Jump to content
Форум - Замок

Японские притчи...


Recommended Posts

Их много...и ои очень поучительны...

Но начать хочу с притчи о Синмэне Мусаси-но-Ками Фудзивара-но-Гэнсин,

более известном под именем Идзуми Миямото Мусаси.Этот человек стал

легендой ещё при жизни и с ним связано очень много историй.

 

Рассказывают, что однажды Миямото Мусаси путешествовал в провинции Ига.

В дороге он встретил незнакомого самурая. Мощь исходящая от его попутчика

не оставляли места для сомнения. Перед ним стоял Ягю Дзюбэи известный, как

боец не знающий поражений. Для Ягю Дзюбеи тоже стало ясно, что перед ним

известный всей Японии мастер меча. Проверить свои силы в поединке с таким

противником было вопросом чести для каждого из них. Пройдя несколько метров,

Мусаси повернулся, одновременно, то же сделал и Дзюбэи.

 

- "Я прошу прощения, - произнёс Миамото Мусаси - Я полагаю, что вы Ягю Дзюбэи".

- "Да, это так, - ответил Дзюбэи, - А вы, я полагаю, Миамото Мусаси?"

 

Мастера молча смотрели друг на друга некоторое время. Поединок, который должен

был закончиться гибелью одного из мастеров, не мог удовлетворить обоих. Оба

самурая отправились в ближайшую корчму и приказали принести им чай и доску

для игры в "го". В течение трёх чесов непрерывной игры ни одному из мастеров не

удалось достичь преимущества над противником. Когда не осталось сомнения, что

силы равны, оба одновременно встали, поклонились и вышли в темноту ночи.

Мусаси свернул на дорогу вправо, Дзеюбэи влево. Больше в жизни они никогда

не встречались.

Link to post
Share on other sites
  • Replies 53
  • Created
  • Last Reply

Top Posters In This Topic

В другой раз, путешествуя, Мусаси забрёл на постоялый двор. Усевшись в углу,

он положил рядом меч и заказал обед. Вскоре в комнату ввалилась подвыпившая

компания. Пришельцы были с ног до головы увешаны оружием и выглядели

разбойниками с большой дороги. Приметив одинокого посетителя и его великолепный

меч в драгоценных ножнах, бродяги сбились в кучу и принялись шептаться. Тогда

Мусаси спокойно взял палочки для еды и четырьмя уверенными движениями поймал

четырёх жужжавших над столиком мух. Бродяги, видевшие эту сцену, бросились наутёк,

отвешивая низкие поклоны.

Link to post
Share on other sites

Мудрое решение

 

Давным-давно жил в столице один сват. Целыми днями подыскивал он женихов и невест.

 

Однажды он просватал пятнадцатилетнюю девушку за тридцатипятилетнего мужчину, скрыв его возраст. Но родители невесты вскоре прослышали, что жених стар.

 

- Мы ни за что не отдадим дочь: ведь между возрастом жениха и невесты двадцать лет разницы,- сказали они.

 

Что мог поделать сват? Он решил пожаловаться судье. Судья вызвал обе стороны и спросил родителей девушки:

 

- Вы дали слово, по какой же причине теперь отказываетесь?

 

- Сват обманул нас: жених на двадцать лет старше невесты, поэтому мы не согласны. Мы бы отдали ее, если бы он был хотя бы только вдвое старше ее.

 

- Пусть будет, как вы хотите. Отдайте ему свою дочь через пять лет. Жених обязан это время подождать. Тогда ему исполнится сорок, а ей - двадцать, и жених будет старше невесты как раз вдвое.

 

Так порешил судья, и обе стороны с извинениями удалились. Поистине мудрое решение!

Link to post
Share on other sites

В конце семнадцатого века правитель Яманоути провинции Тоса решил взять своего чайного мастера в официальную поездку в Эдо, столицу правящей династии сёгунов Токугава. Чайному мастеру эта поездка вовсе не улыбалась, ибо самураем он не был, а Эдо вовсе не такое спокойное место, как Тоса, где у него много друзей. В Эдо можно было попасть в такую переделку, где досталось бы не только его господину, но и ему самому. Путешествие было весьма рискованным и он не желал в него пускаться. Однако господин его не желал слышать возражений, - вероятно потому, что чайный мастер высокой квалификации принёс бы господину добрую славу. Чайная церемония очень ценилась в высокопоставленных кругах. Чайный мастер был вынужден подчиниться приказу, но решил сменить свою одежду чайного мастера, который ходил без оружия, на одеяние самурая с двумя мечами.

По приезде в Эдо чайный мастер не выходил из дома господина и, наконец, тот разрешил ему выйти погулять. Одетый, как самурай, он посетил Уэно у пруда Синобадзу, где заметил, что на него сердито смотрит какой-то самурай, отдыхающий на камне. Самурай вежливо обратился к чайному мастеру и сказал: "Вижу, вы самурай из Тоса, окажите мне честь испробовать моё искусство в поединке с вами". С самого начала путешествия чайный мастер предчувствовал какую-то неприятность. Теперь он стоял лицом к лицу с ронином (самурай без хозяина), странствующим самураем, наёмником худшего толка, и не знал, что ему делать. "Я вовсе не самурай, хотя и одет так, я чайный мастер и вовсе не готов быть вам противником" - честно признался он. Но, поскольку истинным желанием ронина было обобрать свою жертву, в чьей слабости он уже совершенно уверился, то он продолжал настаивать на поединке.

Чайный мастер понял, что поединка ему не избежать и настроил себя на неизбежную смерть. Но он не хотел умирать с позором, потому что позор лёг бы на его господина, правителя Тоса. И тут он вспомнил, что несколько минут назад он проходил мимо школы фехтования, расположенной рядом с парком Уэно. Он решил зайти туда на минутку и спросить у учителя, как же правильно пользоваться мечом, как употреблять его в таких случаях и как ему с честью встретить неизбежную смерть. Он сказал ронину: "Если ты так настаиваешь на поединке, тогда подожди меня немного, я должен сначала кое-что сообщить своему господину, у которого служу".

Ронин согласился и чайный мастер поспешил в школу фехтования. Привратник не хотел его впускать, потому что у чайного мастера не было никаких рекомендательных писем к учителю фехтования. Но всё-таки, увидев ту серьёзность, с которой вёл себя чайный мастер, он решил его пропустить.

Учитель фехтования спокойно выслушал чайного мастера, который рассказал ему всю историю и выразил непреклонное желание умереть, как подобает самураю. Учитель сказал: "Ты прямо уникум. Все приходят ко мне узнать, как пользоваться мечом, чтобы жить, а ты пришёл узнать, как умереть. Но прежде чем я научу тебя искусству умирать, будь добр, научи меня готовить чай и угости чашечкой чая. Ведь ты же чайный мастер". Чайный мастер был очень рад. В последний раз он мог исполнить чайную церемонию - дело своей жизни, столь дорогое его сердцу. Забыв обо всём, он со всей искренностью, с полной самоотдачей принялся готовить чай. Он выполнял всё, что необходимо, как будто сейчас это было для него самое главное в жизни. И учитель фехтования испытал глубокое чувство, увидев с какой сосредоточенностью, с каким воодушевлением совершается чайная церемония. Проникшись глубоким уважением к этому человеку. он упал на колени перед чайным мастером, глубоко вздохнул и сказал: "Тебе не нужно учиться умирать! То состояние ума, в котором ты находишься, позволяет тебе сразиться с любым фехтовальщиком. Когда будешь подходить к ронину, сначала подумай, что ты готовишь гостю чай. Благородно приветствуй его, извинись за задержку, и скажи, что теперь готов к поединку. Сними своё хаори (верхнюю одежду), аккуратно сложи и положи сверху свой веер, как ты обычно делаешь это за работой. Затем повяжи голову тэгунун (вид полотенца), верёвкой подвяжи рукава, подбери хакама (юбка-штаны). Теперь ты вполне можешь начинать. Вынь свой меч, высоко подними его над головой, будь готов сразить им противника и, прикрыв глаза, соберись мысленно для битвы. Когда услышишь крик, ударь его мечом. Это и будет конец, взаимное убийство". Чайный мастер поблагодарил фехтовальщика за наставления и пошёл назад - туда, где обещал встретиться с ронином.

Он тщательно последовал советам, данным фехтовальщиком, выполняя их в том состоянии ума, которое было у него во время чайной церемонии для своих друзей. Когда он твёрдо встал перед ронином и поднял меч, тот внезапно увидел перед собой совершенно другого человека. И он никак не мог издать крик перед нападением, потому что совершенно не знал, как ему нападать. Перед ним было совершенное воплощение бесстрашия. И вместо того, чтобы броситься на чайного мастера, ронин стал шаг за шагом отступать и наконец закричал: "Сдаюсь! Сдаюсь!" Бросив свой меч, он простёрся перед чайным мастером, прося прощения за грубость, и быстро покинул поле сражения.

Link to post
Share on other sites
  • 2 weeks later...

Наставления самураям перед битвой

 

У меня нет родителей - моими родителями стали Небо и Земля.

У меня нет очага - Единое Средоточие (сайка тандзен) станет моим очагом.

У меня нет божественного могущества - честность станет моим могуществом.

У меня нет средств к существованию - покорность природе станет моим средством к существованию.

У меня нет волшебной силы - внутренняя энергия (ки) - моя магия.

У меня нет ни жизни, ни смерти - вечность для меня и жизнь и смерть.

У меня нет тела - смелость станет моим телом.

У меня нет глаз - вспышки молнии - мои глаза.

У меня нет ушей - пять чувств - мои уши.

У меня нет членов - мгновенное движение - мои члены.

У меня нет закона - самосохранение станет моим законом.

У меня нет стратегии - свобода убивать и свобода даровать жизнь(саккацу, дзидзай) - вот моя стратегия.

У меня нет замыслов - случай - мой замысел.

У меня нет чудесных свойств - праведное учение придаст мне чудесные свойства.

У меня нет принципов - приспособляемость ко всему (ринкёкэн) вот мой принцип.

У меня нет тактики - пустота и наполненность (кёдзицу) - вот моя тактика.

У меня нет талантов - быстрота духа-разума (тои сокумё) - вот мой талант.

У меня нет оружия - доброжелательность и правота - моё оружие.

У меня нет крепостей - невозмутимый дух (фудосин) - моя крепость.

У меня нет меча - растворение духа в Пустоте (му-син) - вот мой меч.

Link to post
Share on other sites
  • 2 months later...

Воин по имени Нобусигэ пришел к Хакуину и спросил его, есть ли на самом деле ад и Рай?

- Кто ты? - спросил Хакуин.

- Самурай, - ответил воин.

- Это ты – самурай? - воскликнул Хакуин. - Какой же правитель мог взять тебя в охрану? У тебя же лицо нищего!

Нобусигэ так рассердился, что стал вынимать из ножен меч. Хакуин продолжал:

- А у тебя и меч есть? Небось такой тупой, что им ты мне и голову не срубишь.

Когда же Нобусигэ обнажил меч, Хакуин заметил:

- Вот так отрываются двери ада.

Эти слова открыли самураю учение мастера. Спрятав меч, он поклонился.

- А так открываются двери рая, - сказал Хакуин.

Link to post
Share on other sites

Любовь гейши Усуюки

 

Эту прекрасную историю Тории Киенага услышал в Минами - "веселом квартале", располагавшемся в южной части Эдо. Рассказ о первой и чистой любви вдохновила молодого и малоизвестного художника. Он написал картину, назвав ее "В квартале Минами", и вскоре эта работа прославила большого мастера...

 

Однажды португальские моряки оказались в Минами. Среди них был юнга. Его познакомили с самой юной гейшей по имени Усуюки, что означает - "Тонкий снежок". Молодые люди полюбили друг друга с первого взгляда. Но они не понимали чужой речи. Поэтому всю ночь влюбленные провели в созерцании, не проронив ни слова.

Утром они расстались. Однако в комнате Усуюки осталась подзорная труба возлюбленного и наивная девушка подумала, будто тем самым юноша хотел сказать, что когда-нибудь он обязательно вернется к ней. С тех пор она каждое утро выходила с подругами к реке Сумида, высматривая португальский корабль.

Шли годы, и много воды унесла река Сумида, а Усуюки продолжала ходить на берег. Жители города часто видели ее там и постепенно стали замечать, что годы совершенно не изменили девушку. Она оставалась такой же молодой и красивой, как и тогда, когда познакомилась со своим возлюбленным. Японцы говорят, что Великая любовь остановила для нее время...

Link to post
Share on other sites
  • 2 weeks later...

Двое монахов спорили о развевающемся флаге.

Один говорил:

- Это движется флаг!

Другой:

- Нет, это движется ветер.

Мимо проходил мастер. Монахи спросили его, и он сказал:

- Движется ни флаг и ни ветер, а движется ваш ум.

Link to post
Share on other sites
  • 4 months later...

Рука судьбы

Великий японский воитель Нобунага решил однажды атаковать врага, который десятикратно превосходил числом солдат. Он знал, что победит, но солдаты его уверены не были. В дороге он остановился у синтоистского храма и сказал: "Когда я выйду из храма, то брошу монету. Выпадет герб - мы победим, выпадет цифра - проиграем сражение".

Нобунага вошел в храм и стал безмолвно молиться. Затем, выйдя из храма, бросил монету. Выпал герб. Солдаты так неистово ринулись в бой, что легко одолели врага. "Ничего не изменить, когда действует рука судьбы", - сказал ему адъютант после сражения. "Верно, не изменить", - подтвердил Нобунага, показывая ему поддельную монету с двумя гербами на обеих сторонах.

Link to post
Share on other sites
  • 5 months later...

Ягю Тадзима-но-ками о мече и учении

Всякое оружие, которое служит для убийства, сулит недоброе, и им можно пользоваться только в случае крайней необходимости. И если оружием приходится все-таки пользоваться, то лишь для наказания зла, а не для того, чтобы лишить кого-нибудь жизни. Чтобы понять это, необходимо учиться, но одного учения недостаточно.

Учение лишь только двери к учителю. Когда жизнь человека только начинается, он не ведает ни о чем и у него нет сомнений, препятствий и тормозов. Но затем он начинает учиться и становится робким, предусмотрительным, осторожным, в голове у него появляется торможение, и оно не дает ему двигаться вперед так, как он делал это раньше - до обучения. Учение необходимо, но весь секрет в том, чтобы не стать его рабом. Нужно стать его господином и пользоваться им тогда, когда оно нужно.

Фехтовальщик должен сохранять свой ум от всего внешнего и лишнего. Когда фехтовальщик достиг этого, тогда и дьяволу за ним не уследить. Только тогда фехтовальщик может раскрыться, как мастер. Необходимо держать свой ум в состоянии "пустоты", забыв обо всей изученной технической премудрости, только в этом случае его тело сможет проявить все то, что накоплено за многие годы тренировок. Туловище, руки и ноги будут двигаться сами по себе, автоматически, без всяких сознательных усилий. Только тогда его действия будут совершенными. Фехтовальщик должен держать свой ум в состоянии пустоты, чтобы не возникало препятствий свободе его действий. Должна возникнуть текучесть и пустота. Эти понятия взаимно обратимы.

Когда никаких препятствий не существует, движения фехтовальщика подобно вспышкам молнии или зеркалу, отражающему в один миг все, что появляется перед ним. Не должно быть ни малейшего интервала, так как если ум испытывает хоть малейшее сомнение или чувство страха и неуверенности, это сразу же повлечет за собой гибель. Дух фехтовальщика должен быть подобен луне и воде. Как только луна появляется из-за туч, - не теряя ни мгновения, она отбрасывает свое отражение всюду, где есть вода, не зависимо от размера водной поверхности. Расстояние от луны до земли не играет значения. Можно перенести этот опыт на любую другую деятельность и профессию. Такие люди редки. Самое главное - уловить изначальный ум истины и единства, который не знает ошибок, а стальное пойдет само собой. Меч не оружие, чтобы убивать без разбора, он - один из путей, на котором жизнь открывает нам свои тайны. Поэтому Дзягю Тадзима-но-ками и другие учителя по сути - великие учителя жизни.

Link to post
Share on other sites

Притча о добре и зле

Юноша пришел к мудрецу с просьбой принять его в ученики

- Умеешь ли ты лгать? - спросил мудрец.

- Конечно нет!

- А воровать?

- Нет.

- А убивать?

- Нет...

- Так иди и познай все это, - воскликнул мудрец, - а познав, не делай!

Link to post
Share on other sites
  • 9 months later...

КАМИ И ЦУМИ

 

Слово «ками» означает «бог» ло-японски. Богов очень много. Среди них есть почитаемые и презираемые, сильные и слабые, добрые и злые. Но они совсем не похожи на тех, что в других странах Европы и Азии называют божествами, святыми, буддами. Необычной, странной формы камень, очень красивая гора, великолепное дерево, нежный цветок вызывали в сердце японца благоговение. Считалось, что в них, в этих камнях, деревьях, цветах, вмещается бог. В далекой древности все, что имело отношение к повседневной жизни человека, наделялось магической, божественной силой: животные — змеи и олени, волки и обезьяны, неживое — деревья и камни и даже созданное чело¬веком — зеркала, мечи, бусы… Все они могли вызвать божественный дух, а многие предметы, считалось, прячут в себе богов.

В течение тесячелетий японец с благоговением останавливается и любуется божественной красоты цветками сакуры, удивительным изгибом ветви дерева. На тысячах картин, рисунков изображена гора Фудзияма, ибо нет величественней и изящней другой такой горы на свете. Предметы обихода, оружие, ткани и многое другое мастера старались делать столь красивыми, чтобы они были достойны стать вместилищем богов. А о том, что поражало глаза, душу и сердце, тысячи поэтов рассказывали в стихах, которые называются «танка». В них должно быть пять строк и семьдесят два слога.

Христиане говорят: «Все мы грешны пе¬ред богом». Понятие греха— «цуми»— в Японии совсем иное. Это не только плохой поступок человека, а вообще все грязное, не¬приятное. «Цуми» были и болезни, и несчастья, что сваливаются на человека, и стихийные бедствия. Так что японский «грех» — это любая большая беда.

Link to post
Share on other sites

Когда необходимо применять меч?

 

Настоящий фехтовальщик не должен думать о том, как бы ему продемонстрировать своё искусство убивать, он должен быть совершенным человеком и не только в свой профессии, но и везде.

 

Меч - это символ духовности, а не орудие убийства. Вот история, которая даёт нам прекрасный пример печальной судьбы, которая ожидает несовершенную личность. Фехтовальщик по имени Умэдзу, живший в начале семнадцатого века, был известным фехтовальщиком и высоко себя ставил. Когда он услышал, что приехал Тода Сэйгэн в Мино, где Умэдзу преподавал своё фехтование, то он решил испробовать на нём своё искусство. Однако Сэйгэн вовсе не собирался принимать вызов. Он сказал: "Мечом пользуются тогда, когда нужно наказать преступника или в дело замешана честь. Мы не преступники и нам не нужно решать вопросы чести. Зачем же нам устраивать поединок?" Умэдзу принял это за попытку противника, осознающего свою слабость, уклониться от поединка. Он стал ещё более самонадеянным и высокомерно рассказывал направо и налево о происшедшем.

 

Саито Еситану, правитель Мино, услышал о вызове и заинтересовавшись исходом поединка, послал просить Сэйгэна принять вызов. Сэйгэн не ответил. Просьба правителя была повторена трижды. Не имея возможности оказывать далее, Сэйгэн был вынужден принять вызов. Избрали судью, время и место поединка.

 

Умэдзу отнесся к делу серьёзно. Три дня и две ночи он провёл, совершая ритуал очищения. Кто-то стал советовать Сэйгэну, чтобы и тот последовал его примеру. Но Сэйгэн отказался и объяснил это так: "Я всегда культивировал сердце искренности, а оно не даруется богами по особым случаям. Я никого не хочу задевать или ранить. Я принял вызов лишь потому, что неблагородно было отказывать правителю провинции, который так настоятельно просил меня".

 

Когда настал день поединка, оба фехтовальщика пришли на условленное место. Вслед за Умэдзу шли его многочисленные ученики. В руках Умэдзу был деревянный меч длиной в три фута, шесть дюймов, а у Сэйгэна был короткий меч всего фут и три дюйма. Умэдзу попросил у судьи взять настоящий меч. Это передали и Сэйгэну, но он сказал, что если Умэдзу хочет настоящий меч, то пусть берёт, это его дело, а сам он останется со своим коротким деревянным мечом. Судья решил, что оба противника должны сражаться деревянными мечами, а длину пуст выбирают сами, какая кому нравится.

 

Теперь оба были готовы. Умэдзу со своим длинным мечом вел себя, как свирепый лев, готовясь сразить противника одним ударом. Сэйгэн смотрел на него совершенно невозмутимо и выглядел как кошка, которая будто дремлет, а сама собирается поймать крысу. Так они некоторое время смотрели друг на друга. И тут вдруг Сэйгэн издал крик и ударил своим коротким мечом Умэдзу по шее. От удара выступила кровь. Придя в ярость, Умэдзу изо всей силы размахнулся своим длинным мечом, желая мгновенно уничтожить противника. Но прежде чем он это успел сделать, Сэйгэн уже нанес удар по правой руке, и Умэдзу сразу выронил оружие. Сэйгэн ударом ноги переломил его меч на две части. Тогда Умэдзу схватился за меч, который висел у него на поясе, но рука не слушалась, и он упал на землю.

 

Сэйгэн был не просто фехтовальщик, он был совершенным человеком. Умэдзу был полной его противоположностью. Он ничего не знал о нравственной стороне своего искусства, а ведь это главное.

Link to post
Share on other sites

Cамурайские мечи

 

 

Мастер Мурамаса делал самурайские мечи как разящее оружие. Мастер Масамунэ — как оружие, которым защищают свою жизнь.

 

Чтобы сравнить, их клинки вонзили в дно ручья. По течению плыли опавшие листья.

 

Все листья, что прикасались к мечу Мурамаса, оказывались рассечёнными на две части. Меч Масамунэ листья оплывали, не касаясь его.

Link to post
Share on other sites

Один князь три месяца осаждал вражескую крепость и никак не мог взять её. Недовольный своим войском, он велел советнику отправить письмо домой с приказанием прислать на подмогу ещё дружину из самых отчаянных храбрецов. Но советник заметил ему, что армия баранов под командованием льва лучше, чем армия львов под командованием барана. И предложил прислать лучше другого командующего.

Link to post
Share on other sites
  • 9 months later...

Иайдо

Крестьянин за оскорбление жены бросил вызов гордому самураю. Ему повезло и он не умер сразу, сражение предстояло через год.

Вскоре понимание снизошло на беднягу, что через год он умрет, так как кроме кирки, оружия в руках не держал.

Но нашел он мастера, который долгие годы был учителем тому самураю, и он ответил ему:

- За год, ты едва ли научишься вынимать меч из ножен, иди и учи это движение, но все равно ты обречен.

Каждый день точил он этот навык и все сильнее понимал что умрет. И это стало его медитацией, тотально и без остатка, растворился он в этом простом движении.

Год прошел, настал день дуэли. Стояли тихо самурай и мертвец, за год родные успели его оплакать и он сам смирился принять смерть.

"Хаджимэ"**, собравшиеся посмотреть не увидели боя, самурай пал без головы сразу после этой команды, не успев понять ничего, за то мгновение.

Мгновение пути меча,

скользящего из ножен,

рассекающего воздух,

в пути назад, сразив.

 

Когда решимость твоя умереть в любой момент утвердится окончательно, тогда долг твой будет выполнен и всякий страх потеряет свой смысл. (Сегун Минамото)

 

*Иайдо — это искусство быстрого извлечения меча из ножен с одновременным нанесением удара.

**Хаджимэ - команда Начать, в переводе с японского

Link to post
Share on other sites
  • 7 months later...

Добрый вечер. С БОЛЬШИМ УДОВОЛЬСТВИЕМ прочитала японские притчи. Прекрасный тонкий мир. В нем легко думается. Еще раз благодарю за полученное удовольствие.

Link to post
Share on other sites
  • 1 year later...

Эпоха Мэйдзи… Танзан и Унсё

 

– Привет, друг мой! Я пью вино,

как гейш люблю – самозабвенно.

Сгодится ли тебе оно,

чтоб разогнать тепло по венам?

 

– Смеёшься?!.. Я, как ты, буддист!

Но, встав задолго до рассвета,

среди токийских, злющих крыс

в порывах шквалистого ветра

я медитирую всегда,

не ем до самого обеда,

вина не пью я никогда,

нет женщин – дороги заветы –

я в рукавицах ежевых

держу все мысли, душу, тело…

 

– Что делаешь среди живых?

Вина не пьёшь, до гейш нет дела –

да, ты совсем не человек!..

 

– Ты сомневаешься, как будто?

Но кто же я, уж, целый век?!..

 

– Уж, целый век?.. брат… ты – хм… буд-д-да.

Это была моя интерпретация такой притчи:

ДОБРЯК ТАНЗАН

Во времена эпохи Мэйдзи в Токио жили два знаменитых учителя; они являли собой полную противоположность. Один из них, учитель из Сингона по имени Унсё, был человеком, строго соблюдавшим все заповеди Будды. Он вставал до рассвета, спать ложился еще до наступления ночи, воздерживался от пищи после того, как солнце достигало зенита, не пил хмельных напитков. Другой учитель — Танзан — был профессором философии в императорском университете Тодай. Он совсем не придерживался заповедей буддистов, ел тогда, когда хотел, и даже позволял себе днем вздремнуть.

Однажды Унсё пришел к Танзану и увидел, что тот навеселе. Это было вызывающим поступком, ведь истинный буддист никогда и капли в рот не возьмет.

— Привет, друг мой, — воскликнул Танзан. — Не хочешь ли присоединиться ко мне?

Уншо был просто взбешен. Но он сказал спокойным голосом:

— Я никогда не пью.

— Тот, кто не пьет, и не человек вовсе, это точно, — сказал Танзан.

Больше держать себя в руках Унсё не мог:

— Ты имеешь в виду, что я не человек лишь потому, что не притрагиваюсь к тому, что категорически запрещал Будда? Если я не человек, то кто же я тогда?

— Будда, — смеясь ответил Танзан.

Link to post
Share on other sites
  • 3 weeks later...

Кто-то спросил Ринзая, мастера дзен: "Каков путь познания Изначального?"

Он быстро поднял посох, с которым никогда не расставался во время прогулки, - прямо к глазам вопрошающего, отчего тот отпрянул - и сказал: "Вот! Наблюдайте! Просто посох. Если вы сможете наблюдать его, нет нужды никуда идти и никого не надо спрашивать".

Человек был здорово озадачен. Он поднял глаза, с минуту глядел на посох, а потом сказал: "Вы всерьёз полагаете, что можно достичь Просветления простым наблюдением палки?"

Ринзай ответил: "Конечно, нет. Дело не в том, что ты наблюдаешь, а в том, как ты наблюдаешь".

Link to post
Share on other sites

Это буддистская притча, но размещу здесь.

 

Человек пришел к Будде и сказал:

— Я очень богат, у меня нет детей, моя жена умерла. Я хотел бы сделать какую-нибудь работу для заслуги. Что я могу сделать для бедных и униженных? Только скажите мне, что я должен делать?

Услышав это, Будда стал очень печален и слеза скатилась по его щеке.

Человек был озадачен такой реакцией. Он спросил:

— В твоих глазах слезы? Ты вдруг опечалился, почему?

Будда ответил:

— К сожалению, ты не сможешь никому помочь до тех пор, пока не поможешь себе. Твой основной "металл" еще не стал золотом, ты не можешь сделать ничего сострадательного, ибо твои энергии в самом низу. Ты хочешь помочь людям, но в тебе еще недостаточно осознанности. Ты не имеешь подлинного центра, откуда может струиться сострадание.

Link to post
Share on other sites

неправильная притча, странная.

человек хочет помочь, надо дать возможность исправиться

Link to post
Share on other sites

а мне понравилось...))

Вообще раздел очень интересный...как-будто открываешь двери на Восток...))

Link to post
Share on other sites

неправильная притча, странная.

человек хочет помочь, надо дать возможность исправиться

Galla, почитай об аллегории, иносказании и иных художественных приемах и условности восприятия.

Все станет понятно...)

Притча отличная!...

Link to post
Share on other sites

Это буддистская притча, но размещу здесь.

 

Человек пришел к Будде и сказал:

— Я очень богат, у меня нет детей, моя жена умерла. Я хотел бы сделать какую-нибудь работу для заслуги. Что я могу сделать для бедных и униженных? Только скажите мне, что я должен делать?

Услышав это, Будда стал очень печален и слеза скатилась по его щеке.

Человек был озадачен такой реакцией. Он спросил:

— В твоих глазах слезы? Ты вдруг опечалился, почему?

Будда ответил:

— К сожалению, ты не сможешь никому помочь до тех пор, пока не поможешь себе. Твой основной "металл" еще не стал золотом, ты не можешь сделать ничего сострадательного, ибо твои энергии в самом низу. Ты хочешь помочь людям, но в тебе еще недостаточно осознанности. Ты не имеешь подлинного центра, откуда может струиться сострадание.

Замечательная притча!

Причем, даже если я начну ее препарировать логикой, хуже она не станет, и идея останется понятной.

Link to post
Share on other sites

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Loading...

×
×
  • Create New...