли в счёт репараций. Советский Союз претендовал на новые линкоры типа «Литторио», однако ему достался лишь устаревший «Джулио Чезаре». Сразу получить корабль не удалось, поэтому англичане временно передали СССР свой старый дредноут «Royal Sovereign», получивший в советском флоте название «Архангельск». В 1948 году, после того, как «Чезаре» отправился в советский порт, «Архангельск» был возвращён Англии для разделки на металлолом.

 

Хотя к концу войны в строю из советских тяжёлых кораблей оставались лишь два старых линкора — «Севастополь» и «Октябрьская революция», — СССР всё ещё имел амбициозные планы по строительству линейных кораблей, и для подготовки экипажей планировалось использовать «Чезаре».

 

9 декабря 1948 года «Чезаре» покинул ВМБ Таранто и перешёл в Аугусту, откуда 15 декабря направился в албанский порт Влёра (Валона). Там 3 февраля 1949 года состоялась передача линкора, получившего временное обозначение Z11, советской комиссии во главе с контр-адмиралом Г. И. Левченко. 6 февраля на корабле был поднят военно-морской флаг СССР, а через две недели он вышел в Севастополь, прибыв в новую базу 26 февраля. Приказом по Черноморскому флоту от 5 марта 1949 года линкору присвоили название «Новороссийск».

 

Полученный корабль находился в крайне запущенном состоянии, поскольку с 1943 по 1948 год он стоял на приколе с минимальной командой и без надлежащего технического обслуживания. Непосредственно перед передачей Советскому Союзу линкор прошёл небольшой ремонт, коснувшийся в основном электромеханической части.

 

В удовлетворительном состоянии находились основная часть вооружения, главная энергетическая установка и основные корпусные конструкции ниже броневой палубы. В очень плохом состоянии находились общекорабельные системы — трубопроводы, арматура, обслуживающие механизмы. В нерабочем состоянии были аварийные дизель-генераторы. Эксплуатационная техническая документация и документация по непотопляемости практически отсутствовала — пользоваться разрозненными документами на итальянском языке не могли, поскольку никто не владел итальянским. Присланные переводчики были беспомощны, поскольку не владели специальной терминологией. Внутрикорабельная связь, радиосвязь почти отсутствовали, а радиолокаторов и зенитной артиллерии малого калибра не было вообще.

 

Условия жизни экипажа не соответствовали ни климатическим особенностям Черноморского региона, ни организации службы советского флота, поскольку при стоянке в базе итальянские экипажи жили в береговых казармах, а в плавании их рацион состоял из макарон, сухого вина и оливкового масла.

 

Первое время (до оборудования нормального камбуза) питание моряков обеспечивалось несколькими армейскими походными кухнями, почти круглосуточно дымившими на палубе.

 

В холодное время, в особенности при минусовых температурах наружного воздуха, в кубриках под палубой полубака, не имевшей изоляции, личный состав находился под сплошным «дождём» от обильной конденсации влаги. Для отдыха служили двух- и трёхъярусные койки, размещённые буквально «впритык» друг к другу в проходных кубриках.

 

В связи с бытовыми трудностями первоочередными ремонтно-восстановительными работами на линкоре явились оборудование камбуза для команды, изоляция экспанзитом жилых и служебных помещений под палубой полубака, а также переоборудование части санузлов, умывальников и душевых.

 

В середине мая 1949 года линкор поставили в Северный док Севморзавода (г. Севастополь). При этом специалисты были поражены как изяществом обводов подводной части, так и характером её обрастания. Интенсивно оброс ракушкой лишь район переменной ватерлинии, а остальная часть, покрытая пастой неустановленного состава, почти не обросла. Но в неудовлетворительном состоянии оказалась донно-забортная арматура. Более того, как писал последний командир БЧ-5 линкора И. И. Резников, при очередном ремонте обнаружилось, что почти полностью заросли ракушкой трубопроводы пожарной системы, пропускная способность которых уменьшилась в несколько раз.

Link to comment
Share on other sites

Гибель линкора "Новороссийск": пять версий

29 октября 1955 года в Северной бухте Севастополя затонул флагман черноморской эскадры советского военно-морского флота линкор "Новороссийск". Погибли более 600 моряков. Согласно официальной версии, под днищем корабля взорвалась старая донная немецкая мина. Но существуют и другие версии, неофициальные, но очень популярные - якобы ответственность за гибель "Новороссийска" несут итальянские, английские и даже советские диверсанты.

 

Джулио Чезаре

На момент гибели линейному кораблю "Новороссийск" исполнилось 44 года - срок для корабля почтенный. Большую часть своей жизни линкор носил другое имя - "Джулио Чезаре" ("Юлий Цезарь"), плавая под флагом итальянских ВМС. Он был заложен в Генуе летом 1910 года и спущен на воду в 1915 году. В Первой мировой войне линкор участия не принимал, в 1920-х годах использовался как учебный корабль для подготовки морских артиллеристов.

 

В середине 1930-х "Джулио Чезаре" прошел капитальный ремонт. Водоизмещение корабля достигло 24000 тонн, он мог развивать достаточно высокую скорость в 22 узла. Линкор был хорошо вооружен: два трехствольных и три башенных орудия, три торпедных аппарата, зенитные установки и крупнокалиберные пулеметы. В ходе Второй мировой войны линкор занимался в основном сопровождением конвоев, но в 1942 году командование ВМС признало его устаревшим и перевело в разряд учебных кораблей.

 

В 1943 году Италия капитулировала. До 1948 года "Джулио Чезаре" находился на стоянке, не будучи законсервированным, с минимальным количеством команды и без надлежащего технического обслуживания.

 

Согласно специальному соглашению, итальянский флот должен был быть поделен между союзниками по антигитлеровской коалиции. На долю СССР пришлись линейный корабль, легкий крейсер, 9 эсминцев и 4 подлодки, не считая мелких кораблей. 10 января 1947 года в Совете министров иностранных дел союзных держав было достигнуто соглашение о распределении передаваемых итальянских кораблей между СССР, США, Великобританией и другими странами, пострадавшими от агрессии Италии. Так, например, Франции были выделены четыре крейсера, четыре эсминца и две подводные лодки, а Греции - один крейсер. Линейные корабли вошли в состав групп "A", "B" и "C", предназначенных для трех главных держав.

 

Советская сторона претендовала на один из двух новых линкоров, по своей мощи превосходивших даже германские корабли типа "Бисмарк". Но поскольку к этому времени между недавними союзниками уже начиналась Холодная война, то ни США, ни Англия не стремились усиливать ВМФ СССР мощными кораблями. Пришлось кидать жребий, и СССР получил группу "C". Новые линкоры достались США и Англии (позже эти линкоры были возвращены Италии в рамках партнерства по НАТО). По решению Тройственной комиссии 1948 года СССР получил линкор "Джулио Чезаре", легкий крейсер "Эммануэле Филиберто Дюка Д'Аоста", эсминцы "Артильери", "Фучильере", миноносцы "Анимозо", "Ардиментозо", "Фортунале" и подводные лодки "Мареа" и "Ничелио".

 

9 декабря 1948 года "Джулио Чезаре" покинул порт Таранто и 15 декабря прибыл в албанский порт Влера. 3 февраля 1949 года в этом порту состоялась передача линкора советской комиссии, возглавляемой контр-адмиралом Левченко. 6 февраля над кораблем подняли военно-морской флаг СССР, а еще через две недели он вышел в Севастополь, прибыв на свою новую базу 26 февраля. Приказом по Черноморскому флоту от 5 марта 1949 года линкору присвоили название "Новороссийск".

 

"Новороссийск"

Как отмечают практически все исследователи, корабль был передан итальянцами советским морякам в запущенном состоянии. В относительно удовлетворительном виде находилась основная часть вооружения, главная энергетическая установка и основные корпусные конструкции - обшивка, набор, главные поперечные переборки ниже броневой палубы. А вот общекорабельные системы: трубопроводы, арматура, обслуживающие механизмы, - требовали серьезного ремонта или замены. Радиолокационных средств на корабле не было вообще, парк средств радиосвязи был скуден, полностью отсутствовала зенитная артиллерия малого калибра. Надо отметить, что непосредственно перед передачей СССР линкор прошел небольшой ремонт, касавшийся в основном электромеханической части.

 

Когда "Новороссийск" обосновался в Севастополе, командование Черноморским флотом отдало приказ - в кратчайшие сроки превратить корабль в полноценную боевую единицу. Дело осложнялось тем, что часть документации отсутствовала, да и военно-морских специалистов, владевших итальянским языком, в СССР практически не было.

 

В августе 1949 года "Новороссийск" принял участие в маневрах эскадры в качестве флагмана. Впрочем, его участие было скорее номинальным, поскольку за три отпущенных месяца привести линкор в порядок не успели (да и не могли успеть). Однако политическая обстановка требовала продемонстрировать успехи советских моряков в освоении итальянских кораблей. В итоге эскадры вышла в море, а разведка НАТО убедилась, что "Новороссийск" плавает.

 

С 1949 по 1955 год линкор восемь раз находился в заводском ремонте. На нем установили 24 спаренные установки советских 37-мм зенитных автоматов, новые радиолокационные станции, средства радиосвязи и внутрикорабельной связи. Также заменили итальянские турбины на новые, изготовленные на Харьковском заводе. В мае 1955 года "Новороссийск" вошел в строй ЧФ и до конца октября несколько раз выходил в море, отрабатывая задачи по боевой подготовке.

 

28 октября 1955 года линкор вернулся из последнего похода и занял место в Северной бухте на "линкорной бочке" в районе Морского Госпиталя, примерно в 110 метрах от берега. Глубина воды там составляла 17 метров воды и еще около 30 метров вязкого ила.

 

Взрыв

На момент взрыва командир линкора капитан 1 ранга Кухта находился в отпуске. Обязанности его исполнял старший помощник капитан 2 ранга Хуршудов. Согласно штатному расписанию, на линкоре находились 68 офицеров, 243 старшины, 1231 матрос. После того как "Новороссийск" ошвартовался, часть экипажа съехала в увольнение. На борту оставались более полутора тысяч человек: часть экипажа и новое пополнение (200 человек), курсанты морских училищ и солдаты, накануне прибывшие на линкор.

 

29 октября в 01:31 по московскому времени под корпусом корабля с правого борта в носу раздался мощный взрыв. По оценкам специалистов, его сила была эквивалентна взрыву 1000-1200 килограммов тринитротолуола. С правого борта в подводной части корпуса образовалась пробоина площадью более 150 квадратных метров, а с левого борта и вдоль киля - вмятина со стрелкой прогиба от 2-х до 3-х метров. Общая площадь повреждений подводной части корпуса составляла около 340 квадратных метров на участке длиной 22 метра. В образовавшуюся пробоину хлынула забортная вода, и через 3 минуты возник дифферент в 3-4 градуса и крен в 1-2 градуса на правый борт.

 

В 01:40 о случившемся сообщили командующему флотом. К 02:00, когда крен на правый борт достиг 1,5 градуса, начальник оперативного управления флота капитан 1 ранга Овчаров приказал "буксировать корабль на мелкое место", и подошедшие буксиры развернули его кормой к берегу.

 

К этому времени на линкор прибыли командующий Черноморским флотом вице-адмирал В.А.Пархоменко, начальник штаба флота вице-адмирал С.Е.Чурсин, член Военного Совета вице-адмирал Н.М.Кулаков, исполняющий обязанности командующего эскадрой контр-адмирал Н.И.Никольский, начальник штаба эскадры контр-адмирал А.И.Зубков, командир дивизии крейсеров контр-адмирал С.М.Лобов, начальник Политуправления флота контр-адмирал Б.Т. Калачев и еще 28 старших офицеров штаба.

 

В 02:32 обнаружился крен на левый борт. К 03:30 на палубе выстроилось около 800 ничем не занятых моряков, у борта линкора стояли спасательные суда. Никольский предложил перевести на них матросов, но получил категорический отказ Пархоменко. В 03:50 крен на левый борт достиг 10-12 градусов, при этом буксиры продолжали тянуть линкор влево. Спустя 10 минут крен возрос до 17 градусов, тогда как критическими были 20. Никольский вновь попросил у Пархоменко и Кулакова разрешения эвакуировать незанятых борьбой за живучесть моряков и опять получил отказ.

 

"Новороссийск" стал опрокидываться кверху днищем. Несколько десятков человек успели перебраться в шлюпки и на соседние корабли, но сотни моряков посыпались с палубы в воду. Многие остались внутри гибнущего линкора. Как потом объяснял адмирал Пархоменко, он "не счел возможным заблаговременно приказать личному составу оставить корабль, так как до последних минут надеялся, что корабль будет спасен, и не было мысли, что он погибнет". Эта надежда стоила жизни сотням людей, которые, упав в воду, были накрыты корпусом линкора.

 

К 04:14 "Новороссийск", принявший более 7 тысяч тонн воды, накренился до роковых 20 градусов, качнулся вправо, столь же неожиданно повалился влево и лег на борт. В таком положении он оставался несколько часов, уперевшись в твердый грунт мачтами. В 22:00 29 октября корпус полностью исчез под водой.

 

Всего при катастрофе погибло 609 человек, включая аварийные партии с других кораблей эскадры. Непосредственно в результате взрыва и затопления носовых отсеков погибли от 50 до 100 человек. Остальные погибли при опрокидывании линкора и после него. Своевременной эвакуации личного состава организовано не было. Большинство моряков остались внутри корпуса. Часть из них длительное время держались в воздушных подушках отсеков, но спасти удалось лишь девять человек: семь вышли через прорезанную в кормовой части днища горловину спустя пять часов после опрокидывания, и еще двух вывели через 50 часов водолазы. По воспоминаниям водолазов, замурованные и обреченные на смерть моряки пели "Варяга". Только к 1 ноября водолазы перестали слышать стуки.

 

Летом 1956 года экспедиция особого назначения "ЭОН-35" приступила к подъему линкора методом продувания. Подготовка к подъему была полностью завершена к концу апреля 1957 года. Генеральную продувку начали с утра 4 мая и в тот же день завершили подъем. Корабль всплыл кверху килем 4 мая 1957 года, а 14 мая его отвели в Казачью бухту, где и перевернули. При подъеме корабля вывалилась третья башня главного калибра, которую пришлось поднимать отдельно. Корабль был разобран на металл и передан на завод "Запорожсталь".

 

Выводы комиссии

Для выяснения причин взрыва была создана правительственная комиссия во главе с заместителем председателя Совета Министров СССР министром судостроительной промышленности генерал-полковником инженерно-технической службы Вячеславом Малышевым. По воспоминаниям всех, кто его знал, Малышев являлся инженером высочайшей эрудиции. Он великолепно знал свое дело и читал теоретические чертежи любой сложности, отлично разбираясь в вопросах непотопляемости и остойчивости кораблей. Еще в 1946 году, ознакомившись с чертежами "Джулио Чезаре", Малышев рекомендовал отказаться от этого приобретения. Но Сталина он переубедить не сумел.

 

Свое заключение комиссия дала через две с половиной недели после катастрофы. Жесткие сроки были заданы в Москве. 17 ноября заключение комиссии было представлено в ЦК КПСС, который выводы принял и одобрил.

 

Причиной катастрофы, был назван "внешний подводный взрыв (неконтактный, донный) заряда с тротиловым эквивалентом 1000-1200 кг". Наиболее вероятным признали взрыв немецкой магнитной мины, оставшейся на грунте после Великой Отечественной войны.

 

Что же касается ответственности, то прямыми виновниками гибели значительного количества людей и линкора "Новороссийск" были названы командующий Черноморским флотом вице-адмирал Пархоменко, и.о. командующего эскадрой контр-адмирал Никольский и и.о. командира линкора капитан 2 ранга Хуршудов. Комиссия отметила, что прямую ответственность за катастрофу с линкором "Новороссийск" и особенно за гибель людей несет также и член Военного совета Черноморского флота вице-адмирал Кулаков.

 

Но несмотря на суровые выводы, дело ограничилось тем, что командира линкора Кухту понизили в звании и отправили в запас. Также были сняты с должности и понижены в звании: командир дивизии охраны водного района контр-адмирал Галицкий, и.о. командующий эскадрой Никольский и член Военного совета Кулаков. Через полтора года они были восстановлены в званиях. Командующему флотом вице-адмиралу Виктору Пархоменко был объявлен строгий выговор, а 8 декабря 1955 года он был снят с должности. Никаких судебных действий в отношении него не производилось. В 1956 году был снят с должности командующий ВМФ СССР адмирал Н.Г.Кузнецов.

 

Комиссия также отметила, что "матросы, старшины и офицеры, а также офицеры, руководившие непосредственной борьбой за спасение корабля, - и.о. командира БЧ-5 т. Матусевич, командир дивизиона живучести т. Городецкий и помогавший им начальник технического управления флота т. Иванов умело и самоотверженно вели борьбу с поступавшей на корабль водой, хорошо знали каждый свое дело, проявляли инициативу, показали образцы мужества и подлинного героизма. Но все усилия личного состава были обесценены и сведены на нет преступно-легкомысленным, неквалифицированным и нерешительным командованием..."

 

В документах комиссии подробно говорилось о тех, кто должен был, но так и не сумел организовать спасение экипажа и корабля. Однако ни один из этих документов так и не дал прямого ответа на главный вопрос: что же стало причиной катастрофы?

 

Версия номер 1 - мина

Первоначальные версии - врыв бензосклада или артиллерийских погребов - были отметены практически сразу же. Емкости бензосклада на линкоре пустовали задолго до катастрофы. Что касается погребов, то если бы они рванули, от линкора вообще мало бы что осталось, причем на воздух взлетели бы еще и пять крейсеров, стоявших рядом. К тому же эту версию сразу опрокинули показания моряков, местом боевой службы которых являлась 2-я башня главного артиллерийского калибра, в районе которой линкор и получил пробоину. Было точно установлено, что 320-миллиметровые снаряды остались в целости и сохранности.

 

Осталось еще несколько версий: взрыв мины, торпедная атака подводной лодки и диверсия. После изучения обстоятельств больше всего голосов набрала минная версия. Что было вполне объяснимо - мины в севастопольских бухтах были не редкостью начиная со времен Гражданской войны. Бухты и рейд периодически очищались от мин с помощью тральщиков и водолазных команд. В 1941 году, при наступлении немецких армий на Севастополь, ВВС и ВМС Германии минировали акваторию и с моря, и с воздуха - мин разных типов и назначения было выставлено ими несколько сотен. Одни сработали еще в период боев, другие были извлечены и обезврежены уже после освобождения Севастополя в 1944 году. Позже севастопольские бухты и рейд регулярно протраливались и осматривались водолазными командами. Последнее такое комплексное обследование было проведено в 1951-1953 годах. В 1956-1958 годах, уже после взрыва линкора, в Севастопольской бухте обнаружили еще 19 немецких донных мин, в том числе три - на расстоянии менее 50 метров от места гибели линкора.

 

В пользу минной версии говорили и показания водолазов. Как свидетельствовал командир отделения Кравцов: "Концы обшивки пробоины загнуты вовнутрь. По характеру пробоины, заусенцам от обшивки, взрыв был с внешней стороны корабля".

 

Версия номер 2 - торпедная атака

Следующей была версия о торпедировании линкора неизвестной подводной лодкой. Однако при изучении характера повреждений, полученных линкором, комиссия не нашла характерных примет, соответствующих удару торпеды. Зато она обнаружила другое. На момент взрыва корабли дивизии охраны водного района, чьей обязанностью было стеречь вход на главную базу Черноморского флота, находились совсем в другом месте. В ночь катастрофы внешний рейд никем не охранялся; сетевые ворота были распахнуты, а шумопеленгаторы бездействовали. Таким образом, Севастополь оказался беззащитен. И, теоретически, чужая подлодка вполне могла войти в бухту, выбрать позицию и нанести торпедный удар.

 

Практически же для полноценной атаки лодке вряд ли хватило бы глубины. Однако военным было известно, что на вооружении некоторых западных флотов уже стоят малые или карликовые подводные лодки. Так что на внутренний рейд главной базы Черноморского флота теоретически могла проникнуть карликовая субмарина. Это предположение, в свою очередь, породило другое - не замешаны ли во взрыве диверсанты?

 

Версия номер 3 - итальянские боевые пловцы

В пользу этой версии говорило то, что прежде чем встать под красный флаг "Новороссийск" был итальянским кораблем. А самый грозный подводный спецназ во время Второй мировой войны, "10-я штурмовая флотилия", был у итальянцев, и командовал им князь Джунио Валерио Боргезе, убежденный антикоммунист, якобы публично поклявшийся после передачи линкора СССР отомстить за такое унижение Италии.

 

Выпускника Королевского военно-морского училища Валерио Боргезе ожидала блестящая карьера офицера-подводника, чему способствовали знатное происхождение и отличные показатели в учебе. Первая субмарина под командованием Боргезе была в составе итальянского легиона, который, в рамках помощи Франко, действовал против республиканского флота Испании. После этого князь получил под свое командование новую подводную лодку. Позже Валерио Боргезе прошел курс специальной подготовки в Германии на Балтийском море.

 

По возвращении в Италию Боргезе получил под свое командование самую современную подлодку "Шире". Благодаря умелым действиям командира подводная лодка возвращалась обратно на свою базу невредимой из каждого боевого похода. Операции итальянских подводников вызвали неподдельный интерес у короля Виктора Эммануила, который удостоил князя-подводника личной аудиенции.

 

После этого Боргезе было предложено создать первую в мире флотилию морских диверсантов-подводников. Для нее были созданы сверхмалые подводные лодки, специальные управляемые торпеды, пилотируемые взрывающиеся катера. 18 декабря 1941 года итальянцы на карликовых подводных лодках скрытно проникли в гавань Александрии и прикрепили магнитные взрывные устройства к днищам английских линкоров "Вэлиэнт" и "Куин Элизабет". Гибель этих кораблей позволила итальянскому флоту на долгое время перехватить в свои руки инициативу в боевых действиях на Средиземном море. Также "10-я штурмовая флотилия" принимала участие в осаде Севастополя, базируясь в портах Крыма.

 

Теоретически, иностранный подводный крейсер мог доставить боевых пловцов на максимально близкое к Севастополю расстояние, чтобы те осуществили диверсию. С учетом боевого потенциала первоклассных итальянских аквалангистов, пилотов малых подлодок и управляемых торпед, а также принимая во внимание разгильдяйство в вопросах охраны главной базы Черноморского флота, версия о подводных диверсантах выглядит убедительно.

 

Версия 4 - английские диверсанты

Вторым подразделением мира, способным на подобную диверсию, была 12-я флотилия Военно-морских сил Великобритании. Командовал ею на то время капитан 2 ранга Лайонел Крэбб, также человек-легенда. В годы Второй мировой войны он руководил обороной британской военно-морской базы Гибралтар от итальянских боевых пловцов и по праву сам считался одним из лучших подводных диверсантов британского флота. Крэбб лично знал многих итальянцев из 10-й флотилии. К тому же после войны пленные итальянские боевые пловцы консультировали специалистов из 12-й флотилии.

 

В пользу этой версии выдвигается следующий аргумент - будто бы советское командование хотело оснастить "Новороссийск" ядерным оружием. Атомной бомбой СССР обладал с 1949 года, но морских средств применения ядерного оружия тогда не было. Решением могли стать только морские крупнокалиберные пушки, стреляющие тяжелыми снарядами на большое расстояние. Итальянский линкор для этой цели подходил идеально. Великобритания, представляющая собой остров, в этом случае оказывалась наиболее уязвимой мишенью для советских ВМС. В случае применения атомных взрывных устройств возле западного побережья Англии, с учетом розы ветров, которые в тех краях круглый год дуют на восток, радиационному заражению подверглась бы вся страна.

 

И еще один факт - в конце октября 1955 года британская средиземноморская эскадра проводила маневры в Эгейском и Мраморном морях.

 

Версия 5 - дело рук КГБ

Уже в наше время кандидат технических наук Олег Сергеев выдвинул еще одну версию. Линейный корабль "Новороссийск" был подорван двумя зарядами с суммарным тротиловым эквивалентом в пределах 1800 кг, установленными на грунте в районе носовых артпогребов, на незначительном расстоянии от диаметральной плоскости корабля и друг от друга. Взрывы произошли с коротким временным интервалом, обусловившим создание кумулятивного эффекта и нанесение повреждений, в результате которых корабль затонул. Подрыв же был подготовлен и осуществлен отечественными спецслужбами с ведома руководства страны исключительно во внутриполитических целях. В 1993 году стали известны исполнители этой акции: старший лейтенант спецназа и два мичмана - группа обеспечения.

 

Против кого была направлена эта провокация? Согласно Сергееву, прежде всего против руководства ВМФ. На этот вопрос через два года после гибели "Новороссийска", на пленуме ЦК КПСС 29 октября 1957 года, ответил Никита Хрущев: "Нам предложили вложить во флот более 100 миллиардов рублей и строить старые катера и эсминцы, вооруженные классической артиллерией. Мы провели большую борьбу, сняли Кузнецова… думать, заботиться о флоте, об обороне он оказался неспособным. Нужно все оценивать по-новому. Надо строить флот, но прежде всего строить подводный флот, вооруженный ракетами".

 

Десятилетний план судостроения, не отражающий в перспективе приоритет развития наиболее капиталоемких и выгодных для ВПК морских стратегических ядерных сил, объективно не мог поддерживаться военно-политическим руководством страны, что и решило судьбу главкома ВМФ Николая Кузнецова.

 

Гибель "Новороссийска" послужила началом масштабного сокращения Военно-морского флота СССР. На металлолом пошли устаревшие линкоры "Севастополь" и "Октябрьская революция", трофейные крейсеры "Керчь" и "Адмирал Макаров", множество трофейных подлодок, эсминцев и кораблей других классов довоенной постройки.

 

Критика версий

Критики минной версии заявляют, что к 1955 году источники электропитания всех донных мин неизбежно бы разрядились, а взрыватели пришли в полную негодность. До сих пор не было и нет аккумуляторов, способных не разряжаться в течение десяти и более лет. Также отмечается, что взрыв произошел через 8 часов швартовки линкора, а все немецкие мины имели часовые интервалы, кратные только 6 часам. До трагедии на бочке № 3 швартовались "Новороссийск" (10 раз) и линкор "Севастополь" (134 раза) в разное время года - и ничего не взрывалось. К тому же выяснилось, что на самом деле были два взрыва, причем такой силы, что на дне возникли две большие глубокие воронки, которые взрыв одной мины оставить не может.

 

Что же касается версии о работе диверсантов из Италии или Англии, то в этом случае возникает ряд вопросов. Во-первых, акция подобного масштаба возможна только при участии государства. И скрыть подготовку к ней было бы очень сложно, учитывая активность советской разведки на Апеннинском полуострове и влияние итальянской компартии.

 

Частным лицам организовать подобную акцию было бы не под силу - слишком большие ресурсы понадобились бы на ее обеспечение, начиная с нескольких тонн взрывчатки и заканчивая средствами транспортировки (опять же не забудем про секретность). Подобное допустимо в художественных фильмах типа "Псы войны", но в реальной жизни становится известным соответствующим службам еще на стадии планирования, как это было, например, с неудачным переворотом в Экваториальной Гвинее. К тому же, как признавались сами бывшие итальянские боевые пловцы, их жизнь после войны жестко контролировалась государством, и любая попытка на самодеятельность была бы пресечена.

 

К тому же подготовку к подобной операции следовало держать в тайне от союзников, в первую очередь от США. Узнай американцы о готовящейся диверсии ВМС Италии или Великобритании, они наверняка воспрепятствовали бы этому - в случае провала США долго бы не смогли отмыться от обвинений в разжигании войны. Совершать подобную вылазку против страны, обладающей ядерным оружием, в разгар Холодной войны было бы безумием.

 

Наконец, для того, чтобы заминировать корабль такого класса в охраняемой гавани, необходимо было собрать полную информацию о режиме охраны, местах стоянки, выходах кораблей в море и так далее. Сделать это без резидента с радиостанцией в самом Севастополе или где-то рядом невозможно. Все операции итальянских диверсантов во время войны проводились только после тщательной разведки и никогда "вслепую". Но даже по прошествии полувека нет ни одного свидетельства того, что в одном из самых охраняемых городов СССР, насквозь профильтрованном КГБ и контрразведкой, действовал английский или итальянский резидент, исправно поставлявший информацию не только в Рим или Лондон, но и лично князю Боргезе.

 

Сторонники итальянской версии утверждают, что через некоторое время после гибели "Новороссийска" в итальянской печати промелькнуло сообщение о награждении орденами группы офицеров ВМС Италии "за выполнение особого задания". Однако до сих пор никто не опубликовал ни одной фотокопии данного сообщения. Ссылки же на самих итальянских морских офицеров, которые когда-то кому-то заявляли о своем участии в потоплении "Новороссийска", бездоказательны. В интернете гуляет много "абсолютно достоверных" интервью с людьми, которые якобы лично вели сверхмалые подводные лодки к Севастополь. Одна беда - тут же выясняется, что эти люди либо уже умерли, либо с ними до сих пор нет возможности поговорить. Да и описания диверсионной атаки очень сильно разнятся…

 

Да, информация о взрыве "Новороссийска" в западной печати появилась очень быстро. Но комментарии итальянских газет (с туманными намеками) являются обычным журналистским приемом, когда постфактум возникают "достовернейшие" свидетельства. Следует учитывать и тот факт, что свои более "молодые" линкоры, полученные обратно от союзников по НАТО, итальянцы пустили на переплавку. И не будь катастрофы с "Новороссийском", о линкоре "Джулио Чезаре" в Италии помнили бы разве что историки ВМС.

 

Запоздавшие награды

На основании доклада правительственной комиссии командованием Черноморского флота в ноябре 1955 года исполняющему обязанности главкома ВМФ СССР адмиралу Горшкову были отправлены представления о награждении орденами и медалями всех погибших вместе с линкором моряков. К наградам были представлены также 117 человек из числа тех, кто уцелел при взрыве, моряков с других кораблей, пришедших на помощь "Новороссийску", а также водолазы и врачи, отличившиеся в ходе спасательных работ. В Севастополь, в штаб флота, доставили необходимое количество наград. Но награждение так и не состоялось. Лишь через сорок лет выяснилось, что на представлении рукой начальника управления кадров ВМФ той поры была сделана пометка: "Адмирал т. Горшков не считает возможным выходить с таким предложением".

 

Только в 1996 году после неоднократных обращений ветеранов корабля правительство РФ дало соответствующие поручения Министерству обороны, ФСБ, Генпрокуратуре, Российскому государственному морскому историко-культурному центру и другим ведомствам. Главная военная прокуратура занялась проверкой материалов расследования, проводившегося в 1955 году. Засекреченные наградные листы на "новороссийцев" все это время хранились в Центральном военно-морском архиве. Выяснилось, что 6 моряков посмертно были представлены к высшей награде СССР - ордену Ленина, 64 (53 из них посмертно) - к ордену Красного Знамени, 10 (9 посмертно) - к орденам Отечественной войны 1-й и 2-й степени, 191 (143 посмертно) - к ордену Красной Звезды, 448 моряков (391 посмертно) - к медалям "За отвагу", "За боевые заслуги", Ушакова и Нахимова.

 

Поскольку к тому времени уже не было ни государства, под военно-морским флагом которого погиб "Новороссийск", ни советских орденов, все "новороссийцы" были награждены орденами Мужества.

 

Послесловие

Будет ли когда-нибудь окончательно найден ответ на вопрос, что именно погубило "Новороссйск"? Вероятнее всего, уже нет. Если бы поднятый линкор наряду со специалистами, определявшими степень его дальнейшей пригодности, как следует осмотрели специалисты из компетентных органов и ведомств, они смогли бы отыскать в корабельных низах те или иные "следы" по сию пору неведомого "заряда". Но корабль быстро порезали на металл, и дело было закрыто.

 

При написании статьи использовались следующие материалы:

 

сайт battleships.spb.ru.

С.В.Сулига. Линкор "Джулио Чезаре" ("Новороссийск").

Н.И.Никольский, В.Н.Никольский. "Почему погиб линкор "Новороссийск"?"

Сергеев О.Л. Катастрофа линкора "Новороссийск". Свидетельства. Суждения. Факты.

Публикация журнала ФСБ РФ "Служба Безопасности" № 3-4, 1996 г. материалов следственного дела о гибели линкора "Новороссийск" из архивов ФСБ.

Link to comment
Share on other sites

Итальянский диверсант признался в подрыве "Новороссийска"

 

20.10.2013

Автор: Дмитрий Кайстро

 

 

В ночь на 29 октября 1955 года в Севастопольской бухте взорвался и затонул линкор "Новороссийск". Тогда на глазах у всего города погибли сотни советских моряков. Эта трагедия с тех пор окутана тайной. Версий всегда было множество.

 

Мощный взрыв в носовой части правого борта раздался в половине второго ночи. Командир зенитного орудия линкорна "Новороссийск" Виктор Салтыков вспоминает, как в гигантскую пробоину хлынула вода. "На палубе лежало много разорванных матросов. Там двести с лишним человек разорвало", — рассказал он.

 

На линкоре в тот момент находилось более полутора тысяч человек. Но командование под угрозой расстрела запрещает эвакуацию экипажа на спасательные буксиры. Приказ: бороться до последнего за живучесть корабля.

 

От берега до гибнущего линкора — всего несколько сотен метров, а вокруг — десятки спасательных кораблей. Опасный крен увеличивается сначала на одиннадцать, потому уже на 18 градусов. Но командующий Черноморским флотом раз за разом запрещает эвакуировать экипаж. Восемьсот матросов, мичманов и офицеров, словно на параде, выстроились на палубе гибнущего корабля. Еще через минуту линкор перевернется, став братской могилой для большинства из них.

 

"Много было перестукиваний — там были еще живые люди. Но ничего невозможно было сделать", — сказал капитан первого ранга в отставке Михаил Крук.

 

Все эти годы официальная версия — взрыв донной немецкой мины — не устраивала почти никого. Даже в итоговом выводе правительственной комиссии не исключается диверсия.

 

"Военные были склонны к версии диверсии. Я тоже к этому склоняюсь. Есть версия, что это Англия, которая всячески стремилась поддерживать свой статус владычицы морей и океанов", — отметил Игорь Касатонов, в 1991-1992 годах — командующий Черноморским флотом РФ.

 

И вот ветеран группы боевых пловцов Уго Эспозито производит сенсацию: взрыв линкора совершили пловцы итальянского подразделения "Гамма". В интервью ряду печатных изданий Эспозито рассказал, что диверсионная группа прибыла на мини-подлодке. Заминировали линкор, установили часовой механизм и ушли в море. Но перед телекамерами ветеран не привел никаких подробностей.

 

- Вы сказали, что корабль "Новороссийск" затопили боевые пловцы из Десятой флотилии?

 

- Да.

 

- Кто вам такое сказал?

 

- А кто это еще мог сделать?

 

- По вашем мнению, князь Боргезе принимал участие в диверсии?

 

- Я не знаю.

 

Бывший командир отряда боевых пловцов Черноморского флота Юрий Пляченко уверен: Эспозито, скорее всего, сильно фантазирует.

 

"Человек, который это заявил, не обладает никакими фактами. То, что они ходили на сверхмалой подводной лодке по бухте, тоже подлежит сомнению. Я предполагаю, что основной заряд, который подорвал линкор, находился внутри корабля. Он был заложен еще до передачи Советскому Союзу. А подводные диверсанты только установили небольшие диверсионные мины, которые инициировали подрыв внутреннего заряда", — сказал Пляченко.

 

И действительно, незадолго до передачи корабля советской стороне итальянцы нарастили его носовую часть. Большую часть жизни линкор носил имя "Джулио Чезаре" и ходил под флагом итальянских ВМФ. На Тегеранской конференции Сталин настоял на разделе итальянского флота. Советскому Союзу достался в том числе и линкор. А командир подводных диверсантов Валерио Боргезе вроде бы поклялся "отомстить русским во что бы то ни стало".

 

"Ему в 1955 году было не до Новороссийска, потому что незадолго до этого он вышел из тюрьмы, где отбывал свое как нацистский преступник. Если он поклялся страшной итальянской клятвой на кортике, что он отомстит советскому флоту, он должен был всем объявить, что отомстил. Однако ни в мемуарах Боргезе по Десятой флотилии, ни в воспоминаниях о нем близких, ничего такого нет. У него, кстати, жена русская была — Алсуфьева. Так вот никто на эту тему не говорил", — рассказал писатель-маринист Владимир Шигин.

 

Тем не менее, пловцы князя Боргезе в те годы — лучшие в мире. На вооружении итальянцев — сверхмалые подводные лодки, специальные управляемые торпеды, бесшумное оружие и великолепные гидрокостюмы. Легенда российских сил специальных операций Гай Юрченко рассказывает, что итальянцы более других имели средства и подготовку для проведения такой операции.

 

"Это не десятки — сотни километров пройти. Выйти из самолета. Приводниться. Пройти шлюзование. Выйти на рубеж. Выполнить задачу. И уйти точно так же, преодолев сотни километров", — отметил командир отряда боевых пловцов, ветеран сил специального назначения ВС РФ Гай Юрченко.

 

За шесть десятков лет эксперты, изучающие трагедию с "Новороссийском", сходятся в одном: произошедшее было не трагической случайностью, а целенаправленной атакой. Но, как и в октябре 1955-го, гибель "Новороссийска" по-прежнему окружена тайной.

 

Северное кладбище Севастополя. Братская могила погибших на линкоре "Новороссийск". В официальном скорбном списке — 609 фамилий. В неофициальном — более 700. Точное количество погибших и похороненных здесь до сих пор не знает никто.

Link to comment
Share on other sites

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Loading...
 Share

×
×
  • Create New...