Перейти к содержимому
Форум - Замок
Алесь

Статьи древних астрологов и ее противников...

Recommended Posts

Начать эту тему хочу с древней критики астрологии...

Секст Эмпирик

 

Книга против астрологов

 

 

Секст Эмпирик - знаменитый греческий учёный, живший в конце 2 в. н.э. Представитель эмпирической школы в медицине и скептической - в философии, он работал в Александрии и Афинах. Секст оспаривал возможность познания истины, не верил в существование бога и души, боролся с догматизмом в медицине и философии. Его "Книга против астрологов" входит в состав обширного цикла "Против учёных" и является пятой книгой трактата "Против разных наук" (в других книгах этого трактата Секст Эмпирик выступает против грамматиков, против риторов, против геометров, против арифметиков и против музыкантов). Данная книга представляет интерес не только тем, что в ней собраны основные аргументы античных противников астрологии, но и изложением основных концепций эллинистической астрологии. Текст приводится по переводу, опубликованному в сборнике: Секст Эмпирик. Сочинения в двух томах. Т.2./ Пер. с древнегреч. Под. ред. А.Ф.Лосева. - М.: Мысль, 1976. Комментарии Д.Куталёва.

 

 

[Нам] надлежит произвести исследование относительно астрологии, или математики, но не той, которая состоит в прямом смысле из арифметики и геометрии (потому что против этих ученых мы уже возразили), и не той способности к предсказаниям, которая имеется у учеников Евдокса, Гиппарха и подобных им и которую, как известно, некоторые называют также и астрономией*1 (ибо она есть наблюдение явлений подобно земледелию и кораблевождению, на основании которого можно предсказывать засуху и дождливые периоды, заразные болезни и землетрясения, и прочие подобные изменения в атмосфере), но [астрологии] в смысле учения о генитурах*2. Украшая ее торжественными наименованиями, халдеи объявляют себя самих математиками и астрологами, с одной стороны, доставляя разнообразный вред людям, а с другой — укрепляя в нас закоренелые предрассудки и не позволяя в то же время действовать согласно здравому смыслу. И это мы узнаем, как только примем во внимание то, что относится к их методу рассмотрения [явлений]. Однако наше изложение будет беглым и общим. Более точное исследование мы предоставляем тем, кто специально занимается данной наукой. Для нас же достаточно будет напомнить из этого то, без чего было бы невозможно выставить аргументы против халдеев.

 

[1. ИЗЛОЖЕНИЕ АСТРОЛОГИЧЕСКОГО УЧЕНИЯ]

 

Итак, они кладут в основу то, что земные вещи находятся в симпатическом отношении к небесным и что они каждый раз перестраиваются заново в связи с истечениями этих последних.

 

Мысль у людей земнородных бывает такою, какую

Им в этот день посылает родитель бессмертных и смертных*3.

 

Всматриваясь с излишним любопытством в окружающее, халдеи утверждают, что семь звезд*4 [(планет)] стоят в положении действующих причин всего того, что происходит в жизни, и что, с другой стороны, этому содействуют части зодиака. Зодиакальный же круг, как этому нас учили, они разделяют на двенадцать животных*5, а каждое животное — на тридцать частей (для настоящего случая пусть мы будем с ними в этом согласны), а каждую часть — на шестьдесят мелких частей [(минут)]. Это последнее название они дают наименьшему, что уже не содержит [дальнейших] частей. Из животных зодиака одних они называют мужскими, а других — женскими, одних — двухтелесными, других же — не таковыми, некоторых — поворотными, а некоторых — устойчивыми. Мужские и женские — те, которые обладают природой, содействующей зарождению мужского или женского пола, как, например, Овен есть животное мужского пола, а Телец, как они говорят, женского, Близнецы — мужского и прочее — попеременно соответственно той же самой аналогии: одни — мужского, другие — женского пола. От этого, как я думаю, и у пифагорейцев повелось называть единицу мужской, двоицу женской, троицу опять мужским и аналогично — остальные четные и нечетные числа*6. Иные же, разделяя и каждое животное на двенадцать частей, пользуются почти тем же самым приемом*7, как, например, в Овне называют его первую двенадцатую часть Овном и мужским, вторую — Тельцом и женским, третью — Близнецами и мужским, и такое же построение в других частях. Двухтелесными животными они называют Близнецов и диаметрально противоположного им Стрельца, а также Деву и Рыб, недвухтелесными — прочих. Далее, поворотными знаками они называют такие, с появлением в которых солнце производит перемены и вызывает повороты в атмосфере, каковым животным является, например, Овен и ему противоположное, Весы, а также Козерог и Рак. Ведь в Овне происходит поворот на весну, в Козероге — на зиму, в Раке — на лето и в Весах — на осень. Устойчивыми же они считают Тельца и ему противоположное, т. е. Скорпиона, а также — Льва и Водолея.

 

Далее, из всех этих животных те, которые господствуют над каждым зарождением в целях создания действенных влияний и на основании которых они главным образом и делают предсказания, существуют, по их словам, в количестве четырех. Их они называют общим именем ”центров”, а в более частном смысле [называют] одно гороскопом, другое — кульминацией, третье — заходом и четвертое — подземным или обратной кульминацией, которое и само является кульминацией*8. Гороскоп — это есть то, чему случается появляться в то время, когда совершается зарождение. Кульминация — это четвертое животное, начиная от гороскопа вместе с ним же самим. Заход — диаметрально противоположное гороскопу. А подземная и обратная кульминация — диаметрально противоположна кульминации [просто]. Так, например (на примере это станет ясным), когда гороскопом является Рак, то кульминирует Овен, ”заходит” Козерог, а ”под землей” находятся Весы.

 

Далее, при каждом из этих центров то животное, которое идет впереди, они называют отклонением [вперед], а следующее сзади — последованием. Так, то животное, которое предшествует гороскопу в моменты своей видимости, по их словам, принадлежит дурному демону, а то, которое после него и которое следует за кульминацией, — благому демону. Животное, идущее впереди кульминации, [они называют] ”нижней частью”, ”единственной долей” и ”богом”, а то, которое идет за заходом, — ”бездеятельным животным” и ”началом смерти”. Животное, идущее после захода и в состоянии невидимости, [у них] ”возмездие” и ”злая судьба”, что диаметрально противоположно ”дурному демону”; а то, что следует за подземным, — ”благая судьба”, диаметрально противоположная ”благому демону”. То животное, которое идет дальше обратной кульминации в направлении к востоку, — ”богиня”, диаметрально противоположная ”богу”. То же, что следует за гороскопом, — ”бездеятельное”, что в свою очередь противоположно упомянутому ”бездеятельному”. Или, чтобы сказать более кратко, в животном, которое является гороскопом, отклонение носит название ”дурного демона”, а последование — название ”бездеятельного”. Точно так же и в кульминации отклонение называется ”богом”, а последование — ”благим демоном”. В том же роде и в обратной кульминации отклонение есть ”богиня”, а последование — ”благая судьба”. Одинаковым образом и в заходе отклонение — ”дурная судьба”, а последование — ”бездеятельное”. И это исследование они производят, по их мнению, не впустую. Ведь, как они полагают, звезды обладают не одной и той же силой в отношении дурного действия или недурного, смотря по тому, рассматриваются ли они в центрах, в последованиях или в отклонениях, но в одном место они более деятельны, в другом же — более бездеятельны.

 

Опубликованное фото

 

Были и некоторые такие халдеи, которые возводили каждую часть человеческого тела к каждому из животных как находящуюся в симпатическом к ним отношении. Так, Овна они называли головой, Тельца — шеей, Близнецов — плечами, Рака — грудью, Льва — ребрами, Деву — задом, Весы — частью от ребер до пахов, Скорпиона — половым членом и маткой, Стрельца — бедрами, Козерога — коленями, Водолея — голенями, Рыб — ногами. И это опять не без рассуждения, но потому, что когда в каком-нибудь из этих животных появляется та или иная звезда, приносящая своим зарождением зло, то она производит повреждение одноименной части [человеческого тела].

 

Вот что пусть будет сказано в общих чертах о природе того, что содержится в зодиакальном круге. Однако не будет неуместным рассмотреть, далее, и вопрос о разделении этого. Именно, исходя из понимания того, что животные не рассматриваются [только] в своем собственном очертании, но путем одновременного наблюдения семи рассеянных звезд, они пришли к разделению всего круга на двенадцать частей. Объясняя же этот прием, они говорят, что древние, наблюдая восход одной какой-нибудь яркой звезды в зодиаке и наполняя затем водой просверленную амфору, давали течь [этой воде] в другой сосуд, подставленный снизу, покамест эта звезда поднималась, а затем, догадываясь, что обращение зодиакального круга происходит от одного знака к тому же самому знаку, они опять брали двенадцатую часть вытекшей [воды] и следили, в какое время она вытекла. В это же время, как они говорили, возвращается и двенадцатая часть круга, причем эта обернувшаяся часть круга находилась [у них] в таком же отношении ко всему кругу, в каком вытекшая часть воды находилась ко всей воде. При помощи этого положения, т. е. положения двенадцатой части, они определяют [расстояние] последней границы от какой-нибудь известной звезды, наблюдаемой в это время, или от какой-нибудь звезды, одновременно восходящей ближе к северу или к югу. То же самое они делают и с прочими двенадцатью частями.

 

Вот каков этот способ, которым они делят зодиакальный круг на столько частей. Аналогичен этому, по-видимому, и тот способ, которым они, по их словам, наблюдают первоначально гороскоп для каждого зарождения. Халдей сидит, как говорят, ночью на вершине какой-нибудь возвышенности, наблюдая звезды. Другой [в это время] находится около родильницы до тех пор, покамест она не родит, а когда она родит, он тотчас же дает знак при помощи диска сидящему на возвышенности, когда же тот этот [знак] примет, он отмечает восходящее животное в качестве гороскопа, а с наступлением дня обращается к наблюдению за часами и движениями солнца.

 

Вот что [надо сказать] о зодиакальных животных.

 

Что же касается звезд, то некоторые из них они называют творящими добро, некоторые же — творящими зло, а некоторые — и теми и другими. Так, например, творящими добро они называют звезды Юпитер и Венеру, творящими зло — звезды Марс и Сатурн, а обоюдной — звезду Меркурий, поскольку она с творящими добро творит добро, а с творящими зло творит зло. Другие же считают одни и те же звезды в разных отношениях то благотворными, то злотворными, поскольку ведь помимо зодиакального животного или помимо конфигурации прочих звезд ни злотворная звезда не является непременно злотворной, ни благотворная не является непременно благотворной.

 

Кроме того, из семи звезд первое место, по их мнению, занимают Солнце и Луна, прочие же пять звезд в отношении создания произведений обладают меньшей силой, чем эти. По этой причине египтяне уподобляют Солнце царю и правому глазу, Луну — царице и левому глазу, а пять звезд — жезлоносцам, прочие же неподвижные [звезды] — остальному народу. Кроме того, они утверждают, что из пяти звезд Сатурн, Юпитер и Меркурий соответствуют Солнцу и ему прислуживают, их и называют дневными, вследствие того что Солнце, которому они помогают, владычествует над тем, что возникает днем.

 

Те же самые звезды получают большую силу в зависимости от того, находятся ли они в своих собственных жилищах или на вершинах, или на межах*9, сопровождаются ли какие-нибудь [из них] другими в качестве оруженосцев, обращены ли они одна к другой и вступают ли во взаимную конфигурацию, находятся ли они в центрах.

 

Жилищем для Солнца является, по их мнению, Лев, для Луны — Рак, для Сатурна — Козерог и Водолей, для Юпитера — Стрелец и Рыбы, для Марса — Овен и Скорпион, для Венеры — Телец и Весы, для Меркурия — Близнецы и Дева. Вершинами звезд, а также низинами их они называют то, в чем [эти звезды] здравствуют или имеют незначительную силу. Именно, на вершинах они здравствуют, а незначительную силу они имеют в низинах. Например, для Солнца вершиной является Овен, а именно: если говорить точно, то его девятнадцатая часть, а низиной — диаметрально противоположное животное. Для Луны, в свою очередь, вершиной является Телец, а низиной — диаметрально ему противоположное. Для Сатурна [вершина] — Весы, для Юпитера — Рак, для Марса — Козерог, для Венеры — Рыбы, для Меркурия — Дева. Низинами же для них являются, как я сказал, те [животные], которые диаметрально противоположны вершинам.

 

Межами звезд они называют то в каждом животном, в чем каждая звезда имеет наибольшую силу от такой-то части до такой-то. Относительно этого у них, а также на картах немаловажная разноголосица. Сопровождаются оруженосцами звезды, по их мнению, тогда, когда они оказываются в составе животных посреди прочих звезд. Например, если в одном и том же животном одна какая-нибудь звезда занимает первые части, другая — последние, а третья — средние, то говорится, что средняя звезда сопровождается теми, которые занимают конечные части как оруженосцами. Обращаются же они одна к другой и взаимно согласуются, по их мнению, тогда, когда они являются в виде треугольника или четырехугольника. Именно, в виде треугольника составляют конфигурацию и обращаются одна к другой те, которые занимают среднее пространство между тремя животными, а в виде четырехугольника — между двумя [животными] *10. При этом оказывается, что злотворная звезда, вступившая в конфигурацию с благотворной в системе треугольника, оказывается благодетельной, а [благодетельная] — еще более благотворной; [вступивши же в конфигурацию] с благотворной, [кроткая] оказывается только кроткой. Злотворная [звезда] со злотворной — то же самое. В системе четырехугольника наоборот.

 

Наконец, и центральными называются те звезды, которые наблюдаются в каком-нибудь из упомянутых выше центров, будь то гороскоп, кульминация, заход или обратная кульминация.

 

Теперь, после того как мы раскрыли это в главных чертах и суммарно, мы, отправляясь отсюда, должны показать, как халдеи делают предсказания событий. Среди всех этих влияний существует различие, поскольку одни из них более просты, другие — более точны. Более просты те, что совершаются в связи с тем или иным животным, или простой силой звезды (скажем, такая-то звезда, появившись в таком-то животном, делает людей такими-то). Более же точны те, что происходят в результате стечения и как они говорят, в результате сочетания большего числа [факторов] (скажем, если одна звезда является в виде гороскопа, другая — в виде кульминации, третья — в виде обратной кульминации, прочие же находятся в таком-то виде, то произойдет то-то).

 

[2. КРИТИКА УЧЕНИЯ]

 

Вот каков характер халдейской науки. Однако легко, наконец, после его изложения перейти и к тем возражениям, которые против нее выставляются.

 

Именно, некоторые прямо пытаются доказать, что земные вещи совершенно не находятся в симпатическом отношении к небесным*11. [Говорят], что объемлющее вовсе не в том смысле связано с человеческим телом, чтобы, в каком симпатическом отношении находятся подчиненные части к голове и голова к ним, в таком же и земные вещи к небесным, но что существует в этом известная разница и отсутствие симпатического отношения, так что единение их оказывается не одним и тем же. Другие выставляют аргумент и относительно судьбы. А именно, если не все происходит в силу судьбы, то не существует и халдейская [наука], которая этого требовала бы. Немало и таких, которые ставят вопрос следующим образом. Поскольку из совершающегося одно совершается в силу необходимости, другое в силу случая, третье в зависимости от нас самих, то халдеи, если они стремятся к значащему предсказанию, должны обязательно делать свои предсказания или при помощи того, что связано с необходимостью, или при помощи того, что совершается в силу случая, или при помощи того, что зависит от нас. Но если [эти предсказания происходят] при помощи того, что случается в силу необходимости, то они не имеют никакой пользы для жизни, поскольку то, что совершается в силу необходимости, невозможно отклонить, но оно должно произойти, хотим ли мы этого или не хотим. Ведь предсказание оказывается полезным только в том случае, если бы оно имело отношение к его отклонению. Если, далее, [предсказание совершается] при помощи случайного, то [этим способом] ничего невозможно высказать, поскольку то, что происходит случайно, оказывается неустойчивым, а в отношении неустойчивого и происходящего в разных случаях по-разному невозможно делать никакого твердого предсказания. Остается, следовательно, чтобы они делали предсказания при помощи совершающегося в зависимости от нас самих. Но это опять невозможно, поскольку нельзя было бы делать предсказания в отношении того, что зависит от меня, случится оно или нет, как и относительно того, что с самого начала не имеет никакой предшествующей причины. Следовательно, халдеи не стремятся к такому предсказанию, которое имело бы какое-нибудь значение.

 

Большинство пытается низвергнуть халдейскую науку такого рода метанием копий издали. Что же касается нас, то мы, напротив, в ближнем бою, поколебав начала и как бы элементы этой [науки], тем самым аннулируем у них и построение прочих теорем.

 

Итак, принципом и как бы фундаментом халдейской науки является установление гороскопа. Ведь на основании этого последнего принимаются прочие центры, отклонения и последования, треугольники и четырехугольники, зависящие от этого фигурации звезд, а на всем этом основываются предсказания. Отсюда, если мы уничтожим гороскоп, то по необходимости не станут понятными ни кульминация, ни заход, ни обратная кульминация. А если это станет невоспринимаемым, то одновременно исчезнет и вся халдейская наука.

 

Можно разнообразными средствами показать, что им невозможно найти животное зодиака в качестве гороскопа. Ведь чтобы его воспринять, необходимо, во-первых, точно воспринять появление того, кто является предметом наблюдения; во-вторых, чтобы наблюдение часов, которое его отмечает, было безошибочным и, в-третьих, чтобы в точности было замечено восхождение животного. В самом деле, одновременно с родами происходит наблюдение восхождения животного, которое [впервые] появляется па небе, причем халдеи пользуются этим как средством для наблюдения гороскопа. С этим же восхождением связывается и конфигурация прочих звезд, которую они называют ”расположением”, а с этим ”расположением” связаны предсказания. Однако, как мы установим, ни момент рождения человека, чей гороскоп составляется, невозможно воспринять, ни наблюдения часов не бывают безошибочными, и нельзя воспринять в точности восходящее животное. Следовательно, халдейская наука несостоятельна. Скажем сначала о первом [обстоятельстве]. Итак, момент рождения того, кто относится к их наблюдению, они принимают более отдаленно или с момента извержения семени и зачатия, или с момента родов. Но они но могут это относить к моменту извержения семени и зачатия, поскольку в точности нельзя воспринять его время. Мы ведь не можем сказать, происходит ли зачатие одновременно с внедрением семени или не одновременно. Это может происходить и в одно мгновение мысли подобно разведенной водой муке, которую бросили на раскаленную жаровню (она ведь склеивается тотчас же). Может [это происходить] и после известного времени, потому что и семена, брошенные в землю, не сразу пускают корни и связываются с окружающим грунтом. Кроме того, поскольку существует расстояние от шейки матки до ее дна, где, по мнению ученых-врачей, и происходит зачатие, то извергаемое вещество семени должно этого достигать в течение известного времени. Халдеи, в точности не знающие продолжительности этого времени, ни в коем случае не могут воспринять и [момента] зачатия. А поскольку семя иной раз извергается быстро и сразу попадает на те самые места матки, которые благоприятны для зачатия, в другой же раз появляется в рассеянном виде, так что оно в состоянии собраться в одно место только силами самой же матки, то оказывается совершенно неизвестным, когда совершается первое и когда происходит второе, а также каково то время, которое тратится на одно зачатие, и каково — на другое. Но если это неизвестно, то исчезает и восприятие в точности [момента] зачатия. И если, как говорят некоторые физики*12, семя [только] после переваривания и известного изменения в матке доходит до ее открытых пор, то само собой разумеется, раз они не знают продолжительности времени этого изменения, они не будут знать и момента зачатия. Далее, как женщины отличаются между собой прочими частями тела в отношении их деятельности, так же вполне правдоподобно, что они различаются и в отношении деятельности матки, причем одни зачинают быстрее, другие медленнее. И нет ничего парадоксального в том, что если даже сравнивать их с ними же самими, то один раз их можно наблюдать как способных к удовлетворительному зачатию, в другой же раз — как неспособных к этому. Если же это так, то невозможно сказать с точностью, когда внедряется изверженное семя, чтобы на основании этого времени халдеи могли установить гороскоп для данного зарождения. Кроме того, невозможно сказать, что момент зачатия устанавливается при помощи каких-либо признаков, вроде, [например], присыхания женского влагалища после соития, закрывания шейки матки, если так случится, приостановки месячных очищений, а также появления специфического аппетита. Во-первых, эти признаки оказываются общими и с теми, у которых не было зачатия. Затем, если даже они и не являются общими, то они указывают на зачатие, которое произошло, уже по прошествии известного количества дней, а не на определенном отрезке [времени], точном, недавнем и измеряемом часами. Однако для распознания различных человеческих судеб халдеи нуждаются в установлении не грубо приблизительного времени зачатия, но точного. Из этого становится ясным, что невозможно на основании зачатия устанавливать гороскоп. Однако это невозможно делать и на основании родов. В самом деле, прежде всего затруднительно сказать, когда происходит рождение, в тот ли именно момент, когда порождаемое начинает высовываться на божий свет, или когда оно уже немного продвинулось, или когда оно положено на землю. Затем, и при помощи каждого такого [момента] тоже невозможно определить точное время рождения. Ведь в зависимости от того или иного состояния души, в зависимости от той или иной приспособленности тела, в зависимости от характера [окружающей] местности, в зависимости от опытности акушерки и прочих бесчисленных обстоятельств время, в которое появляется ребенок после раскрытия утробы, или то время, когда он несколько протиснется наружу или когда его положат на землю — не одно и то же, но в разных случаях оно разное. Поскольку халдеи не в состоянии определенно и точно его установить, они лишаются возможности должным образом определить час рождения.

 

Отсюда становится ясным, что хотя халдеи и объявляют, что они знают гороскоп, поскольку он относится к моментам рождения, но они его не знают. А что у них не является безошибочным также и наблюдение часов, об этом нужно заключать подобным же образом.

 

Действительно, когда они утверждают, что сидящий при роженице извещает при помощи диска о рождении тому халдею, который наблюдает звезды на возвышенном месте, и что этот последний при помощи наблюдения неба отмечает восходящее животное, то, во-первых, мы им покажем, что поскольку оказывается неопределенным рождение (это мы установили немного раньше), то нелегко известить об этом рождении и при помощи диска. Затем, пусть даже можно будет воспринять момент рождения, все равно невозможно зафиксировать его в смысле точного времени. Ведь звук от диска продвигается до вершины горы в значительное время, ощутимо допускающее деление на части. Доказательством же этого является то, что наблюдается у дровосеков в гористой местности: поскольку звук удара слышится [только] после соответствующего времени от момента нанесения удара, он достигает слушающего в течение довольно продолжительного времени. Следовательно, и по этой причине халдеям невозможно точно воспринимать время восходящего животного и точно [время того животного, которое является] гороскопом. Далее, не только проходит после рождения известное время, в течение которого звук от того, который сидит у постели роженицы, доходит до того, который наблюдает звезды, но и в течение того времени, в которое он смотрит вверх и путем наблюдения исследует, в каком животном находится Луна и каждая из прочих звезд, расположение звезд успевает измениться, ибо движение космоса происходит с невыразимой быстротой, прежде чем он сумеет путем наблюдения сопоставить то, что видится на небе, с часом рождения человека. И иначе. Подобное наблюдение в ночное время, пожалуй, еще может принести пользу халдеям, поскольку то, что наблюдается в зодиакальном круге, и конфигурации звезд оказываются видимыми. Поскольку же некоторые рождаются также и днем, когда невозможно ничего отметить из сказанного раньше, в лучшем случае только движение Солнца, то необходимо сказать, что халдейская наука для одних случаев имеет значение, для других же не имеет. Имей также в виду и то, что даже и в ночное время они не в состоянии постоянно делать безошибочные наблюдения за небесными явлениями. Ведь многие ночи бывают облачными и туманными. И было бы хорошо, если бы по изъятии всех этих оговорок можно было найти нечто твердое в этой науке, однако при наличии подобных препятствий для точного наблюдения небесных явлений это далеко не так.

 

Итак, отвергнув халдейское наблюдение часов и установив вкратце, что для них является невозможным восприятие моментов рождения, мы перейдем к остальной части обещанного рассуждения. Остается же нам рассмотреть восхождение в области зодиакального круга, если оставить в стороне аргументы, выставленные раньше.

 

Итак, мы утверждаем, что части зодиакальных животных являются неотделимыми одна от другой; лучше же сказать: их совершенно невозможно точно определить. Но является правдоподобным то, что уже взошедшее животное кажется еще невосходившим, и, наоборот, еще невзошедшее кажется уже поднявшимся. Также не может принести какую-нибудь пользу халдеям и указанный выше способ употребления сосудов с водой, поскольку по море протекания воды и растворения воздуха само течение и сопоставляемое с течением время не соответствуют друг другу. Весьма вероятно, что движение воды оказывается неодинаковым вначале, когда жидкость чиста, и впоследствии, когда она грязна и течет с трудом. Кроме того, вероятно и то, что растворенный воздух, когда последний является туманным и густым, оказывает сопротивление вытеканию воды, производя некоторым образом его замедление, когда же он прозрачен и тонок, то он больше содействует [этому]. Да и сама амфора неодинаково протекает, когда она полна, когда она налита до половины или когда она близка к опорожнению, но один раз [течение происходит] быстрее, другой раз медленнее, третий раз средне, в то время как движение неба происходит постоянно с одной и той же скоростью.

 

Однако важнее всего то, что каждое из животных не является непрерывным телом и таким, которое было бы скреплено с предыдущим и связано с последующим так, чтобы посередине не оказывалось бы никакого промежутка, по оно состоит из рассеянных звезд, содержащих те или иные промежуточные расстояния и дискретные части, будь то в середине, будь то у краев. Отсюда, поскольку животные зодиакального круга очерчены исчисляемыми частями, то обязательно с необходимостью возникают ошибки у тех, кто наблюдает с земли, поскольку от них ускользает, является ли соответствующее промежуточное расстояние концом предыдущего животного или началом того, которое восходит в дальнейшем.

 

Далее, холмы, на которых происходят звездные наблюдения, не остаются постоянно теми же самыми, но, поскольку мир по велению судьбы становится другим и меняется, нарушаются и они в связи ли с наводнениями от ливней, или в связи с землетрясениями, или другими подобными этому воздействиями, так что наблюдения за звездами не могут быть теми же самыми еще и вследствие данной перемены, но одно наблюдается с возвышенного места, другое — с низины, и то, что видно первым, не обязательно оказывается видимым и другим.

 

К этому нужно прибавить еще и различия чувств. Ведь одни имеют более острое зрение, чем другие. И как то, чего мы еще не видим из-за большого расстояния, орлы и ястребы воспринимают как большие предметы вследствие крайней остроты их зрения, так и уже взошедшее животное, ставшее гороскопом, из-за большого расстояния представляется халдею в качестве еще невзошедшего, если он не имеет острого зрения и обладает зрением сравнительно притупленным.

 

К этому нужно прибавить в качестве очевиднейшего аргумента против халдейской [науки] и то, что относится к различным качествам воздуха около того, кто производит определение [звезд]. Ведь весьма вероятно, что когда этот воздух является густым, то вследствие преломления зрения животное, находящееся еще под землей, кажется находящимся уже над землей, подобно тому как происходит и отражение солнечного луча в воде. Не видя [еще] солнца, мы ведь часто замечаем его по отражению в воде. Но важнее всего то, что если бы каждая двенадцатая часть зодиака появлялась в одно и то же время для всех наблюдателей небесных явлений во Вселенной и наблюдалась бы по одной и той же прямой, то, пожалуй, халдейские ученые еще могли бы точно воспринять восхождение знака зодиака над горизонтом. При настоящем же положении дела, поскольку оно не является для всех одновременно, но одним является быстрее, другим медленнее и кое-кому косвенно, а кое-кому прямо, то отсюда получается вывод, что не для всех одно и то же животное оказывается гороскопом, но этим оно кажется уже взошедшим, другим же — находящимся под самым горизонтом, и то, которое одним явилось в отклонении от животного-гороскопа, другим видится в качестве самого гороскопа. И то, что это именно так, ясно и из неподвижных звезд, как, например, Арктура и Пса, поскольку они не появляются в одно и то же время для жителей разных частей света, но разным являются по-разному.

 

Итак, мы достаточно показали, что невозможно воспринять с точностью животное, которое является гороскопом, а вследствие этого и никакие другие ”центры”, на основании которых у халдеев происходят предсказания. И вдобавок ко всему изложенному нужно сказать, что если бы даже и можно было воспринять точное время последования этих [животных], то [во всяком случае] ясно, что никто из приходящих к халдеям простых людей не может быть наблюдателем точного времени для самого себя. Ведь этот предмет требует мастерства, как мы показали выше, и он больше того, чем его мог бы воспринять простой человек. А поскольку сам халдей не наблюдал точного времени зарождения данного простого человека, но услышал его от него самого, а этот простак в свою очередь не знает точного времени ввиду ли своей неопытности или ввиду того, что он не слишком усердно занимался этим предметом, то остается, следовательно, [признать], что не существует никакого точного предсказания, но что для людей от халдейской науки получается [здесь] только обман и надувательство.

 

Если же они, снова перейдя в наступление, скажут, что определяется не точное время, но время в общем и целом, то они будут изобличены, можно сказать, своими же выводами. Ведь те, кто родился в одно и то же время, если последнее брать вообще, живут вовсе не одинаковой жизнью, но одни, например, начинают царствовать, другие же старятся в оковах. Так, никто не был равен Александру Македонскому, хотя многие во Вселенной родились одновременно с ним, и [никто не равен] философу Платону. Поэтому если халдей рассматривает время рождения [только] в известном его протяжении, то он и не сможет определенно сказать, что родившийся в такое-то время будет счастлив, потому что многие, родившиеся в одно и то же время с ним, оказались несчастными, и, наоборот, что вот этот будет нуждаться, потому что немало и таких, которые, обладая той же самой ”диспозицией” состарились в богатстве.

 

Но и рассуждение, противоположное выставленному аргументу, как оказывается, весьма значительно уличает халдеев. Действительно, если те, кто обладает одной и той же ”диспозицией” своего рождения, подвергаются одинаковым событиям в жизни, то те, кто обладает разными рождениями, должны были бы становиться совершенно разными. А это ложь. Мы ведь наблюдаем, что многие различные по возрасту, по виду своего тела и по множеству других признаков и присущих им свойств приходят к одинаковому концу, когда они или погибают на войне, или умирают под развалинами жилищ, или тонут вследствие кораблекрушения. Стоит усомниться, как мог бы халдей предсказать им одинаковую гибель при их жизни [столь различной]. Действительно, если родившийся под стрелой Стрельца должен, по математическому вычислению, быть умерщвленным, то каким же образом были сразу уничтожены столько десятков тысяч варваров, сражавшихся против греков у Марафона? Ведь не существовал же, конечно, для них всех один и тот же гороскоп. И далее, если тот, кто родился под чашей Водолея, должен погибнуть вследствие кораблекрушения, то каким же образом потонули одновременно те греки, которые возвращались от Трои*13? Ведь невозможно же, чтобы все они, обладая большими взаимными различиями, родились под чашей Водолея. Но невозможно сказать и того, что все находящиеся на корабле гибнут часто из-за одного, которому суждено погибнуть на море. Ведь почему же судьба этого человека преодолевает судьбу всех, а не спасаются все из-за одного, которому суждено умереть на земле?

 

Кто-нибудь может испытать затруднение также и в отношении неразумных животных. Действительно, если события в жизни происходят в зависимости от конфигурации звезд, то нужно было бы, чтобы рождающиеся под одной и той же частью зодиакального животного одновременно осел и человек получали в обоих случаях один и тот же ход жизни, а не так, чтобы человек, после того как он продолжительное время славно подвизался в государственной деятельности, заслуживал у народа почет, а осел постоянно носил тяжести или отводился на мельницу.

 

Следовательно, нет никаких оснований ставить жизнь в зависимость от звездных движений, или если для этого есть основание, то это совершенно для нас неуловимо.

 

Отправляясь от того же самого принципа, мы, однако, посрамим их и в том, что они хотят связать с видом зодиакальных животных наружность и нравы людей, говоря, например, что родившийся подо Львом будет мужественным, а под Девой — будет с длинными гладкими волосами, миловидным, с белой кожей, бездетным*14 и скромным. Ведь это и подобное этому больше достойно осмеяния, чем изучения.

 

Во-первых, если Лев силен и мужествен и поэтому, как они говорят, родившийся под ним будет мужественным, то на каком основании они считают животным женского пола Тельца, если последний аналогичен Льву? Затем, [нелепо] полагать, что в качестве красивейшего животного Лев на небе имеет аналогию со львом на земле. Ведь весьма вероятно, что древние давали подобные имена, исходя из простого сходства во внешнем очертании и даже не из этого, но [только] ради наглядности обучения.

 

В самом деле, что имеют общего с медведицей известные семь звезд, находящиеся друг от друга на огромном расстоянии? Или [что общего имеют] с головой дракона пять звезд, о которых говорит Арат:

 

По две звезды на висках и у глаз и одна, что пониже,

Крайнее место зубов занимает огромного зверя*15?

 

Впрочем, как мы сказали выше, у тех, кто родился под одним и тем же животным, не являются одинаковыми ни наружный вид, ни нравы. Правда, они утверждают, что эти различия способны производить те части, на которые делится каждое животное и [так называемые] минуты. Но это опять невозможно. Мы ведь уже показали, что невозможно соблюсти точность в отождествлении момента рождения и наблюдения гороскопа.

 

Далее, одно из двух: или родившийся становится мужественным, потому что [соответствующее] животное носит название Льва, или потому, что вследствие воздействия на воздух со стороны небесного Льва подобным становится и расположение рождающегося человека. Однако нет никакого вероятия, чтобы человек становился мужественным из-за того, что животное, являющееся гороскопом, получило название Льва. Ведь на этом основании нужно было бы, чтобы мужественными оказывались и те люди, которые родились и воспитывались вместе с земным львом, поскольку называется львом то животное, одновременно с которым они воспитывались. Если же [это происходит] вследствие изменения воздуха, то какое это имеет значение для установления различий в жизни? Ведь определенное растворение воздуха, возможно, еще связано с тем, что рождающееся оказывается сильно телом и дико нравом, но воздух, насколько это можно заметить, нисколько не содействует тому, чтобы рождающееся становилось теснимым долгами, или чтобы оно было царем, или было в оковах, или имело мало детей, или мало братьев, или что бы то ни было. И в свою очередь если тот, кто родился в тот момент, когда гороскопом была Дева, оказывается с длинными гладкими волосами, миловидным и с белой кожей, то нужно было бы, чтобы никто из эфиопов не имел Девы в качестве гороскопа, потому что иначе надо было бы согласиться, что эфиоп — белый, миловидный и имеет длинные гладкие волосы. А это уж нелепее всего. Да и вообще, если они говорят, что различия человеческих жизней указываются им не звездами, но что они сами наблюдают их при помощи взаимоотношения звезд, то я утверждаю, что если предсказание хочет стать надежным, необходимо, чтобы одно и то же взаимоотношение звезд наблюдалось не один раз для чьей-нибудь жизни, но и другой раз для другой жизни и третий раз для третьей, чтобы по наблюдениям наступления событий для всех [случаев] мы смогли бы узнать, что когда звезды воспринимают подобную конфигурацию, то грядущее будет, несомненно, таким-то. И как в медицине мы заключаем из наблюдения, что ранение в сердце является причиной смерти, наблюдая это не только на кончине Диона, но и Феона, и Сократа, и многих других, так и в математике, если достоверно то, что такая-то конфигурация звезд указывает на такую-то жизнь, то это, должно быть, наблюдалось не один раз на одном человеке, но много раз и на многих. Поскольку же одна и та же конфигурация звезд наблюдается, как они говорят, через большие промежутки времени, поскольку возвращение великого года*16 происходит через 9977 лет, то человеческое наблюдение не может распространиться на столько веков даже при условии единственного возникновения мира. Если же, как утверждают некоторые, уничтожение мира прерывает это наблюдение не раз, но много раз или — что в любом случае — происходит частичное его изменение, то и тогда уничтожается непрерывность исторической традиции.

 

Вот то существенное, что может быть высказано против халдеев. После этого начнем новое краткое исследование, направленное против музыкантов.

 

 

 

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

*1. В античности и средние века термины "астрология" и "астрономия" обычно воспринимались как синонимы.

 

*2. Учение о генитурах (греч. genethlialogia) - раздел астрологии, занимающийся построением и истолкованием гороскопов рождения. В наши дни этот раздел называется натальной астрологией.

 

*3. Гомер, Одиссея, XVIII, 136. Перевод Н.И.Гнедича.

 

*4. Семь видимых планет (Солнце, Луна, Меркурий, Венера, Марс, Юпитер, Сатурн) в античной астрологии нередко назывались просто звёздами, без эпитета "блуждающий" (греч. planetes).

 

*5. Животное - термин, выбранный переводчиком данной книги для передачи греческого астрологического термина zodion, который обычно переводится как "зодиакальный знак".

 

*6. См. Аристотель. Метафизика, I, 5.

 

*7. Имеется в виду додекатемория, разделение каждого зодиакального знака на 12 частей, символически соотносящихся с отдельными знаками Зодиака. В античности существовало два основных варианта деления знака на 12 частей. Согласно первому из них, в каждом знаке 1-я часть соотносилась с Овном, 2-я - с Тельцом, 3-я - с Близнецами... 12-я - с Рыбами. Этот метод, являющийся древним вариантом двенадцатой гармоники, лёг в основу индийской системы "двадашамша", а также используется некоторыми современными западными астрологами под названием "двады". Согласно другому варианту, изложенному в "Астрономике" Марка Манилия, первой частью каждого знака управляет данный знак, второй частью - следующий за ним знак и т.д. до 12-й части, управляемой предыдущим знаком.

 

*8. "Центр" - греч. kentron, эквивалент современного астрологического термина "угловая точка". Гороскоп - старинное название Асцендента. Под кульминацией имеется в виду точка МС, под заходом - Десцендент, под обратной кульминацией - IC. Автор приводит угловые точки в последовательности суточного движения Солнца - от Асцендента через МС и Десцендент к IC.

 

*9. В переводе на стандартную астрологическую терминологию, жилища - обители, вершины - экзальтации, межи - термы.

 

*10. Данный пассаж сложен для понимания, очевидно, из-за неточности переводчика. Автор описывает аспекты тригона и квадратуры, поясняя, что для образования тригона (треугольника) между двумя планетами должно находиться три знака (напр., одна планета в Овне, а другая - во Льве; между ними три знака - Телец, Близнецы, Рак), а для образования квадратуры (четырёхугольника) - два знака. Подчеркнём, что античная астрология не знала концепции орбисов, и аспекты рассчитывались просто между знаками (любая планета в Овне образует тригон с любой планетой во Льве).

 

*11. Например, Фаворин, ритор и философ начала 2 в. - см. Авл Геллий. Аттические ночи, I, 1-13.

 

*12. См. Гиппократ, VII, 468L.

 

*13. Еврипид. Елена, 1126 слл.

 

*14. Манилий (VI, 202) утверждает, напротив, что "родившийся под знаком Девы будет, как это ни странно, плодовитым".

 

*15. Арат. Небесные явления, 56 слл.

 

*16. Ср. Платон. Тимей, 38C-D; Государство, VIII, 546В.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Роджер Бэкон

 

"Краткий трактат об астрологии"

 

(введение к "Secretum Secretorum")

 

Роджер Бэкон, прославившийся в эпоху Возрождения и Нового времени как маг и чародей, ревностный адепт астрологии и магии, при жизни такой славой не пользовался. Более того, по замечанию Эстона, в школах того времени он не был авторитетом и не принимался всерьез схоластами. «Он был только одним из многих преподавателей, обучавших студентов аналогичным предметам и как молодой человек, пользовался только местной репутацией»*1. Правда, слова Эстона относятся к годам его преподавания в Оксфорде и Париже, но главная причина непопулярности в том, что Бэкон не был доктором богословия и не писал, по моде того времени, больших теологических сумм. «Его научные интересы лежали в области математики, естествознания, особенно физики и оптики, а также лингвистики. С этой научной точки зрения Бэкон подверг необыкновенно острой критике теологический метод своего времени... В противоположность парижанам (систематикам вроде Альберта Великого и Фомы Аквинского. — А. В.), он проводил реформу теологии с помощью и на основе языковых, математических и естественно-научных дисциплин»*2. Из этого, конечно, не следует, что Бэкон был еретиком; напротив, он был, скорее, провозвестником новой эпохи, «осени Средневековья», интеллектуальный климат которой сложился под влиянием его соотечественников Дунса Скота и Оккама. В вопросе «об отношении философии к теологии его мнение совершенно определенно: имеется только одна совершенная мудрость и единственная наука, господствующая над всеми другими — это теология, и две науки, необходимые для ее объяснения: каноническое право и философия. Абсолютная мудрость, говорил он, была дана единственным Богом, единственному миру для единственной цели. То есть Бэкон, точно так же как и Св. Бонавентура, осуществляет сведение всех наук к теологии, а оно, в свою очередь, предполагает теорию познания, навеянную августиновской теорией озарения»*3.

 

Родился Роджер Бэкон между 1210 и 1214 гг. недалеко от Илчестера в графстве Долчестер, в Англии. Учился в Оксфорде у Адама Марша и Роберта Гроссетеста. Как сын состоятельных родителей, по обычаям того времени он продолжил обучение в Париже, где с 1244 по 1250 или 1252 гг. слушал лекции Александра Гальского, Альберта Великого и Вильяма из Оверни. Потом вернулся в Оксфорд, в то же время вступил в монашеский орден францисканцев и преподавал там до 1257 г. на факультете «свободных искусств». Человек неуживчивый, склонный ко всякого рода новациям, он вызвал на себя гонение со стороны орденских братьев, но ему улыбнулась фортуна: в 1265 г. его покровитель Ги Фулк стал папой под именем Климента IV. В период его краткого понтификата Бэкон по его заказу составил и послал ему свой знаменитый «Большой труд». В 1278 г. он был, однако, заключен в тюрьму, а его учение осуждено орденским генералом Иеронимом из Асколи за астрологические заблуждения. Неизвестно, когда он умер, но мы знаем, что в 1292 г. уже находясь на свободе Бэкон написал «Свод теологических наук».

 

По авторитетному мнению издателя сочинений Бэкона, Роберта Стила, «Тайная тайных» псевдо-Аристотеля, оказала решающее влияние на формирование мировоззренческих взглядов Бэкона. «От своей первой работы до последней он цитировал ее как авторитет, и нет сомнений, что ею была закреплена, если не создана, его вера в астрологию и натуральную магию. Она пришла к нему и его современникам как несомненная работа Аристотеля, о существовании которой тогда было известно уже около столетия»*4. Составителем «Тайная тайных» был, возможно, Юханна ибн Эль-Батрик, врач халифа Аль-Мамуна, известный переводчик, сириец или грек — во всяком случае, христианин, умерший в 815 г. Он перевел на сирийский аристотелеву «Политику» и «Историю животных», а на арабский — «О небе и мире» и «О душе» в кратком изложении, не считая работ других авторов. «Тайная тайных» имеется в двух арабских (западной и восточной) версиях. В начале XII в. (1135 г.) часть западной версии была переведена в Испании на латинский, а полный текст трактата переведен с восточной версии Филиппом из Триполи в первой половине XIII в. для неаполитанского архиепископа Гвидо в Антиохии.

 

По составу «Тайная тайных» — сложная компиляция из сочинений греческих, сирийских и арабских авторов. Она включает рассуждение о качествах, необходимых царю (Аристотель посвящает Александра Македонского в высшие тайны своего учения, методы управления людьми), различных характерах царей и том влиянии, которое они оказывают на ход государственной жизни. Приводятся советы по формированию и организации работы государственного совета и наилучшему упорядочению рабочего дня царя с пользой для его здоровья и долголетия. Описываются времена года и даются медицинские советы, как в разное время лечить различные недуги. Излагаются наилучшие диеты, польза и вред от вина и бань, приводятся рецепты приготовления лекарств, очерк физиогномики (искусства угадывать характер по внешнему виду). Далее снова детально рассказывается об обязанностях министров, судей, военачальников и послов. В последней главе повествуется о тайнах астрологии, приворотных снадобьях, силе драгоценных камней и трав.

 

Латинский текст «Тайная тайных» претерпел значительные трансформации. Была значительно сокращена десятая глава, в которой содержались советы по магии, из второй главы туда был перенесен раздел о физиогномике. Издание Бэкона — следующий шаг в создании европейской версии «Тайная тайных». Он разделил весь текст приблизительно на четыре равные части вместо десяти авторских глав, ввел дополнительные параграфы и переделал названия заголовков. Так он ввел указание Авиценны о лекарственной силе мяса гадюки, но, главное, назвал работу «Книга десяти наук», что свидетельствует о его знакомстве с арабскими оригиналами, так как такого названия нет ни в одной латинской версии, а во «Всемирной истории Эль-Макина» отмечается, что «есть некоторые, которые говорят, что мудрец Аристотель, учитель Александра, учил его десяти земным наукам и говорил, что составил, помимо других общеизвестных книг, множество исследований по лечению тела. Он написал для Александра сочинение, которое мы прежде уже упомянули, назвал его «Книгой знания законов судьбы», и в нем изложил науку талисманов и искусство астрологии и включил в него магические фигуры, которые могут быть использованы для победы и устрашения людей, и дал другие советы»*5.

 

Бэкон снабдил книгу предисловием, которое мы и предлагаем вниманию читателя, где решительно подчеркнул мистико-оккультный характер сочинения псевдо-Аристотеля. В действительности, «Тайная тайных» — это скорее политико-дидактический трактат, но указания Бэкона заставляли читателей порой искать и находить в нем то, что не было заложено составителем, ведь наиболее глубокие тайны магии могут быть изложены аллегорическим языком, во избежание злоупотребления ими профанами, и только знающий может разъяснить порой страшное содержание невинных рассуждений о пользе и вреде бань или различных вин.

 

Подобные рассуждения английского францисканца, вероятно, и породили позднейшую легенду о Бэконе-колдуне в сознании не избалованного такого рода литературой средневекового интеллектуала. Последнее замечание важно потому, что указывает на тот круг читателей, для которых предназначалось сочинение Бэкона; бытовой магии мы не касаемся.

 

Во всем же прочем, «Бэкон был целиком человеком XIII в. — замечательный, возможно, блестящий и, конечно, влиятельный представитель многих из его интеллектуальных течений. Он писал о грамматике, логике, астрономии, астрологии, алхимии, медицине, моральной философии, метафизике, восприятию, отношению между философией и богословием, а также на множество физических тем. Он приветствовал изучение иностранных языков, математических и экспериментальных наук. Был пионером в усвоении философских и научных работ, недавно переведенных с греческого и арабского, крупным популяризатором греческой и арабской натурфилософии и математической науки. По большому счету, он был микрокосмом науки и натурфилософии XIII века»*6.

 

Перевод трактата Бэкона выполнен А. В. Вашестовым по изданию: Opera hactenus inedita Rogeri Baconi Faze. V. Secretum Secretorum cum glossis et notibis Tractatus brevis et utilizat declarandum quedam obscura dicta Fratris Rogeri. Nunc primum edidit Robert Steele... Oxonii, MCMX, p. 1—24. Пронумерованные сноски отсылают к примечаниям, помещенным после текста.

 

А. В. Вашестов

 

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

 

о свойствах планет и знаках, о которых Аристотель замечает в этой книге и о шести способах изменения низших вещей в этом мире, как одушевленном, так и неодушевленном, силою планет; и особенно об изменениях осуществляющихся согласно природе планет

 

Теперь нами будет отмечено или добавлено [к сказанному в книге Аристотеля] о свойствах планет и знаков [Зодиака], так как без этих замечаний нельзя понять сделанных маргиналий. О Луне утверждается, что Луна холодная и влажная, в своей силе и действии на низшие вещи оказывает влияние на влажное и холодное в них51. Меркурий более безразличен к горячему и сухому, к холодному и влажному, умеренному или неумеренному, которое принимает или усваивает из сочетания с другими планетами и из знаков их благоприятного или неблагоприятного расположения. Венера — горячая и влажная, однако более влажная, чем горячая, влажностью воздуха. Солнце горячее, но во влажности умеренное, ибо его жар не разрушителен или губителен, как огненный, а порождающ и подобен жару души или жару в душе, то есть естественному жару человека, и подобно ему, умеренность во влажности и сухости в низшем мире для него совершенно необходима. Марс слишком горяч, иначе, слишком преисполнен жара и сухости, поэтому для многого вредоносен, если только его зло не умеряется благостью знака или знаков или сочетанием с добрыми планетами или их видом. Юпитер горячий и влажный влажностью воздуха, причем в большей степени, чем Венера, и [вторым] после Солнца несет миру благополучие. Его благость такова, что, сочетавшись с Луной в одном знаке каким-либо образом, она воспринимается мягчительным лекарством и разрушает его действие, так как мягчительное лекарство, и в первую очередь ревень, ядовито, а Юпитер своим действием разрушает его силу, когда оно принимает благость в период сочетания Юпитера с Луной. Сатурн является наихудшим и ядовитейшим, так как он — холодный, сухой и причина смерти, но, однако, необходим миру, подобно скаммонии52, ядовитому, но полезному лекарству, которое в виде добавки усиливает его действие. Как мир наполняется благостью от одних планет и неподвижных звезд, и если не умеряется вредом Сатурна и Марса, то, так сказать, разнеживается и портится от избытка блага, так и человек доброго темперамента, питаемый излишними наслаждениями, постепенно становится ленивым и порочным. Неподвижные звезды имеют природу или Луны или Меркурия, Венеры или Солнца, Марса или Сатурна.

 

О второй манере изменений мира через аспект планет

 

Планетное добро или зло или их указанные свойства возрастают, уменьшаются или умеряются в силе, в зависимости от того или противоположного ему аспекта, то есть их сочетания в определенной точке зодиака. Так, когда Солнце и Луна в новолунии, то они в одном знаке, и, наоборот, в разных частях, когда отстоят друг от друга на полнеба, в случае полнолуния Луны и Солнца. А когда они отстоят на два знака — это называется шестым аспектом, так как они отстоят на шестую часть зодиака, ибо два есть шестая часть двенадцати. Когда отстоят на три знака, это называется четвертым аспектом, так как они отстоят на четвертую часть зодиака. Когда отстоят на четыре знака — это называется третьим аспектом, ибо они отстоят на третью часть зодиака. Следовательно, они изменяются в ходе движения и этими пятью аспектами умеряются.

 

Опубликованное фото

 

О третьей манере изменений мира через приближение планет к Земле и их удаление от Земли53

 

Эти же силы, по отношению к низшему миру, слабеют и усиливаются через приближение и удаление от Земли, потому что они то заходят к Земле, то восходят к небу.

 

О четвертом изменении планетной силы54

 

Силы планет растут или умеряются следующим третьим образом, по которому они находятся в различных знаках [Зодиака] или домах, являющихся основными частями неба либо мира, частью своей орбиты планеты заходят под знак, поэтому мы говорим, что планета расположена в знаке или доме. Все планеты находятся на бесконечном расстоянии от знаков на звездном небе, за исключением Сатурна. Даже когда они приближаются к Земле, их отделяет от нас большое пространство.

 

О знаках

 

В урочный час надлежит узнать и свойства знаков. Нами установлено уже, что Овен, Лев, Стрелец — огненные, то есть горячие и сухие. Телец, Дева и Козерог — земные, то есть холодные и сухие. Близнецы, Весы и Водолей — воздушные, то есть горячие и влажные. Рак, Скорпионы и Рыбы — водные, то есть холодные и влажные. Из этого правила следуют и их различия. Если же сравнить знаки друг с другом, теми же свойствами из них обладают пятый и девятый. Когда горячая планета находится под горячим знаком, ее жар возрастает, когда под холодным, понижается, и так в других случаях. Известно также, как про знаки, так и про планеты, что по своей субстанции или природе они не несут никакого жара или холода, сухости или влажности, но имеют силу разогревать элементы и то, что пребывает в их сферах, а также охлаждать и сушить и увлажнять или делать влажным своей властью. Это вроде того, как вино, не горячее и сухое по своей субстанции, а холодное и влажное, однако горячит и сушит. Вино и опьяняет, хотя и не пьяное, и так до бесконечности.

 

О пятом изменении планет по благоприятности и ущербу, которые следуют из указанных знаков

 

Пятое изменение планет связано со знаками [Зодиака], оказывающими благоприятное и неблагоприятное воздействие. Имеются пять прерогатив [добрых] сил, которые называются достоинствами планет. Название это происходит от аналогичных могуществ, которыми обладает царь и достойные. Это — дом, величие, тройственность, лицо и термин.

 

Ведь царь — царь, когда он в своем доме пользуется наибольшим весом [достоинством]. Когда же он пребывает вне дома и дворца и где-нибудь в царстве имеет достоинство и величие, он пользуется им не в такой степени как во дворце и доме. То же самое можно сказать о втором достоинстве, называющемся величием. Когда оно имеется среди друзей, называется тройственностью, ибо нет более совершенной дружбы, чем трех, как в деятельной любви Отца, Сына и Святого Духа.

 

Опубликованное фото

 

Когда же их сила озарит сердце человека, то называется лицом; она именуется так потому, что более других частей тела представляет человека. Когда же достоинство заключается в названии [термине] своего царства, оно наименьшее, и потому это пятое достоинство называется термином. На основании этих метафор и носят названия достоинства планет. Дом содержит в себе пять терминов достоинства, величие — четыре термина, тройственность — три термина, лицо — два термина.

 

Далее, да будет нам известно, что любая планета имеет в числе знаков два дома, за исключением Солнца и Луны. Так, Сатурн имеет Козерога и Водолея, Юпитер — Стрельца и Рыб, Марс — Скорпиона и Овна, Венера — Весы и Тельца, Меркурий — Близнецов и Деву, Луна — Рака, Солнце — Льва. Однако автор этой книги упомянул только о домах и почти больше ни о чем, то есть умолчал о четырех следующих достоинствах.

 

Подобно этому надлежит знать, для чтения этой книги, что одни знаки называются мужскими, другие женскими и то же самое планеты. Имена эти перенесены на планеты и знаки фигур так, что мужское обозначает большую силу, а женское — меньшую, как мы видим во всем и у людей. Так что планета и знак большей силы называются мужскими, меньшей — женскими. Солнце, Марс и Юпитер — мужские, Луна, Венера, Сатурн — женские или женственные. Меркурий во всем безразличный. Овен — первый из знаков — мужской, Телец (Бык) — женский, Близнецы — мужской, аналогично Рак — женский.

 

И так по порядку, один из знаков всегда мужской, другой женский.

 

О шестом изменении, совершаемом планетами, в зависимости от того, в каких домах они находятся относительно Земли

 

Дом лежит в основе разделения всего неба на двенадцать частей. Так, от Востока под Землей, вплоть до угла Земли, имеются три дома, называемые: первый, второй, третий. Угол Земли — это точка на небе под Землей, противоположная точке в середине неба над Землей (т. е., надир). Между углом и востоком имеется четвертая часть неба или, как сказано, три дома. От угла Земли до Запада следующие три дома и вторая четверть неба, в которой имеются четвертый, пятый и шестой дома. От Запада до точки в середине неба над Землей (зенит) — другая четверть и три другие дома — седьмой, восьмой, девятый. И от серединной точки неба над Землей вплоть до Востока последняя четверть неба и три последние дома — десятый, одиннадцатый и двенадцатый.

 

Опубликованное фото

 

Первый дом называется восходящим, так как восходит и поднимается над Землей и земным. Удивительное многообразие планет и знаков в этих домах оказывает влияние на низший мир и все, что к нему относится. Однако в этом моем изложении я не буду специально останавливаться на этой теме, читатель может найти их в астрономических книгах, особенно в книге Абумашаpa55, называющейся «Введением в астрономические суждения». К тому же в некоторых местах этой книги [Аристотеля], где есть необходимость, сказано много полезного. Я же в заключение объясню характер знаков этой фигуры.

 

О «Неизмеримой Славе» утверждается, что она превосходит все лекарства, описанные в книгах врачей по способности сохранить здоровье и сберечь у мужей как душу, так и тело. В тексте (Аристотеля] отмечается, что оно достойно похвалы, если не испорчено; все зависит от качества его приготовления. Названия составляющих его частей частью греческие и в большинстве арабские, но так как этот текст испорчен дурными переписчиками и во многих книгах извращен, то о том, какие для этого лекарства нужны ингредиенты, можно узнать из книг Плиния и книги Артефия-философа, который писал об этом лекарстве и прославился тем, что с помощью этого лекарства прожил, сохраняя мужскую силу и хорошую память, 1025 лет, и аналогичное из книги «О случаях старости», пригодное для получения и изготовления по тому рецепту, который описан у автора. Однако его изготовление предполагает по меньшей мере 13 условий, описанном нами в нашем «Антидотарии»56 об изготовлении лекарств и только с тем, что там сказано, лекарство будет целительным.

 

Для этого извлекаются вещи необходимых свойств и наилучшие лекарства, укрепляющие силы, их фиксирующие и сохраняющие, а потом из них приготовляется тело равного состава, не подверженное гниению, которое может употребляться, как и другая пища, вовнутрь или быть смешана с нею в нужной пропорции. Все это соединяется с очищающими лекарствами и на несколько дней выкладывается для воздействия на него космических излучений. Так получается «Неизмеримая Слава». После четвертого дня, при правильном составе свойств фиксирующих его составляющих, доброй пропорции, необходимом качестве смешения и иррадиации небесных сил — в зависимости от этого оно может быть хорошее, лучшее и наилучшее.

 

Также, да будет известно, что знающие, работающие с чем-либо съедобным и годным для питья, сводят его элементы к равному или подобному и так добиваются продления жизни, Однако этот опыт связан с величайшими трудностями, поэтому проводят его немногие, ибо много требует работы и вводит в большие затраты желание людей познать тайны природы и всевозможных наук, однако высшего мастерства достигают в этой работе единицы и немногие удостаиваются похвального итога. О тех же, которые добились успеха, мы писали в нашей «Опытной науке» и одного видели в наше время, полагаем, что он и сейчас живет в Германии и как свидетельство своего возраста имеет письма от Папы. Подобного же эффекта можно добиться мазями и микстурами, и этого, со сказанным в книге Аристотеля о средствах укрепления ума, теперь достаточно.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите в него для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!

Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.

Войти сейчас

×